Тень предъявляет права
Шрифт:
Затем, с видимым усилием сдержался и сел обратно.
— Я знаю, что ты думаешь, кузен. Лотэр держит её в ежовых рукавицах, — самодовольно произнес он. — И это действительно так.
Из вестибюля донеслось:
— Ох, я тебя умоляю! Это я держу тебя в кулаке крепче, чем суслик свою задницу в норе во время половодья. И мы оба знаем это!
Лотэр с неподдельной тоской проводил Элизабет взглядом до поворота, и только после этого повернулся к Треану.
— Она заплатит за свой комментарий позже.
— Жду не дождусь, Лео.
— Давай побыстрее закончим с этим, Треан, потому что я собираюсь... как любит выражаться моя возлюбленная Невеста... потрахаться, — сцепив пальцы, Лотэр продолжил: — Веками твоей прямой обязанностью было устранение беглецов из Дакии, ты был кем-то вроде официального королевского убийцы или что-то в этом роде. Знай, если мы откроем королевство — твоя должность будет упразднена.
Можно подумать Треана это волновало.
— Такова новая экономика Сферы Крови и Тумана. Некоторых судьба возвысит, некоторых опустит. Возможно, ты должен пересмотреть свою позицию относительно того, чтобы возглавить демонов Абаддона?
— Меня эта тема не интересует, — отрезал Треан с каменным выражением лица, гадая, как Лотэр узнал об Абаддоне. Возможно, от Стелиа на. — Есть еще что-нибудь, о чем ты хотел бы поговорить?
— Да, есть еще кое-что. Ты — мой кровный родственник, и так же, как я, ты — представитель королевской семьи Дакии.
— И?
— И это значит, что твое нелепое поведение отражается на мне.
— Что ты несешь? Мое нелепое поведение?
За короткое время правления Лотэр уже успел: потерять в королевстве прорицательницу, разрушить комнату советов и выступить против всех кузенов, раздробив в приступе ярости череп Виктору. Кузен все еще не простил Лотэру этого оскорбления. А немного раньше один из ассасинов Треана заикнулся, что Лотэр возможно похитил короля Армии Воздерживающихся, чтобы урегулировать какую-то... нет многовековую вендетту. Да помогут нам боги.
— Я не сделал ничего, что могло бы стать причиной моего призыва ко двору, Лотэр. Я постоянно нахожусь в своей библиотеке... один.
— Именно. Ты сидишь в своей комнате и утопаешь в воспоминаниях о своей Невесте.
Треан стиснул зубы, не в силах отрицать это.
— Ты что шпионил за мной?
— Конечно. Я шпионю за всеми. Почему с тобой должно было быть иначе? — на полном серьезе спросил он. — Не то чтобы мне это было нужно, чтобы понять, что с тобой происходит. Я был на твоем месте. Ты слаб телом и духом, словно самая коварная болезнь гноится внутри тебя. Ты не можешь пить, не можешь спать. Твоя грудь болит так, словно ее вдолбили в твой позвоночник. А когда ты представляешь будущее без своей Невесты, все что ты видишь — огромная зияющая пустота.
— Да, — прохрипел удивленно Треан. — Да, именно так.
Лотэр действительно один из потомков дома мудрости и истории. Дома Древних.
— Ах, кузен, была причина того, что я собственными когтями вырвал из груди сердце и послал его Элизабет, — смотря куда-то мимо Треана, Лотэр пробормотал: — оно так меньше болело, — и тут же вернулся к разговору: — я поделюсь с тобой советом, который сам однажды получил. Возможно, он поможет и тебе.
— Я слушаю, — быстро сказал Треан.
Все, что угодно, лишь бы прекратить эту муку...
— Подбери нюни, и пойди, верни ее.
Как мудро! Треан оскалился.
— Ты не понимаешь всей трудности моего положения!
— Так объясни мне, — потребовал Лотэр, также начиная терять самообладание. — Насколько все может быть плохо? Как твой король, я приказываю тебе ответить. Ты давал мне клятву верности.
Треану не оставалось ничего другого, кроме как ответить:
— Моя Невеста отравила меня, чтобы я проиграл битву демону, которого она любит.
Лотэр пожал плечами.
— И?
— Ты что не слышишь меня? Она добавила яд в кубок с кровью, дала его мне, уговаривая выпить. Затем дисквалифицировала меня из турнира, который я точно выиграл бы. Она сделала себя навечно недоступной для меня. А чтобы добавить мне соли на рану, она использовала свою силу Чародейки... против меня... чтобы защитить демона.
И даже сейчас Треан желал ее. Comoara mea. Потеряна.
— Лизавета почти обезглавила меня. И посмотри, как мы в итоге счастливы.
— Королева Элизабет непреднамеренно использовала против вас свою новоприобретенную бессмертную силу. Моя Невеста намеренно обманула меня.
— У кого не бывает мелких размолвок во время ухаживания? Ну и что блять из этого?
— А то, что она, блядь, не желает меня!
Все. Вот он и сказал это вслух.
— У нее не должно быть гребаного права голоса в этом вопросе! — прорычал в ответ Лотэр.
Треан нахмурился.
— Ты советуешь мне... похитить её? Как это сделал не так давно ты в отношении короля Воздерживающихся? А до этого своей Невесты?
Лотэр прищелкнул пальцами.
— Точно!
Он не отрицает, что захватил короля? В прошлом эта новость покоробила бы Треана. Сейчас он не мог думать ни о чем, кроме Беттины.
— Какое тебе дело до моей жизни? Ты никогда не проявлял заботу обо стальных членах свой семьи.
— Твоя Невеста — принцесса Дакии. А ты собираешься позволить демону развлекаться меж ее бедер? Не бывать этому! Если ты не наведешь порядок в своем доме, клянусь, это сделаю я!
Дом? Лотэр имел в виду в широком смысле слова? Или он что-то прослушал?
Затем до его сознания дошел смысл остальных слов.
— Ты слишком далеко заходишь, Враг Древних! Жажда крови расплавила твой мозг...
— Взгляни-ка в зеркало, кузен. Посмотри на свое бледное лицо и черные от гнева глаза. Что меня поражает, так это то, что ты действительно удивлен тому, что сходишь с ума. Бьюсь об заклад, ты не отметил шею своей Невесты, когда утверждал права на нее. Отказал инстинкту, не так ли? Тогда приготовься к наказанию.
Треан использовал прежние аргументы:
— Дакийцы не пьют из плоти. Мы не кусаем других существ!
Неважно, какой соблазнительной была плоть Беттины, Треан не поддался её зову. Неважно насколько неправильно ощущалось отказывать себе самому и своей Невесте в этом... словно он подвел их обоих.
— Ты — чистокровный Дакиец в самом расцвете сил, но считаешь себя выше одного из наиболее естественных побуждений любого вампира? — усмехнулся Лотэр. — Выше этих «диких» инстинктов? Смешно, что вы Дакийцы избегаете основной вампирской потребности.
Эта потребность ощущалась и основной, и естественной... и дикой ... одновременно.
— Стану ли я таким же красноглазым, как ты?
— Если бы ты только мог! Ты знаешь, как много ллореанцев мне пришлось выпить, чтобы стать таким? Их число и разнообразие поразит тебя. Если ты станешь пить только от своей вкусной Невесты, этого не случится. — Лотэр подкатил свои красные глаза. — Идиот, ты должен отметить её! Ты должен пить из нее!