Чтение онлайн

— Извини. Я знаю, что ты порядочный человек и никогда не стал бы…

— Забудь, Фоули. Будем считать, что ничего не было.

— Верни её к жизни, Ниалл. А я верну всё, что принадлежало твоему роду.

Роберт улыбнулся одними глазами.

— Я уже как-то привык жить без титулов, земель и крестьян, так что не беспокойся об этом. В конечном итоге самым ценным оказывается просто жизнь.

— Это не ради тебя, а ради неё. Я отпускаю Адриану. Осталось только спасти её.

Мартейн сошёл с крыльца и решительно направился к воротам, больше не оглядываясь.

В последующие дни Мартейн словно отгородился от мира живых непроницаемой ледяной завесой. С раннего утра и до позднего вечера советник работал в своём кабинете, изредка выходя наружу, чтобы отдать необходимые распоряжения или отослать почту в Магистрат и на другие острова. На помощников и слуг он смотрел хмуро, с трудом заставляя себя отвечать на их вопросы. Меня Мартейн словно не замечал, только кивал головой или коротко благодарил за еду или растопленный камин. И всё же я помнила о его просьбе и была рядом — когда он позволял.

— Чегой-то совсем исхудал наш хозяин, — причитала Вера, намазывая маслом румяные пирожки. — Эли, поди отнеси ему, пока горячие. Вот эти, треугольные, с курицей и сыром, а круглые — с яблоками и изюмом. В кувшинчике свежее молоко.

— Эх, попробую, — вздохнула я, втягивая носом вкуснейший аромат выпечки.

— Сдаётся мне, господин Мартейн от некроманта заразился какой-нибудь тёмной хворью. Тот вечно ходит бледный и молчит. Пока наш хозяин не водился с колдуном, не бывал таким неразговорчивым! — Вера присела на стул и отёрла пот со лба. — Конечно, плохо ему без Адрианы. Добрая она была, хотя и не очень ласковая к нему. Не могла привыкнуть, потому что магия у них разная. Эта, как её, не-со-мес-ти-мость. У ристократов такое бывает.

Я не была уверена, что Вера до конца понимает всё происходящее. Похоже, для себя моя подруга решила, что наша хозяйка удалилась в мир иной и никогда оттуда не вернётся. Мне трудно было объяснить ей, что ещё не всё потеряно, да я и не хотела никого тешить напрасными надеждами. Я понимала, что если Адриану удастся спасти и вернуть в мир живых, то вряд ли она останется в поместье Фоули. «Мартейн обещал отдать земли, принадлежащие предкам Ниалла», — вспоминала я, и надежда на лучшее укреплялась во мне, я снова начинала верить.

— Глупая ты, Эли! Я же говорила, мужчине нужно женское тепло! — ворчала Вера.

— Легко сказать! — возмутилась я, чувствуя прилив смущения.

— Вот дождёшься, приволочёт он опять какую-нибудь мистрессу, устроит она нам весёленькую жизнь. Слышала поговорку? Свято место пусто не бывает. Вот так же и богатенькие советники с островами. Думаешь, он будет всё время один? Фигушки! Кто-нибудь обязательно сцапает нашего Мартейна, вот увидишь!

— Ты говоришь так, словно рабыня способна что-то изменить!

— Ты всё же не обычная рабыня, это все знают, хотя и упрямая — сил нет. Может быть, даже упрямее госпожи Адрианы, — сердито сказала Вера и сунула мне в руки поднос.

Как я и ожидала, на пирожки и молоко Мартейн не обратил никакого внимания. На меня посмотрел как на назойливую муху. Он сидел за письменным столом, обложившись ворохами бумаг. В занавешенные окна робко пробивался солнечный свет. От свечей в канделябрах остались лишь застывшие восковые слёзы и чёрные кусочки фитиля. Неужели советник так и не ложился спать?

— Писем нет? — спросил он тихо.

— Нет, пока не приносили. — Я поклонилась и собралась уходить.

— А от Ниалла нет никаких вестей?

— Нет, ничего…

— Сколько дней прошло, Эли? — Мартейн поднялся со стула, подошёл к окну и рывком отдёрнул занавеску, словно по ту сторону стекла его ждал календарь с датой.

— Почти три недели, — проговорила я.

В сердце закрался неприятный холодок. Дни шли и шли, падали один за другим, как песчинки в часах алхимика. Я не стала говорить советнику о том, как однажды случайно встретила Ниалла за воротами поместья. Он признался, что ничего не получается. Некромант отправил сообщение в Веллирию знакомым Адрианы, но на контрабандистов из Бухты радости было мало надежды: на материке свирепствовал Орден Инквизиции, и на то, что маги из Гильдии призывателей получат пакет и успеют что-то предпринять в течение оставшегося времени, рассчитывать не приходилось. Вся надежда была на путешествия по сумраку и тень Адрианы. Но тень упорно не желала раскрывать нам с Робертом своих секретов.

— А какое сегодня число? — потерев лоб, спросил Мартейн.

— Двадцать шестое, господин.

— Опять ты… я же просил. — Он недовольно поморщился.

Без толку было меня просить, это точно. Я родилась и выросла невольницей, поэтому уважительное обращение к хозяевам выскакивало из меня само собой. Другая девушка, может быть, обрадовалась бы возможности звать благородного советника просто по имени, а там и до прочих вольностей недалеко, но я была во всём этом безнадёжна.

— Сегодня должен приехать мой друг с острова Тория, он тоже советник Магистрата, — вспомнил Мартейн.

— Хорошо, я приготовлю гостиную и свободную комнату.

— Да, Эли, и… я не хочу, чтобы ты нам прислуживала. Закройся в своей комнате и не показывайся на глаза. Если хочешь, можешь взять книги из моей библиотеки.

— Как скажете, — пролепетала я, не двигаясь с места.

Слова Тейна больно царапнули меня по сердцу. Так и есть: я надоела ему. Я вечно оказываюсь замешана в его семейных делах, конфликтую с его гостями, подслушиваю под дверью! Рано или поздно он должен был это прекратить. Все любимые рабыни бывают таковыми лишь временно.

— Оставь меня одного, — приказал мне господин Фоули. — У меня много работы.

А ведь когда-то мы сидели вместе на диване, смотрели в каминное пламя и держали друг друга за руки! Он обнимал меня, укутав одеялом. А однажды, совершенно забывшись, даже поцеловал…

Я поспешно выбежала в коридор и закрыла лицо руками. Слёзы обиды душили меня. Противоречивые чувства разрывали душу в клочки. Он ведь говорил, что я нужна ему, почему же теперь гонит прочь?! Почему не желает видеть в качестве прислуги за ужином? Стыдится перед своим другом или скрывает, что в его доме живёт рабыня с магическим даром?

Во время уборки всё валилось из рук. Я умудрилась опрокинуть вазу с цветами, испачкала сажей белоснежную скатерть, обожгла палец о раскалённую решётку камина. Вера пришла мне на помощь, но от её беспрестанной болтовни настроение не улучшилось, а совсем наоборот.

— Помолчи немножко, у меня болит голова! — попросила я подругу, раскладывая салфетки.

Вера обиженно насупилась, но мне было всё равно. Я хотела поскорее разделаться с обязанностями и, забившись в свою каморку, как следует наплакаться там в подушку. Мартейн отправился на пристань встречать гостей, а я украдкой смотрела через окно во двор. Может быть, этот друг-советник на самом деле красивая женщина? Кажется, Тейн не произносил имени. Конечно же, женщина! И он не хочет, чтобы она видела молоденькую рабыню.