Чтение онлайн

— Разберёмся, — сурово выдал я, отдав штурмовикам команду снимать кандалы.

Кстати, они лыбы и хрюканье не скрывали, паразиты такие, а мне нельзя.

— И оденьтесь, что ли, воены Дюрера, — хмыкнул я. — Замёрзнете в варп. Одного я не понимаю, — задумчиво протянул я несколько в сторону. — Какого варпа партизанское убежище фонит, как еретическая обитель?

— Так, господин Инквизитор, это и есть жильё поганых еретиков! — подал голос потирающий запястья сержант.

— Подземелье в лесу? — поднял бровь я.

И тут мне наперебой (и я, признаться, пожалел, что штурмовики галдящую ребятню не затыкают — реально, чуть ли не покушение на ценного меня устроили, паразиты) выкладывают такую историю. Итак, еретики-оккупанты жили не на поверхности. И на поверхности ни варпа не строили, занимая уже построенные здания.

А они закапывались, точнее “вдалбливались” в почву. То ли социокультурное что, то ли варп знает.

И те нечастые “подземелья со времён затмения” которые мне попадались в описаниях, я искренне считал “обителью партизаненов”. Ну серьёзно, в отдалении от городов и городков, подземелья. Мне и в голову не пришло, что там могут быть обители ереси. Ну а местные мне показывали “дома, замурованные после еретиков” и ни варпа не думали, что я о подземельях не знаю.

С другой стороны, местная служба контроля имматериума, как императрились поп-агент и начальствующий астропат “усё, совсем и вообще” проверили. Но факт как забавный, так и всё равно заслуживающий проверки.

Думал я так, обходя пещеру, пока не наткнулся на трёхметровую металлическую дверь, обляпанную металлическими барельефами аквил, черепов, выбитыми на ней литаниями и молитвами, ну и здоровенной надписью перед центральным имперским черепом: “Волею Бога нашего, Императора, запечатано место скверное сие навек!”

— Хм, а почему “запечатано”-то? — задумчиво поинтересовался я у Вселенной. — И вообще, что у них тут происходило?

— Я знаю, я историю хорошо учила! — ответила мне вселенная писком “губернаторской дочки”.

— Ну расскажи, раз так, — не стал я отказываться от источника информации.

И поведала девчонка, что во время затмения, “проклятые Императором еретики” обитали в подземье, оставляя наверху, как я и предполагал, надзирателей в занятых имперских строениях. А партизанены-лоялисты пребывали, как партизаненам и положено, в лесах. Но не в подземельях каких еретических (если, конечно, не поймают), а на свежем воздухе. Молодцы какие, порадовался я за здоровый образ жизни былых партизан.

А вот когда явились “Силы Святого Очистительно Крестового Похода”, перед оными силами и местными лоялистами встала дилемма: воевать ересь в подземельях. Что весьма изящно решили: заблокировали выходы (прекрасно местным известные), да и залили подземелья отравой. “Витацидом”, как, запинаясь, выдала девчонка. Отрава действительно знатная, что-то из “полуматериальной химии”, насколько я знал: тяжелее воздуха, в варп разлагает органику любого типа и вида на составляющие. И да, это газ, одна из составляющих торпед с “биологическим Экстерминатусом”, выжиганием биологии на планете.

Если бы на этом остановились, то командующего походом нужно было вешать. За яйца, а когда оторвутся — за шею.

Но, через пару месяцев подземелья начали “чистить и проверять”. Попы, псайкеры, да и парии, судя по невнятному описанию девчонки. И проверяли почти полгода, но “Ересь поганых еретиков пропитала камень, так что запечатали логово поганое”.

В общем, как я понимаю, еретики успешно сдохли, но общий фон имматериума, точнее, именно скверны, был высок, невзирая на очистку. Так что “замуровали и опечатали”, как и говорил мне поп Гидемин. И не “навеки”, как написано, а скорее на века.

С обрушением же, как я понял, была засада: еретики не копали, а плавили и долбили камень. И взрывать-рушить всё это никто не решился, ввиду возможных нехороших тектонических пертурбаций.

При всём притом, проверить надо будет. Да, скверной несёт фоново, а намоленные металлические створы её очевидно ослабляют. И да, фон из этой конкретной пещеры быть причиной повышения общего фона планеты не может. Да хоть сотня тысяч таких — не может, в этом случае миллионы нужны. Но, наверное, прерву-ка я своё “ревизионное турне” и проверю пещеру какую. На всякий случай, чтоб потом локти не кусать.

А пока надо с ентими “жудкими преступниками” разобраться, раз уж связался, хмыкнул я.

Вообще, наша “охота на ересь” одной информацией о подземельях еретических отбилась: я реально мог так и не узнать. Хотя, если причина в подземье — узнал бы, но перед этим убил бы не месяц, а весь год на “инквизиционную проверку на местах”.

— Так, жители Нагеля и гвардейцы! — возвысил голос я. — Собрались и под охраной моих сил двинули в город!

— А что с нами будет? — пискнула неугомонная девчонка, а её писк подперло более сотни взглядов.

— Расстрел? А может, порка? — задумался я, понял, что моё чудесное чувство юмора опять не оценили, да и махнул рукой. — В Нагеле разберемся. Собрались и двинулись!

Через часок до городка добрались, ну и моя огнесжигательная персона вытащила лейтенанта-комендата и бургомистра, отца егойной дочки, на суд и правёж.

— Вот такая картина, господа, — подытожил я рассказ.

— А, простите, господин Инквизитор, что с… нарушителями? — робко полюбопытствовал бургомистр.

Памятуя о вопиющем отсутствии чувства юмора у окружающих, я о расстрелах и сожжении огнём говорить не стал. Даже о сырых казематах не стал, святой я со справкой человек!

— Довели до города и отпустили. В ряде случаев придали ускорение пинком, чтоб не мешались под ногами. У меня силы Инквизиции, а не охрана схолы на выезде, — выдал я. — Дело в другом. Есть проблема гвардейцев и местных, и её ни варпа никто не решает. Этот “детский кружок” — ерунда, а не преступление, — на что бургомистр шумно выдохнул. — Но он обозначил нерешённую проблему.

— Слал рапорты о выделении вспомогательных частей тридцать лет, — подал голос пожилой, похоже, “вечный” лейтенант. — Безрезультатно, господин Инквизитор, — чуть тише закончил он.

— Да дадут разок защитникам нашим, не сломаются! — гаркнул бургомистр, но в свете и ветре было видно, что ситуация его коробит. — И выпорю, — посулил он.

— Нет, это не дело. Ни разок, ни полразка. В общем, будем решать, — обозначил я, вызывая чиновного генерала.

Дядька проснулся и, почти не зевая, выслушал меня.

— О проблеме, господин Инквизитор, знаю. Рапортами можно печи штаба год топить, — выдал он. — Но, в рамках имеющихся у меня средств — ничего не могу сделать. Вспомогательных частей на Дюрере мало, тут… несколько специфичная атмосфера, — изящно определил он повышенный варп фон и очко в полнеба. — Так что в данной ситуации…