Чтение онлайн

Очень хотелось выключиться из происходящего, но что-то мешало, сидело в голове здоровенной занозой, не давало уснуть.

О чем он меня спрашивал?

— Сколько таблеток? — повторил голос мне прямо в ухо.

И я вспомнила о том, что не сделала.

— Две, — ответила я совершено четко. Тут же навалилось облегчение, голову омыла теплая соленая волна и граждане отдыхающие отправились в теплые санаторные постельки.

А под раскрытым окном всю ночь шумело и переливалось море.

Проснулась я поздно. В одиннадцать.

Несколько минут лежала неподвижно и собирала мысли в одну точку.

Мысли, как загулявшие солдаты, отказывались возвращаться на службу и пытались дезертировать.

Почти полчаса ушло на то, чтобы вернуть их обратно и выстроить в более-менее стройный ряд. Вспомнить удалось весь вчерашний день, за исключением того, как я легла спать.

Подобно Степе Лиходееву, я провела рукой по бедру, но в отличие от него определила, что лежу в брюках. Точнее, в джинсах.

Я откинула плед и присела на диване.

Под головой у меня, оказывается, была подушка. Странно, не помню, чтоб я се доставала. Очевидно, подушка и плед — дело рук моего вечного спасителя. Ну и карма у него в этой жизни, не позавидуешь бедняге…

Я медленно поднялась на ноги и прислушалась к своей голове.

Голова вяло поприветствовала мое пробуждение. Болеть не болела, просто косила от службы.

— Не выйдет, — сказала я строго. — Дел по горло.

«Мне-то что? — ответила голова. — Твои дела, ты и разбирайся…»

Ладно. Сейчас влезу под душ, почищу зубы, все и пройдет.

Я потащилась в ванную. Содрала с себя несвежую одежду, залезла в ванну и подставила голову под горячую струю воды. Несколько минут поливала себя контрастным душем, варварски таская ручку крана то вправо, то влево.

Наконец почувствовала себя пригодной к употреблению. Вымыла голову, механически отметив, что последнее время делаю это слишком часто, почти каждый день. Влезла в банный халат, туго затянула пояс. Взглянула в зеркало и увидела в нем бледное лицо с заметными синими пятнами под нижними веками. Кажется, даже мешки появились. Блеск.

С добрым утром!

Я помахала рукой девушке, изможденной трудной жизнью. Девушка ответила мне тем же.

Я покинула ванную и отправилась на разведку. Как там папочка?

Папочка сидел на балконе и пугливо, как домашний кот, выглядывал на улицу.

Он всегда садился подальше от балконных перил, почти на самом пороге балкона и комнаты, и для того, чтобы разглядеть происходящее во дворе, ему приходилось вытягивать шею.

Наверное, постороннего человека это зрелище могло насмешить.

Меня — нет.

Я подошла к папе и осторожно, чтобы он не испугался, дотронулась до его плеча.

Папа вздрогнул и оглянулся.

— Это я, — сказала я быстро. — Привет.

— Доброе утро, — ответил папочка и поднялся со стула. — Ты выспалась?

— Выспалась, а ты?

— Я тоже.

Папочка отодвинул меня в сторону и вошел в комнату.

— Уже надышался? — спросила я с горечью.

— Да, — подтвердил папочка, не глядя мне в глаза. Он стыдился своего страха перед улицей, но ничего с этим поделать не мог.

Я вздохнула. Терпение и время. Терпение и время. У ирландцев есть забавная поговорка. «Когда бог создавал время, — говорят ирландцы, — он создал его достаточно.»

Да. Времени у нас в запасе достаточно. Терпение в дефиците.

— Ты позавтракал?

— Позавтракал, — подтвердил отец.

— Что ты ел? — проявила я бдительность.

Папочка замялся. Врать он не умел, а позавтракать забыл. Снова забыл.

Я стиснула руки в кулаки. Терпение. Терпение. Терпение.

— Пойдем поедим, — предложила я.

— Пойдем, — согласился папочка.

Я вошла в идеально убранную кухню, мысленно вознесла хвалу вчерашнему гостю и принялась накрывать на стол.

Примерно час у меня ушел на то, чтобы накормить отца и убрать грязную посуду.

Я посмотрела на часы. Двенадцать. С каждым днем я прихожу в библиотеку все позже и позже.

Я быстренько собралась, влезла в босоножки, открыла дверь. И, как это бывает в детективах, именно в этот последний момент зазвонил телефон.

Я вернулась назад и сняла трубку. Не так часто нам кто-то звонит, чтобы игнорировать такое событие.

— Алло…

— Ирка, привет.

— Юлечка, здравствуй, — сказала я радостно.

— Как ты?

— Нормально. А ты?

— Тоже. Ирка, у меня новость.

Я насторожилась.

— Какая?

— Меня разыскивает Верховский.

Я хмыкнула.

— Не удивила…

— Нет, ты не поняла! Он меня открыто разыскивает, не прячась!

Я присела на банкетку и велела:

— Рассказывай все подробно.

— Понимаешь, — начала Юля, — я на работе должна отпускные получить.

— Так.

— Звоню на работу, — у нас там определителя номера нет, — спрашиваю, когда прийти за деньгами. А девчонки говорят, что меня несколько раз спрашивал какой-то Верховский. Причем в последний раз просил передать, чтобы я обязательно с ним созвонилась. Понимаешь?

— Юль, надеюсь, ты такой глупости не сделаешь.

— Нет, конечно, нет, — неуверенно подтвердила подруга. И добавила:

— Ир, а может стоит позвонить?

— Ты домохозяину своему об этом рассказала?

— Конечно! — ответила Юля с негодованием добропорядочной законопослушной гражданки, которая и дорогу переходит только в положенном месте. — Сразу же!

— А он?

Юля споткнулась.

— Велел пока не звонить.

— Видишь? — философски заметила я. — Ему виднее!

— Видней-то виднее, но…

Юля замялась.

— Понимаешь, Юрочка ему доверял.

— Да? — поразилась я.

— Да. Они с Аликом вместе росли. Жили в одном дворе, Алик часто у Юры дома бывал. Потом родители Алика разошлись, квартиру разменяли, и он переехал. В общем, потеряли друг друга из вида. Но так случилось, что после учебы оба оказались в одном институте. Только Юрочка там до конца работал, а Алик года два назад ушел в Архивный. Ему хорошее место предложили.