Чтение онлайн

А социализация — она и в посёлке на высоте.

Федя уже перезнакомился с местной детворой и частенько зависает в усадьбах наших гостеприимных соседей. Тех, разумеется, кому я доверяю. И кого самым тщательным образом проверил мастер Багус.

В глазах Джан появились лукавые огоньки:

— Есть, Серёжа. Подкинуть контакты?

Оружейник с надеждой посмотрел на меня.

По глазам парня я видел, что он ищет подвох.

— Никаких подводных камней, — усмехнулся я. — Это вопрос безопасности. Мне будет спокойнее, если Федя будет находиться в Красной Поляне. Тут хотя бы камеры, патрули, нормальный периметр. В школе он под ударом. Так что… идея неплохая.

— Да, папочка! — обрадовался толстяк.

— Хорошо, — сдалась Джан. — Будет вам дистанционная школа. Но как насчёт моего Университета?

— Ничего не имею против, — пожимаю плечами, не забывая про кашу с фруктами и орехами. — Если ты считаешь это полезным.

— Считаю! — глаза Джан загорелись энтузиазмом. — Там несколько факультетов, но упор на родовую экономику, хозяйственное управление, инвестиции. Ты знаешь, как меня интересует эта тема. И всё обучение — в конструкте! У них там целый университетский городок, стабильная поддержка, безопасные точки входа. Да я и сама могу распознать атаку, если кто сунется… Но списки студентов держатся в строжайшей тайне, администрация их нигде не публикует. Экзамены тоже во сне.

— А диплом? — не выдержал Федя. — Он тебе приснится?

Джан не обиделась:

— Вовсе нет. Курьерами высылают. Но диплом не очень-то важен, поскольку я не собираюсь устраиваться на работу. Это для саморазвития.

— Сколько лет будешь учиться? — уточнил я.

— Три года, — девушка как бы невзначай наклонилась вперёд и провела ладонью по моей руке. — Ты рад, Серёжа? А то все вокруг будут образованными, кроме меня…

Ясно.

Визит подруг наложил на морфистку неизгладимый отпечаток.

— Джан, — я посмотрел турчанке в глаза. — Ты у меня — самая умная. И красивая. Получишь ты диплом или нет… для меня это совершенно не важно. Главное, чтобы ты была счастлива.

— Правда? — засияла морфистка. — Ты действительно так думаешь?

— Раз говорю — значит, думаю.

— Спасибо, — девушка слегка покраснела. — Ты просто чудо!

— Ну-ну, — я тоже смутился. — Скажешь это, когда придётся платить по счетам Плотниковых.

В столовую пружинистым шагом вошла Маро — раскрасневшаяся, с мокрыми волосами и шлейфом кокосового шампуня, мгновенно окутавшим всех нас. Значит, успела принять душ после очередного спарринга с Мерген-оолом.

— Я ничего не пропустила?

— Кроме какао, — заметил Федя, подставляя чашку служанке.

— У меня объявление, — я обвёл взглядом собравшихся. — Сегодня ночью отправляемся в Гималаи. Никому не паниковать, пределы Бродяги не покидать. На ваших дневных занятиях это не отразится. Надеюсь.

— Эй! — возмутился Федя. — У меня сеанс радиосвязи!

— Вот и связывайся оттуда с кем хочешь, — отрезал я. — Хоть с йети.

Я проснулся по будильнику.

В данном случае — по голосу Бродяги, шепнувшему мне на ухо ключевое слово «подъём». А если уж быть совсем точным, не на ухо, а прямо в мозг. То есть, в сон.

Часы показывали половину третьего.

Начинаю привыкать к образу жизни совы. Днём у всех свои дела. Кому-то нужно гулять с друзьями, кому-то — работать в холдинге. А комму-то — готовиться к Великому Турниру. И я не могу выдёргивать своих друзей на целый день из привычной среды обитания. И даже на несколько часов.

А вот ночь — идеальное время.

Бродяга отчитался, что ни в одной комнате нет бодрствующего человека. Даже Федя, увлечённый радиолюбитель, пообщавшись со своими знакомыми в разных уголках планеты, благополучно вырубился.

На сей раз я решил не брать с собой телепата.

Бродяга получил от Администратора детальную информацию по подземному комплексу Предтеч и заявил, что вполне сможет внедриться в структуру научного центра и поддерживать со мной связь на расстоянии. Через Администратора, как и следовало ожидать. Поэтому я не стал умножать сущности без необходимости и просто взял в качестве спутницы Хорвен. Ну, и прихватил крутую игрушку, созданную моими каббалистами. Чудо-цилиндры, которым я ещё не придумал названия. Отсутствие подходящего термина не помешало мне заказать у Феди кожаный чехол аккурат под размеры этой штуки. Чехол оружейник снабдил удобными фиксаторами и петлями для ремня. Разместить оружие я решил за спиной, по аналогии с чехлами скрытого ношения.

Домоморф переместился через многомерность в заданную точку.

Путешествие заняло минут десять.

Мы предсказуемо вынырнули из многомерности на рассвете. Горы Тибета окрашивались всеми оттенками золота, хотя краешек солнечного диска ещё не выглянул из-за ближайшего пика.

Бродяга принял форму дисколёта и завис посреди горного ущелья.

Мы ещё прошлой ночью загрузили АРМ в специальный отсек и были готовы к свершениям. Я удобно устроился в своём кабинете, утопая в кожаном кресле и попивая кофе из термоса. Конфигурация кабинета изменилась. Потолок обрёл скос и теперь плавно закруглялся, повторяя внешние контуры диска. Комната переместилась на внешний обод. Торец и часть пола сделались прозрачными — Бродяга позволил мне полюбоваться рассветом в труднодоступном ущелье, которое, вероятно, люди не посещали уже много сотен лет. Если вообще когда-нибудь посещали.

Хорвен парила в нескольких метрах от меня, ожидая распоряжений.

— И где же комплекс? — поинтересовался я. — Без обид, но местность выглядит необитаемой. Бродяга, ты не мог ошибиться?

— Ошибки нет, — заверил домоморф.

Вокруг громоздились отполированные ветром чёрные базальтовые скалы.

Передо мной, занимая всё поле обзора, нависала одна из таких скал — исполинская глыба, тёмная, как ночное небо, и столь же безмолвная.

— Ошибки нет, — повторил Бродяга, и в тот же миг часть скальной стены прямо перед нами зашевелилась.

Это была не оптическая иллюзия, не игра света. Нет, самая настоящая перестройка материи на фундаментальном уровне. Чёрный базальт поплыл, как жидкость, перекраивая свою внутреннюю структуру. Миллиарды микроскопических частиц выстроились в новые конфигурации, и на гладкой, отполированной вековыми ветрами поверхности проступили громадные, плавные формы. Они не были вырезаны или построены — они проявились, словно проявляется изображение на плёнке. Это были глыбы первой генерации. Без понятия, что означает этот термин, я его услышал от Администратора.

Формы не имели прямых углов. Их линии были словно вылеплены гигантской рукой, подчиняясь какой-то высшей, органической геометрии. Материал напоминал одновременно и камень, и отполированный металл, и чёрный лёд. Сквозь его толщу, подобно замороженным молниям, пульсировали тусклые синие жилы энергии. От них исходил едва слышный, низкочастотный гул, который я чувствовал не ушами, а всем телом — вибрация проникала прямо в кости, настраивая их на незнакомый ритм.

— Архитектура Предтеч, — без всякого намёка на удивление констатировал Бродяга. — Не запредельно сложная, но эффективная. Материал приспособлен к ограниченной саморегуляции. Я начинаю стыковку.