Чтение онлайн

Валлей… Будучи старше на три года, она всегда считала себя в ответе за него. Гаю больно было думать о том, что она чувствовала, когда его забрали, а она ничего не смогла сделать. Но наверняка пыталась, бездействие не в её характере. Только бы её никто не обидел за тот год, что Гая не было дома. Раньше он мог проследить за тем, чтобы посторонние мужчины не лезли к Валлей, а в его отсутствие с этим должны были справиться многочисленные артефакты. Если она их не продала, разумеется.

Он думал о сестре, катаясь по загону вместе с наследниками, Ариэллой, Викторией и Софией. Точнее, дети быстро отдалились, подчиняясь велению своего учителя — тощего и длинного, как палка, молодого нетитулованного мага, — а Гай остался с императрицей и аньян. София держалась в седле слегка неуверенно, будто ездила верхом крайне редко, а вот Виктория была безупречна. Гай был готов смотреть на неё в брючном костюме тёмно-синего оттенка каждый день — ни одно платье ни может быть столь откровенным, позволяя мужчине узнать больше о чудесных женских ногах. А эти кожаные сапожки! А талия, подчёркнутая пиджаком, а изящная шляпка с сеточкой, куда Виктория убрала роскошные светлые волосы — Гай чуть дар речи не потерял, когда императрица вышла из своих покоев, переодевшись перед уроком. Третий день он наблюдал за Викторией — и чем больше, тем сильнее хотелось на неё смотреть. Она действительно была завораживающе обворожительна во всём, что бы ни надевала.

София в обычном тёмно-коричневом костюме рядом с императрицей смотрелась типичной служанкой. Даже лошадь под ней была скромнее той, что вывели для Виктории — её величеству предназначалась белоснежная красавица дорогой и редкой породы, Софии же досталась серенькая в яблоках кобылка, уже немолодая и меланхоличная. Однако аньян поприветствовала её кусочком какого-то фрукта, радушно приобняла и довольно забралась в седло, ничуть не огорчённая тем, как выглядит рядом с соперницей.

Гая кольнуло осознанием: а ведь Виктория и София, кажется, не считают друг друга соперницами, оттого и не соревнуются ни в чём. Одна — императрица, и играет эту роль с честью и терпением, другая — аньян, служащая во дворце, и не больше.

— Прогуляемся по парку? — предложила Виктория Софии, но при этом оглянулась и на Гая. — Не хочу только по загону ездить.

— Я не против, — ответила аньян и слегка поддразнивающе добавила: — Только ты помедленнее, а то в прошлый раз я чуть из седла не вылетела, пытаясь тебя догнать, Вик.

У Гая непроизвольно округлились глаза. Нет, он помнил, как София говорила про Викторию, называя её именно так… Но одно дело — называть императрицу по имени, когда она этого не слышит, и совсем другое…

Однако Викторию ничего не смущало.

— Ты же знаешь, я вечно задумываюсь и в итоге мчу во весь опор. Ещё и Марибель…

— Марибель — это кто? — вмешался Гай, императрица улыбнулась, а ответила ему София.

— Имя лошади Вик. У неё очень длинные ноги, и иногда мне кажется, что она вовсе не умеет бегать медленно.

— В этот раз я постараюсь её тормозить, — пообещала Виктория и первой выехала из загона навстречу яркому зимнему дню.

*

Промокоды на "Недостойную":

12QLgZWQ

OJpUWHF3

Спустя час — именно столько времени длился урок у наследников, — Гай был вынужден признать множество очевидных фактов.

Во-первых, он уже давно не проводил время настолько приятным образом — если не считать бой на ярте, разумеется. Мчась на коне по заснеженному императорскому парку за императрицей, Гай чувствовал себя свободным. Иллюзия, конечно — о какой свободе идёт речь, если официально он до сих пор в изоляторе? Но иллюзия замечательная.

Во-вторых, спасибо Ойто — ездил верхом Гай не хуже, чем Виктория, да и коня ему дали доброго, легко было не отставать. Хотя и императрица не стремилась обгонять, но вовсе не из-за Гая — она увлечённо разговаривала с Софией.

В-третьих, Виктория и аньян общались как две подруги. В какой-то момент Гай подумал, что если он сейчас свернёт на другую аллею, эта парочка даже не заметит — настолько они были заняты обсуждением того, о чём говорил император за завтраком и о чём Виктория, как выяснилось, беседовала с Янгом — о возможности для Ариэллы стать артефактором.

Императрица считала, что девочке лучше бы помочь выбрать другую дорогу и уговаривала Софию поспособствовать тому, чтобы Ариэлла передумала, но аньян отказывалась. Подумать только — отказывалась! И смела спорить. А Гаю, когда он слушал всё то, что говорила Виктории София, было безумно жаль, что он не сможет высказаться — амулет не даст рассказать про Валлей. Даже в формате сказки «жила-была маленькая пустышка» — не даст. Потому что внутри себя он всё равно знает, что говорит про сестру.

В отличие от Ариэллы, которая мечтала о почти невозможном, Валлей никогда ни о чём не мечтала. Поняв ещё в раннем детстве, что она — изгой во всех отношениях: девушка и без денег, и без дара, зато с титулом, — Валлей предпочитала крепко стоять ногами на грешной земле. Этому поспособствовала и одна её несчастная подростковая влюблённость, которую сестра предпочитала не обсуждать, да и нечего там было обсуждать — мальчишка-аристократ лишь посмеялся над «пустышкой» и наговорил Валлей множество всего неприятного. К сожалению, это неприятное упало на благодатную почву, и в итоге сестра закрыла для себя тему магии — в том числе и родовой. Она намеренно не училась ею управлять и всячески пресекала попытки Гая объяснить, что их родовая магия ценна не меньше обычной. Он всегда думал, что Валлей не права, что она могла бы научиться хотя бы пользоваться возможностями своей крови, но когда Амира связалась с заговорщиками, вздохнул с облегчением — хорошо, что Валлей совсем ничего не стоит, как маг. Иначе и её постигла бы та же участь, что и его.

Однако Амира прекрасно знала, что Валлей неумелая «пустышка», и не трогала её. Если не считать шантажа — Гаю угрожали в том числе и жизнью сестры, но его больше впечатляли угрозы Тейке. Потому что Валлей носила при себе множество защитных амулетов, а вот на детей вешать слишком много защиты нельзя, и Тейка была для заговорщиков более удобной мишенью.

Да, Гаю хотелось бы рассказать всё это Виктории. Объяснить, что он считает — человеку необходимо к чему-то стремиться, и если Ариэлла выбрала своей целью артефакторику, пусть занимается ею. Может, она потом сама передумает? В любом случае не стоит её отговаривать и ломать девочке жизнь.

Он слишком хорошо знал, что это такое — сломанная жизнь, потому что его сестра не была счастлива. Она давно жила только им и Тейкой, и вряд ли даже закон о передаче титулов способен что-либо изменить…

После того как урок верховой езды у наследников закончился, дети вместе с Викторией и аньян отправились пить чай, а Гай попросил разрешения отлучиться. Ему казалось, что сейчас идеальное время, чтобы перенестись в Корту — там на два часа больше, значит, уже вечер, но ещё не поздний, Тейка не спит, а Валлей уже должна была прийти с работы.

Виктория отпустила его легко, и Гай сразу решительно зашагал к кабинету Ральфа Рильо, про себя надеясь, что за прошедшее время начальник охраны дворца не передумал ему помогать. Стал бы он на его месте рисковать собственной должностью ради какого-то сомнительного персонажа, бывшего заговорщика? Вряд ли. Просто утром у Рильо было особенное настроение.

Впрочем, оно и сейчас не слишком изменилось, как выяснилось.

— Явился, — удовлетворённо кивнул Ральф, увидев вошедшего в кабинет Гая. — Отлично, у меня как раз есть время.

— А ты каждый день во дворце? — поинтересовался Гай зачем-то, и Рильо, склонившись к собственному столу, пожал плечами.

— Я здесь живу. Как и многие служащие.

— Я скорее имел в виду выходные.

— Я понял, — хмыкнул Ральф, распрямляясь, и кинул ему какую-то цепочку. Поймав её, Гай внимательно рассмотрел, что ему предлагают, и сразу понял: он держит в руках иллюзорный амулет. Точно такой же был и у начальника охраны. — Надевай, — продолжил Рильо, расстёгивая цепочку своего экземпляра. — А насчёт выходных… Ну, официально они у меня есть, но на практике редко случаются. Да и зачем мне выходные? Ни жены, ни детей. Выспался — и дальше побежал.