Чтение онлайн

Дисколёт плавно пришёл в движение, переместившись к одной из наиболее крупных глыб. По мере нашего приближения я смог разглядеть детали. Поверхность была идеально гладкой, без единой царапины, но при этом не зеркальной — она поглощала свет, делая объект зрительно тяжёлым и незыблемым.

— Обнаружен первичный интерфейс, — сообщил Бродяга. — Устанавливаю контакт.

От корпуса дисколёта выдвинулся щуп, тонкий и блестящий, словно игла. Он бесшумно коснулся поверхности глыбы в месте, где сходились три синие энергетические жилы. В точке контакта камень снова пришёл в движение, но на сей раз образовал не новую структуру, а идеально круглое, тёмное углубление. Щуп вошёл в него.

— Стыковка начата. Протоколы совместимы на базовом уровне, — голос Бродяги в моей голове звучал сосредоточенно. — Ищу порт удалённого управления. Система защищена, но её активность минимальна. Режим сохранения энергии.

Я оторвался от зрелища и взглянул на Хорвен. Гончая замерла, её щупальца слегка подрагивали, сканируя окружающее пространство на предмет угроз, которых, казалось, не существовало.

— Нашёл, — прозвучало через несколько долгих минут. — Порт заблокирован. Для его активации требуется физическое вмешательство. Открываю технический люк.

На поверхности глыбы, метрах в пяти ниже точки стыковки, участок стены размером с люк субмарины буквально растворился, исчезнув без следа и звука. Образовалось чёрное, бездонное на вид отверстие.

— Туда, — мысленно указал мне Бродяга. — Внутри — узел связи. Теперь нужно подключить АРМ непосредственно к нему.

— Выполняй, — разрешил я.

Начались привычные манипуляции по запуску давно законсервированных систем. Бродяга скользнул к выпуклой формации комплекса, одновременно втягивая в себя щуп. Выдвинул стыковочную трубу, подключился к техническому люку, а затем вырастил по всему ободу дополнительные отростки. Кабинет, да и все внутренние помещения, вновь сместились и поменяли очертания, когда дисколёт превратился в полусферу и намертво врос в чёрную поверхность. Ещё секунда — и мы намертво вросли в глыбу. Теперь ничто не могло оторвать домоморфа от комплекса. В глубине под моими ногами раскрылась диафрагма, выпуская на волю ремонтный модуль.

Я связался с Администратором, но тот уже принял на себя управление.

АРМ начал действовать, скользя по туннелям комплекса, словно крыса из нержавеющей стали.

Материал, из которого были сделаны внешние блоки научного центра, менял свойства автоматически. Главной целью, как мне сообщил Бродяга, являлась маскировка. Днём фасады отражали свет, сливаясь со снегом и льдом, ночью всё это темнело, шифруясь под базальт. А ещё над ущельем раскинулось искажающее поле — оно мешало наблюдателям с воздуха рассмотреть истинную картину происходящего. Впрочем, я сомневаюсь, что сюда залетают человеческие дирижабли. На многие километры вокруг нет ни единого признака жилья. Ни городов, ни монастырей, ни захудалых посёлков.

На непостижимом уровне я ощутил происходящие изменения.

Глыбы, которые на самом деле являлись внешними элементами упрятанного в горы исследовательского центра, сместились со своих мест, немного изменили очертания и как бы ожили.

Внутри горного комплекса что-то происходило.

Минут через пятнадцать я связался с Администратором и уточнил текущее состояние дел. АРМ запустил большую часть подсистем, включая климатический контроль и освещение, но работа ещё продолжалась. Мне разрешили доступ в Атриум Прибытия.

«Доступ открыт, — голос Бродяги прозвучал в сознании. — Но будь готов. Атмосфера внутри соответствует внешней среде. И… там нет гравитации».

Люк в полу кабинета бесшумно раздвинулся, открыв темноту, пахнущую озоном и вековой пылью. Я кивнул Хорвен. Гончая мгновенно скользнула в отверстие, её щупальца оттолкнулись от невидимых опор, и она исчезла в темноте. Я последовал за ней, оттолкнувшись от края люка.

Провалиться в невесомость — это необычное ощущение. Земля уходит из-под ног в прямом смысле, и ты остаёшься один на один с пустотой. Холодный воздух обнял меня, заставив вздрогнуть. Я включил тактический фонарь на плече. Луч света прорезал тьму, выхватывая из небытия фрагменты непостижимой архитектуры.

Мы были в Атриуме Прибытия.

И он был колоссальным.

Мой луч не достигал ни противоположной стены, ни куполообразного свода, теряясь в бездонной черноте. Стены, пол и потолок — эти понятия здесь теряли смысл — были сложены из того же тёмного, поглощающего свет материала, что и глыбы снаружи. Но здесь, внутри, поверхность была испещрена сложнейшими барельефами, напоминающими то ли схемы ДНК, то ли звёздные карты. Они тянулись на сотни метров, и их масштаб подавлял.

В центре этого гигантского пространства, прямо перед нами, парил Коммуникационный Шпиль. Внешне он напоминал кристалл, выросший в невесомости, многогранный и идеально симметричный. От кристалла исходило то самое низкочастотное гудение, которое я чувствовал снаружи, но здесь оно было в разы сильнее. Вибрация пронизывала всё тело, отдаваясь в зубах, и казалось, что гудит не объект, а само пространство вокруг него. Шпиль медленно вращался, и его грани вспыхивали изнутри тусклым синим светом, словно по ним пробегали заряды энергии.

«Деактивационная и сканирующая зона, — напомнил Бродяга. — Шпиль — антенна для удалённого управления. Пока он пассивен, но не приближайся к нему без необходимости».

Хорвен, легко маневрируя щупальцами, описывала вокруг меня широкие круги, сканировала пространство. В свете моего фонаря мелькали другие, меньшие структуры — замёрзшие капли непонятной жидкости, парящие в воздухе, и странные, похожие на коконы выступы на стенах.

«АРМ проложил маршрут к Залу Преображения, — продолжил Бродяга. — Он в ста метрах ниже по вертикали. Двигайся вдоль стены, я подсвечу путь».

На одной из изогнутых поверхностей загорелась тусклая цепочка синих огоньков, обозначая маршрут вглубь комплекса. Я оттолкнулся от ближайшего выступа, и поплыл вдоль этой траектории, чувствуя, как ледяной холод просачивается сквозь одежду. Хорвен следовала за мной, её тень, отбрасываемая фонарём, прыгала по циклопическим барельефам.

Атриум был мёртв и безмолвен, но это была величественная мощь уснувшего гиганта. И я, крошечное существо в этом грандиозном зале, плыл сквозь чужой сон, нарушая покой, длящийся тысячелетия.

Да, с освещением тут пока туго.

Как и с отоплением.

При этом Администратор во время очередного сеанса связи сообщил, что система климат-контроля восстановлена почти на шестьдесят четыре процента. И в ближайшие двадцать-тридцать минут начнётся потепление. Весьма кстати. У меня хороший комбинезон, тёплые перчатки и шапка, но всё равно как-то не по себе. При выдохе изо рта вырывается пар.

И да, я никак не связан с космосом.

А поэтому перемещаться в невесомости — задачка непростая. Меня периодически заносит в сторону или закручивает вокруг собственной оси. Вестибулярный аппарат я тренирую, поэтому не тошнит. Хоть какая-то радость.

Воздух был сухим, чистым и с запахом озона. Словно после грозы, но в условиях отрицательной температуры. По ощущениям — минус десять. Вдобавок пахло чем-то металлическим.

Стены начали испускать тусклое. синевато-белое свечение.

Никаких видимых источников.

То есть, светились поверхности, а не лампы или плафоны.

Синие огоньки привели нас к арочному проёму, скрытому в тени одного из исполинских барельефов. Портал был настолько огромен, что я поначалу принял его за ещё один элемент узора. Но, подплывая ближе, я заметил, что свечение стен внутри него было иным — более тёплым, золотистым.