Чтение онлайн

Ее тело тряслось, словно в лихорадке. Непролитые слезы обжигали сухие глаза. "Не делай этого. Я люблю тебя. Не надо", - повторяли дрожащие губы, но с них не сорвалось ни звука.

Исанн не могла сказать подобное при свидетелях. Как странно, что она по-прежнему способна заботиться о подобных мелочах...

– У тебя был шанс уйти.

В его словах нет угрозы - лишь грусть и сожаление.

И все же красная точка продолжает свое стремительное движение.

– Не надо...
– голос девушки слаб и практически не слышен. Но усиленные микрофоном слова все-таки доходят до единственного человека, которому они предназначались.

– Мы еще встретимся. В следующей жизни, помнишь?

Сельвин улыбался - Исанн знала это. Тепло и грустно. Будь она рядом, он обнял бы ее, утешая и укрывая ото всего мира. Он успокаивал ее, искренне стараясь облегчить последние минуты жизни.

"Что же ты делаешь, дурак?! Что ты делаешь?"

– ...минута тридцать восемь секунд...

До столкновения еще оставалось время. Но мир Исанн уже рушился, сгорая в ревущем пламени. Девушка чувствовала, как оно пожирает изнутри ее тело, заставляя корчиться от невыносимой боли. В ее голову будто вогнали сотню раскаленных добела игл, и с каждой секундой методично всаживали их все глубже.

Когда-то ей довелось почувствовать на себе действие химиката под кодовым обозначением XB-1K7 - модифицированной имперской сыворотки правды. Исанн было поручено расследовать, каким образом несколько экспериментальных образцов попало на черный рынок. Это было ее второе в жизни задание, и она - неопытная, самоуверенная девчонка - попалась в руки злоумышленникам.

Тогда девушка думала, что хуже того, что ей пришлось пережить, не может быть ничего.

Наивная дурочка. Может. Может быть стократ хуже...

– Обещает достать ее и на том свете...
– будто сквозь толстую стену донеслись чьи-то слова.

Идиоты. Они не понимают. И как бы ей хотелось не понимать!

"Все кончено. Он не остановится".

– Нет никакой следующей жизни, Сельвин. Есть только здесь и сейчас.

Собственный голос кажется чужим - будто какая-то другая женщина, хладнокровная и безучастная, взяла контроль над ее телом.

"Я люблю тебя. Я не хочу жить без тебя. Но умирать - не готова. Прости меня. Прости, мой хороший".

Она всего лишь нажала на кнопку запуска - но с тем же успехом могла вогнать нож в сердце.

Девушка не могла видеть, как корабль ее любимого исчез в огненной вспышке. Лишь погасла на радаре алая точка, и прекратила истошно вопить сирена.

...В ту памятную ночь падали звезды. Сегодня же никто не увидел ярких точек, летящих по небосклону: останки транспортника сгорели в атмосфере почти мгновенно...

Со стороны Исанн казалась совершенно невозмутимой. Безукоризненная осанка, отстраненное, нечитаемое выражение лица...

...ведь со стороны не услышать ее крика - оглушительно-громкого, надрывного, но так и не сорвавшегося с бескровных губ. Со стороны не почувствовать жгучей боли, терзающей каждую клеточку тела. Со стороны не увидеть вспышки ослепительно-белого света, выжигающей глаза.

Зато со стороны было прекрасно видно, как ноги разведчицы подкосились, и она рухнула на пол, шумно ударившись о дюрастил.

* * *

В командном центре повисла мертвая тишина - лишь негромко шипела статика из умолкшего пульта связи, да слышалось чье-то тяжелое дыхание. Приятная перемена после шума, стоявшего здесь только что.

Безопасность - вообще приятная перемена после смертельной угрозы, если уж на то пошло.

Гаррет с трудом разжал хватку. Ладонь уже саднило от впившейся в нее рукояти пистолета - который, к счастью, так и не пришлось применить.

Все обошлось. Он до сих пор не мог поверить в это чудо.

Лица присутствующих по-прежнему были белы, как мел. Наверное, комендант и сам выглядел не лучше. Во всяком случае, чувствовал он себя отвратительно.

Молчание успело затянуться до неприличия, когда подал голос майор Иртэн:

– Ну что, господа офицеры... со вторым днем рождения нас всех, - хрипло прокаркал он и тут же закашлялся.

Фраза произвела поистине волшебный эффект: младшие офицеры, отбросив устав и формальности, принялись шумно переговариваться, обмениваться поздравлениями и хлопать друг друга по плечам; майор Вальд облегченно вздохнул и - что было совершенно внезапно - с размаху швырнул на пол свой планшет с пометками. Выдав витиеватое и крайне непристойное выражение на хаттском, сибовец окончил тираду на Всеобщем:

– ...и турели прикажи привести в рабочий вид, сволочь. В следующий раз под трибунал за преступную халатность пойдешь.

– Есть, сэр!
– с готовностью козырнул Гаррет, с трудом сдерживая идиотскую улыбку.

"В следующий раз" - значит, он остался не только в живых, но и при должности, и даже без выговора! Фантастика, да и только.

Иртэн тем временем подошел к распростертой на полу Айсард. Безрезультатно похлопав ее по щекам, нахмурился. Пощупав пульс, помрачнел еще больше:

– Едва дышит, и пульс слабый. Понятия не имею, что с ней, но это явно к медикам. Капитан, организуй. А нам - чего-нибудь спиртосодержащего и забористого на троих.

Бросив взгляд на разведчицу, он неодобрительно покачал головой:

– И что на нее нашло?

– Да мало ли, - философски пожал плечами Вальд.
– Сказала же: "живым нужен". Может быть, у нее задание в поимке этого типа заключалось, а он ей все надежды на повышение поломал.

Гаррет в их разговор не встревал. Не дело это - перемывать разведчикам кости в компании сибовцев.

Вместо этого он набрал на комлинке код медблока. Если состояние Айсард ухудшится, капитан не собирался давать кому-либо повод свалить это на него.

* * *

Апартаменты Круэйи Вандрона блистали ослепительной роскошью. Казалось, перед дизайнером, оформлявшем пентхаус, стояла задача задействовать максимальное количество дорогостоящих материалов и мебели - и он постарался на славу. На стенах, где их не украшала золоченая лепнина, висели картины человеческих живописцев-классицистов; гигантских размеров многоуровневые люстры заливали ярким светом просторные залы и отражались в начищенных до зеркального блеска полах. Сквозь высокие, от пола до потолка, окна открывался вид на панораму верхнего Корусканта во всем его сдержанном, не опошленном назойливым мерцанием неоновой рекламы великолепии.