Чтение онлайн

Оставленный Агатград хэмеллы сровняли с землей. А когда был подписан мирный договор и беженцы вернулись домой, их встретило пепелище, поросшее фиолетовыми цветами, получившими впоследствии название фиолика. Очень быстро выяснилось, что сиреневое растение отпугивает нечисть любого вида. Так Агатград стал самым безопасным местом в мире, ведь фиолика росла почему-то лишь здесь, даже если ее выкапывали вместе с местной почвой.

И если вначале путешественников привлекала безопасность города, то со временем, когда тут основали храмы богов Искусства, Жизни и Любви и начали проводиться всевозможные фестивали и праздники, стала притягивать сама атмосфера беззаботного веселья.

– Дом Забвения благодарит тебя, добрый человек.

Оторвавшись от созерцания урбанистических пейзажей просматриваемого как на ладони Агатграда, успела заметить, как привратник прячет в карман полученные от Юлиана северины.

– Теперь мы можем пройти? – Следопыт, казалось, сейчас взорвется от раздражения.

– Приходите завтра, Дом принимает паломников до полудня. – Стражник олицетворял собою само спокойствие.

– Но я ведь только что заплатил тебе!

– И Дом Забвения признателен за пожертвование, добрый человек, – невозмутимо подтвердил здоровяк.

– Какое к демонам пожертвование! – взбесился маг, и я поспешила уладить намечающийся конфликт:

– Пожалуйста, Юлиан, давай уйдем. Иначе нам откажут в просьбе вообще.

Парень до скрежета стиснул зубы и послушно пошел за мной.

– Эй, добрые люди! – окликнул любитель фиолики и дармовых денег. – Вечером начнется фестиваль иллюзионистов, и жаждущих его увидеть собралось столько, что вам уже не снять комнату в придорожном доме. Идите в трактир «У веселого Йоса», скажете, что от меня.

– Спасибо за совет, добрый человек, – съерничал Юлиан, – как-нибудь сами разберемся.

Детина загоготал, а мы стали спускаться с холма.

Увы, рекомендацией пришлось воспользоваться, когда и в четвертой гостинице нам отказали в поселении. Названный стражем трактир отыскался не сразу – Йоса Башевиса здесь любили, считая едва ль не местным героем, поэтому на вывесках многих общественных заведений стояло его имя. «У Йоса-победителя», «У пьяного Йоса», «У сытого Йоса», «У хитрого Йоса», «У Йоса-демоноборца» – от Йосов рябило в глазах.

Хозяин нужного трактира вначале также сообщил, что свободных комнат нет. Но услышав, кто нас послал, тотчас выдал ключи от одноместного номера.

Пообедав, по очереди приняв ванную и переодевшись в свежую одежду – спасибо Арисе, вернувшей мне сумку, полученную у Эспинсов, – мы отправились бродить по городу.

Узкие и широкие улочки, мощенные серым камнем, радовали чистотой. Лавки и магазинчики, харчевни и трактиры, пивоварни и пекарни встречались на каждом шагу. И, как подметил следопыт, занимали они нижние этажи едва ли не каждого жилого дома. А лотки с поделками из агата стояли прямо на улицах. Видя мой интерес к изделиям из местного самоцвета, спутник предложил зайти к ювелиру и приобрести что-то из украшений на память о поездке. Меня передернуло, стоило вспомнить наш с Валэри поход за серьгами, и я отрицательно покачала головой.

– Кстати, все забываю спросить, что случилось с ламчерионами? После Призрачных торгов дальнейшие события помнятся смутно.

Юлиан остановился, чтобы купить у пирожника горячую выпечку, и лишь потом ответил:

– После того как пегасы доставили нас во дворец Эспинсов, Карим отпустил их на все четыре стороны.

– Жаль, что так и не поквиталась с Валэри за подставу, – пробормотала я, с аппетитом вгрызаясь в пирожок с мясом, – конечно, перья пощипать ей не в моих силах, но что-то, да придумала бы.

– На Яна с Валэри не стоит злиться, они спасали своих близких, а ради любимых людей пойдешь на какую угодно гнусность.

В голосе воздушника отчетливо прозвучала печаль, и я сменила тему разговора:

– Слушай, а давай посмотрим фестиваль иллюзионистов?

– А как себя чувствует твой бестелесный друг? – осторожно полюбопытствовал парень. – Ему не повредит твоя излишняя активность?

Услышав в храме Судьбы, что в моем теле временно находится не только моя душа, а и погибшего телохранителя, он сдержанно и немногословно расспросил, как так получилось. И больше не заговаривал о сатурийце. Да только я неоднократно замечала его задумчивые взгляды и то, как хмурился, о чем-то размышляя. А один раз, глядя на меня, вдруг ни с того ни с сего покраснел. Грэм, расхохотавшись, сделал вероятное предположение, что следопыт вспомнил наш поцелуй. Поцелуй «втроем». Не знаю, как Юлиана, а меня такое пикантное обстоятельство продолжало смущать.

«Нет, не повредит, – усмехнулся сатуриец. – Скажи, что меня зовут Грэм».

Я выполнила просьбу телохранителя.

– Приятно познакомиться, а я – Юлиан, но уверен, ты и так это знаешь, – серьезно произнес стихийник и поклонился. – Жаль, что не можем поговорить без посредничества Эвы – ни разу не общался с сатурийцами так запросто, без формальностей.

«Кто знает? Вдруг судьба еще переплетет наши пути?»

Торжественная музыка, зазвучавшая где-то вдали, позволила мне оставить неожиданные обязанности «толмача» с мысленной речи на устную.

– Давай посмотрим, что там?

– Можно не смотреть, я тебе и так скажу. Там храм Жизни, из которого я удрал несколько циклов назад. И, судя по музыкальному сопровождению, жрецы проводят церемонию бракосочетания.

– Ого! Тогда чего мы тут стоим? Вдруг тебя узнают?

– Не переживай, не узнают. Меня считают мертвым, да и с момента побега я сильно изменился. Если не забыла, младшие жрецы бога Жизни бреют голову и постоянно постятся. Я не похож на лысого худого крысоглота, нет? Значит, не узнают.

Признаюсь, представить красавчика Юлиана бритоголовым заморышем у меня не вышло…

– Тогда давай посмотрим на свадьбу? Не поверишь, но я ни разу не видела этот обряд! Пожалуйста, Юлиан!

Уговаривала недолго – парень, вздохнув, согласился.

Взявшись за руки, как влюбленная парочка, мы пошли на звуки духовых и щипковых инструментов. И вскоре оказались перед храмом, из которого выходили новобрачные, получившие благословение бога. Молодых поздравляли родственники и друзья, костлявый жрец Жизни пытался дать последние наставления, а храмовые музыканты с певцами, не жалея инструментов и глоток, выводили веселые песни.

– Видишь, ничего интересного. Давай вернемся в трактир, хочу отдохнуть перед фестивалем.

Но нас заметили и окружили девушки в фиолетовых, как и наряд невесты, платьях. Смеясь, подружки новоиспеченной жены окружили нас плотным кольцом и, надев венки из фиолики и расцеловав Юлиана в щеки, ускакали дальше ловить молодых мужчин. Согласно поверью, чем больше свободных парней они перецелуют, тем счастливее будет семейная жизнь пары.

– Дурацкая традиция, – бурчал следопыт, оттирая щеки от разноцветной помады.