Чтение онлайн

– Здесь ты издала свой первый крик, а твоя мать – свой последний вздох. Здравствуй, маленькая принцесса.

Я обернулась – дух привел человека, которого меньше всего я ожидала увидеть. Локки. И признала я его лишь по разноцветной одежде и голосу, так как лицо шута сейчас не покрывал слой привычного грима.

– О чем вы? Вы меня с кем-то спутали, риэл.

– Брось, Эвангелена, я знаю, что это ты. Будь хорошей девочкой, верни свою настоящую внешность, а я расскажу то, что собирался поведать давным-давно.

О чем пойдет речь, нетрудно догадаться. Я помню бред, который несла моя наставница в ирреальном мире виреты. И поверить в него до конца так и не смогла. Я – дочь императрицы Лелии и Константина? Боги, наверное, забавляются, введя жрицу и шута в заблуждение. Представители Благой Семерки любят посмеяться над смертными… Но о своем недоверии я не стала говорить, вместо этого задав вопрос, который мучил меня, сколько себя помню.

– Как я могу вернуть настоящую внешность, если никогда себя не видела?!

– Кто из нас хэмелл? – улыбнулся шут, пожимая плечами.

«В пустыне, созданной твоим воображением, ты была самой собой, Эва. Я ведь видел тебя со стороны. И хватит бояться правды, ты давно все поняла».

– Может, хоть хианит снимете? – Я оттянула пальцем ненавистный ошейник. – В нем, боюсь, ничего не выйдет.

– Ох, прости, девочка! – Мужчина извлек из кармана связку зачарованных отмычек, и через считаные секунды я могла свободно дышать.

Сделав несколько глубоких вдохов, я подошла к настенному зеркалу ближе. Несколько секунд сосредотачивалась на своих ощущениях, а затем тряхнула каштановыми волосами. На миг взвившись в воздух, на плечи они легли уже иссиня-черными прядями. Радужки глаз заполнила насыщенная синева, нос с горбинкой выровнялся, а с подбородка исчезла ямка, зато параллельно левому уголку губ появилась небольшая родинка. Нежно-розовая гладкая кожа засияла здоровьем. Чуть выразительней стали скулы и резче дуги бровей. В этот раз превращение прошло абсолютно безболезненно. И я испытала облегчение.

Сейчас я не походила на «сестру» Юлиана, но и не была двойником принцессы Мариэллы. Поразительное сходство имелось, но внешность была моей и только моей.

Локки одобрительно кивнул, а затем щелчком пальцев активировал подготовленный полог безмолвия. Зачем, спрашивается, если, кроме нас и духа, здесь никого нет? И я задала этот вопрос вслух.

– Хочу увериться, что мы одни, а то в последнее время у стен слишком много ушей, – вздохнул Локки. – Итак, принцесса, разговаривая с тобой, я предаю свою богиню. Но не могу иначе, ведь другой женщине я дал слово раньше.

– Вы – сателлит?

– Да, Эва, я – вечный раб Судьбы, вещь, как и все ее сателлиты. – Шут усмехнулся, и горькая складка окаймила его сжатые губы. – Не доверяй тем, у кого есть подобный знак.

Мужчина отвел чуть вьющиеся волосы от левого уха, украшенного серебряной серьгой с черным матовым камнем.

Крупицы надежды испарились, как случайный снег весной. Какие еще нужны доказательства? Юлиан – сателлит, а значит, ему не стоит доверять.

«Я ведь говорил тебе об этом еще во дворце Эспинсов», – напомнил Грэм.

«Ох, я поверила тебе, но надеялась, что присягу Судьбе можно разорвать… Выходит, что нет. Как относиться к подобному обстоятельству? Ведь то, что Юлиан помогал мне в пути, может оказаться всего лишь приказом богини?»

– Локки, почему нельзя доверять сателлитам Предвечной? Я – жрица Судьбы, мы служим одной госпоже.

– Девочка, перестань прикидываться наивной. Ты не успела пройти посвящение, какая из тебя жрица? Мой совет: не проходи его, будущей императрице оно не к лицу. Богиня не помогла твоей матери, хотя могла.

– Моей матери? – Я с трудом сдерживала подступающие слезы. – Ничего не понимаю! Объясните мне кто-нибудь, какое отношение я имею к императрице Лелии! Как такое может быть? Зачем вы обманываете? Вы и Регина. Зачем?! Мне же больно!

Когда шут схватил за руку, я вздрогнула – в последнее время чужие прикосновения пугают. Но он, подведя к креслу и усадив в него, тотчас отпустил меня.

– Нельзя так, не рви сердце, милая. Я поведаю тебе о человеческих слабостях и страхах, и ты поймешь, что ложь окружила тебя гораздо раньше. Пора раскрыть глаза, Эвангелена.

Локки разговаривал со мной тоном заботливого дядюшки, объясняющего слабоумной племяннице прописные истины. И мне захотелось вмазать ему в челюсть, чтобы с кровью он выплюнул и парочку зубов… Хотя нет, этого жаждал Грэм, мою злость удовлетворил бы и сломанный нос.

– Что ж, раскройте, уважаемый риэл. Сделайте милость.

И я в очередной раз услышала романтичную историю о пяти спутниках принцессы, разделивших тяготы пути в ее четырехгодичных странствиях. Молодой маг, недавно окончивший обучение сатуриец, сын разорившегося купца, мошенник в бегах и странный парень, сообщивший только свое имя. Но именно последний стал консортом, а затем императором и регентом.

– Под обаяние Лелии легко подпадали самые разные мужчины, – грустно произнес шут, глядя куда-то поверх моего плеча. – Она была теплой, как весенний день, участливой и щедрой. Щедрой на доброе слово и поддержку. Рядом с ней отогревалось даже самое заледеневшее сердце. Когда она выбрала другого, я согласился служить богине. При этом я остался другом, на которого Лелия могла всецело положиться. Именно я достал кинжал, которым она убила себя во время родов. – Рассказчик поник. – И это я вынул плод из ее чрева. Решение удалить тебя от двора, чтобы временно помешавшийся Константин не причинил вред, тоже принял я. О последнем жалею до сих пор. Прости меня за то, что твое место в сердце отца заняла другая.

– Какая другая? Я запуталась! Сколько вообще принцесс?!

Меня душили слезы.

– Лелия посчитала, что не сумеет преодолеть проклятие бездетности, и попросила сестру родить ей дочь, а империи – наследницу. На тот момент Регина прошла посвящение Судьбе, но, узнав, кто станет отцом ее ребенка, не совладала с искушением. Она любила мужа старшей сестры и за одну-единственную ночь с ним согласилась бы на что угодно. Но вот ирония, спустя пару циклов Лелия и сама зачала, но все-таки назвала перед богами племянницу дочерью и возможной наследницей. После смерти супруги Константин возненавидел Регину люто и беспричинно. Досталось и тебе – он попытался придушить тебя подушкой.

От спокойного тона Локки мне стало нехорошо – он так хладнокровно говорил о подобной мерзости!

– Насколько ужасен этот человек, что не побоялся стать детоубийцей…

– Этот человек – твой отец, – повысил голос рассказчик. – Причину его поступка мы толком и не поняли. Наверное, у Константина случилось временное помешательство рассудка, ведь он любил жену больше жизни, а ты стала невольной причиной ее смерти. Мы не сообщили, что ты выжила, впрочем, он наверняка догадался. Посовещавшись, мы решили держать тебя от него подальше и отправили в храм Судьбы, под уютное крылышко Регины.