Чтение онлайн

— Говорить, может, и рано, но следует хотя бы подумать в эту сторону. И в будущем использовать анализатор для сравнения ваших с магистром образцов, — безапелляционно заявил Брайд. Он всегда не боялся высказывать собственное мнение — за это Вистан его и ценил. Впрочем, как и Гая. Несмотря на безумное самолюбие, Болдиус не любил окружать себя тупыми исполнителями. Скорее всего, потому что понимал: нет ничего выдающегося в том, чтобы руководить стадом баранов.

— Готово, — вмешался в дискуссию Янг, щёлкая задней крышкой анализатора. — Теперь у нашего образца появилась дополнительная опция сравнения. Давайте посмотрим, как она функционирует. Гай, прошу вас.

На людях Рон обращался к Гаю исключительно на «вы», это было ожидаемо, но его демонстративная отстранённость всё равно была немного неприятна. Гай даже невольно задумался: а как в этом постоянно живут император с императрицей? Они ведь вынуждены играть в подобные игры каждый день. И не только с Софией, которая на людях была аньян, но на деле значила для обоих гораздо больше. Причём ладно бы только для императора! Но и Виктория, кажется, тоже относилась к этой рыжей девчонке неформально. Чего Гай был не в силах понять.

Вистан был любовником Амиры, Гай уважал его, как хорошего руководителя, однако пить с ним чай и по-дружески общаться — нет, ни за что.

Вывод из этого следовал один, и весьма интересный — чего-то Гай явно не понимает в отношениях Виктории, Софии и Арена. А возможно, он не понимает даже решительно всё… София ведь как-то получила возможность проходить через огонь. Как? На подобное способны лишь архимагистры — такие, как Болдиус, — или родовые огненные маги. Как Альго или Ариэлла Велариус.

Думая обо всём этом, Гай послушно приложил палец к стеклянной поверхности анализатора, почувствовал быстрый укол и, отдёрнув руку, с любопытством уставился на артефакт, который издавал весьма интересные звуки — внутри словно тикали часы.

А потом на поверхности появились строчки сравнительного анализа.

Образец 1: кровь рода Билингиус. Родовая магия — воздушная (для подробного описания нажмите здесь).

Образец 2: кровь без признаков родовой магии.

Результат: сходство между двумя образцами не найдено.

— Если взять в качестве образца кровь моего сына, ваш анализатор выдаст то же самое, — недовольно проворчал Бакстер. — В этом и проблема. Проходили уже.

— То есть вы выполняли подобное сравнение? — уточнил Болдиус, и Янг кивнул.

— Разумеется. Но не с этим анализатором, и с кровью двух Билингиусов — одного официального, другого нет. Результат был почти такой же.

— Почти?

— Тот анализатор ещё выполнял биохимический анализ крови и нашёл сходство по показателям печёночных ферментов. Даже сделал вывод, что у испытуемых одинаковая болезнь печени. Что, в общем-то, верно, но нам не пригодится.

— Да уж, — хмыкнул Вистан, а затем обернулся к Виктории, которая по-прежнему сидела на своём месте, положив руки на стол, и невозмутимо смотрела на их возню с анализатором. — Приношу свои извинения, ваше величество. Я был не прав. И надеюсь, что вы позволите мне загладить вину, пригласив вас на прогулку по городу. Я с удовольствием составил бы вам компанию. Если вы, конечно, найдёте на меня время.

Гай чуть зубами не клацнул. Прогулка по городу ему, надо же, каков нахал. Ладно бы ещё он был со столицей совсем незнаком, но Вистан здесь родился и учился. Скорее всего, он знал Граагу не хуже Виктории, и уж точно лучше Гая.

— Изначально речь шла о том, что вы выполните любое моё желание, — чуть приподняла точёные брови Виктория, — а не о совместных прогулках. Выглядит ваше предложение так, будто вы считаете, что это я проиграла.

Рон откровенно фыркнул, да и многие присутствующие тоже спрятали улыбки, что вряд ли понравилось Болдиусу. Но вида он не подал.

— Вы, несомненно, выиграли, ваше величество, — он поклонился, не отрывая взгляда от императрицы. И Гай, несмотря на то, что стоял сбоку, отлично видел, каким пылом наполнен этот взгляд. — И я буду рад выполнить ваше желание… любое… во время прогулки по городу.

— Нахально, — констатировала Виктория, не смутившись — по крайней мере, внешне. — Возвращайтесь к работе, архимагистр. Император часто бывает терпелив, но не в данном случае.

— Вы не хотели начинать со сравнения, — подал голос Янг, делая Гаю знак, чтобы сел на место рядом с Викторией. — Так что предлагаю на этом завершить использование двух образцов. Нам надо работать над расширением итоговой формулы, чтобы она превратилась в наследуемый код. Давайте подумаем, как это сделать.

Болдиус повернулся к Рону с явным намерением сказать что-то вроде «чего это вы тут раскомандовались», но отчего-то промолчал. Точнее, не промолчал — заговорил по делу, и до конца совещания никаких сторонних тем обсуждения не касались.

***

Во время заседаний Виктория предпочитала молчать — и с прежним руководителем, и сейчас, — хотя ей порой было что сказать.

Удивительно, но лишь попав в Институт артефакторики и услышав обсуждения, императрица осознала: она, как биолог, кажется, разбиралась в законах наследования лучше, чем артефакторы. Оно, конечно, объяснимо: при создании артефактов неважно, чем болел твой предок, а вот для выведения растений и восстановления популяции животных это значимо. Поэтому артефакторы, например, не предполагали того, о чём думала Виктория: родовые магии смешиваться не должны. И если в крови действительно что-то записано, то что-то одно, а не все возможные фамилии. Ведь — учитывая многолетнюю практику по непризнанию собственных внебрачных детей, — спустя многие поколения можно было получить нетитулованного мага или обычного человека с целой кучей родственных связей с разными семействами. Но родовая магия — по крайней мере, Виктория так считала — в крови может быть лишь одна. Как цвет глаз: либо голубой, либо карий, но не каре-голубой.

Это предположение императрица не высказывала, не желая сбивать энергичные обсуждения артефакторов. В любом случае сейчас рано говорить о подобном: пока ещё ни один анализатор не справился с задачей выдачи наследуемого кода, максимум речь шла о краткой формуле, которую использовали при создании артефактов, базировавшихся на родовой магии. Но это как сравнивать таблицу умножения с высшей математикой. Без первого, конечно, никуда, но уровень не тот.

А вот с Гаем, пожалуй, можно поделиться её соображениями. Вдруг поможет? Да и хороший предлог, чтобы лишний раз пообщаться…

Стало неловко и немного стыдно, и Виктория нарочито выпрямилась на стуле, старательно не глядя в сторону своего немногословного охранника. Остальные артефакторы, в том числе и Рон, не сидели, а стояли возле Болдиуса, и все оживлённо обсуждали, какие изменения стоит внести в формулу анализатора. Гай, судя по его увлечённому лицу, тоже желал что-то сказать, но благоразумно молчал. Он вообще умел сдерживать себя — если не считать вчерашней авантюры с яртой, разумеется.

Арен явно задумал что-то грандиозное, но выведать его планы точно не выйдет. Хотя Виктория и сама понимала: её муж подозревает очередной заговор и, раз делает всё, чтобы личность Гая не была раскрыта, не исключает участия в нём Болдиуса.