Чтение онлайн

– Не знаю я, что видел. Пьяный был. – Валера вновь начал испуганно озираться. – Да и зачем тебе знать-то? Зачем пришел? Я ничего никому не сказал, видишь? Не трогай меня, ладно?

Я тяжело вздохнул, но спокойно проговорил:

– Я не знаю, кого или чего ты боишься, но я тебя обижать не собираюсь. Просто расскажи мне, да разойдемся, хорошо?

Валера торопливо затягивался, будто опасаясь, что я в любой момент могу отобрать сигарету, затем затушил, оставив половину, положил в карман, и, подойдя чуть ближе, тихо заговорил:

– Ты, главное, не рассказывай никому. Я мож, видел, мож, не видел. Не поверишь ты мне. Вчера видел. Болела она сильно, укусила ее тварь какая-то, шея никак не заживала. Посмотреть не давала. Говорила, само заживет. Плохая она к вечеру была. Совсем плохая. А ночью сегодня спал, слышу – орет кто-то. Наши разбежались, кто куда, а я пошел посмотреть, вдруг случилось что. Вера нам всегда помогала. Хорошая женщина. И вот подхожу я, вижу, сидит на ней тварь какая-то, а вроде и человек. Глазища красные, злобные, у меня все изнутри аж зашлось. Сидит и рвет Веру, кровь так и хлещет, так и хлещет! Она, бедненькая, визжит, руками машет, а он, паскуда, держит ее и рвет, будто зубами рвет, понимаешь? Я стою, страшно мне, двинуться не могу, а он, как куклу, ее дербанить начал! Не можно так человеку с такой силищей быть! Жутко это, ненормально. Вижу, что голову тот поднимать на меня начал, да и побежал оттуда, куда глаза глядят. Не разбирал дороги, бежал, пока силы были. Утром только вернулся сегодня. Убрали с мужиками, что осталось. Страшно смотреть, что с ней было. Даже собаки дикие так не рвут, а я видел собак, видел, понимаешь? – Он замолчал, в глазах застыл первобытный страх, его трясло, как лист на ветру, на лбу из-под шапки выступил пот, несмотря на прохладное утро. Я молча курил, глядя на него. Адекватных комментариев в голову не шло. Да, можно счесть это синим бредом, если бы не одно «но» – я уже видел подобное. Только вот я видел результат, а Валера также стал свидетелем процесса.

– Значит, ты знаешь, что случилось с Колей? – спросил я.

Валера нервно сглотнул и чуть кивнул. В его глазах зажегся легкий огонек надежды на то, что я действительно могу поверить в эту историю.

– На ночевку не пришел. Говорил, что Вере принесет чего-нибудь, чтоб помочь. Под утро я пошел в тот двор. Там и увидел. – Он замолчал и шмыгнул носом. – Убежал я тогда. А следом вот Верка. И куда мне теперь? Многие расходятся.

– Почему? – Я кивнул в сторону прохода, приглашая пройтись и оказаться подальше от всего этого смрада. Он вздохнул и послушно пошагал за мной.

– Они не первые, кого… ну, это… – услышал я за спиной, – десяток, почитай, уже пропали. Болат, Харитоныч, Гульмирка… Мы всегда сюда ночевать приходим. Привычно, да и не трогает никто. Опять же, если совсем ничего не нашел за день, обязательно поделятся. А они перестали возвращаться. Петро старый еще с месяц назад говаривал, что милиция находит страшное что-то в подворотнях. У него, мол, есть знакомые там, они рассказали. – Он поравнялся со мной. – Не поверили мы ему тогда. Думали, может, получше место себе нашли, и не сказали никому, чтоб орда не набежала.

– Так, может, у него и спросить? – я повернулся к нему.

– Не можно, – скривился Валера. – Пропал он. Тоже пропал. Что за паскуда-то? – Он снова вздрогнул. – Я много каких вещей в жизни то повидал, потаскала, родимая… Но эту пропастину… Не человек это, понимаешь? Хоть и человек.

Я лишь поджал губы. – «Слушай, все еще не так плохо…» – «Ты тупой? Или не видел ничего? Там кровища хлестала чуть ли не на два метра! И это не плохо?» – «Не забывай главное правило: перед тем, как делать выводы, обязательно выслушай обе стороны. Ты сейчас услышал лишь одну версию». – «У кого прикажешь спросить вторую?» – «А у тебя огромный выбор? Альберт тебя немного пугает, как и меня, впрочем. Остается Амир, вы, вроде, нашли подобие общего языка». – «Амир меня тоже пугает. Меня они все пугают. Меня вся эта ситуация пугает. Я не хочу в это углубляться. Чем дальше в лес…» – «… тем ближе вылез. Что-нибудь придумаем. Зачем ты вообще сюда приперся?» – «На остановке Коля сказал, что Верку что-то поранило, как и его. И оба ничего не помнят. Надеялся, что хоть она что-то расскажет». – «Ну, технически, рассказала. Невербально. Только вот что нам это дает?» – «Только то, что эти ребята далеко не плюшевые зайчики, и кое-что из россказней в сети действительно правда. А еще, что ничем хорошим для меня эта история точно не закончится. Господи, ну почему я?» – «Хотел бы оказаться на месте Коли? Алисы? Не пессимизди, все могло быть хуже. С тобой жизнь пока еще довольно мило обходится».

– Можешь описать того, кого ты видел? – я обратился к Валере.

Тот на секунду прикрыл глаза. На лице отразилась гримаса боли и отвращения:

– Не помню я. Выпивал, понимаешь? Темно еще было. Костров сейчас не жжем, мокро все, да и немного нас тут осталось. Раньше светло, как днем было, понимаешь? А теперь темно. Страшно. Я-то не пугливый, понимаешь? – Он поднял взгляд на меня. – А теперь страшно.

– Ну хоть что-то ты запомнил? – Мы уже почти подошли к ступенькам, ведущим наверх.

Тот наморщил лоб, помпон на шапке задорно мотнулся вперед:

– Темно было, понимаешь? – наконец произнес он. – Но глаза, глаза красные были. И высокий был.

– А кроме глаз, ничего необычного не заметил? – спросил я. – «Ну, и кроме того, что он твою знакомую руками на части рвал…»

– Злой, очень злой, – прошептал он. – Так страшно стало, понимаешь? Двигаться не мог. Стоял и смотрел…

– Понятно, – вздохнул я. – Ладно, Валер, на, вот, возьми еще. Помяни от моего имени тоже. – Я вытащил еще пару банкнот из кармана. – И если еще что-то такое услышишь, ты не забывай, ладно? Ты у меня во дворе часто бываешь, могу помочь по мелочи, а ты расскажешь, где что слышал. По рукам?

Вместо ответа тот молча уставился мне за спину. В глазах метнулся страх и полнейшая растерянность. Я тяжело вздохнул и обернулся.

Наверху на ступеньках стояли двое, перекрывая выход. Я выругался сквозь зубы. Как и ожидалось, за спиной оказались не друзья. Хотя меня это уже не удивляет, если честно. Последние дни превратились в бесконечный закон Мерфи.

Два из трех бугаев, которые оказали мне радушный прием у магазина. Судя по хищным улыбкам и отнюдь не дружелюбным взглядам, о вере в Бога поговорить не хотят.

Еще больше напрягают расслабленные позы и полнейшая уверенность в себе. То, что нужно для удачного начала дня. Все внутри сжалось, плечо очень вовремя заныло, припоминая прошлую встречу, но я постарался одарить кретинов таким же гостеприимным взглядом, каким пару раз встречал коллекторов.

Валера оперативно попятился назад, однако за миг до этого я ощутил тяжесть в кармане куртки. Мой информатор скрылся за ближайшим поворотом, только я и видел болтающийся помпон. Бугаи проводили его равнодушным взглядом. Я чуть прищурил глаза:

– Я не хочу проблем.

Один из них лениво ухмыльнулся:

– А их и не будет. Ты поедешь с нами. По-хорошему или по-плохому – решай сам. Но быстро, потому, что я бы хотел по-плохому.

– Что ж вы за козлы-то? А Макс в курсе, что вы меня снова прессовать собрались?

– Значит, по-плохому, – произнес тот, который и стал причиной моего ноющего плеча. Они начали спускаться ко мне. – Хорошо. Мне из-за тебя куртку порвали.

Меня мелко затрясло. Вся злость, весь страх последних дней пытались вырваться наружу и были сконцентрированы на двух фигурах, неспешно приближающихся ко мне. Страх поднимался черными волнами, захлестывая сознание, но не сковывал, а лишь наоборот будоражил кровь, заставляя ее нестись по венам быстрее, вырабатывать адреналин. Я тяжело задышал, стискивая кулаки, и чуть наклонился вперед. – «Эй, берсерк, тише, тише, не гони вороных!» – «Чего?» – «Успокойся, дракон! Ты, конечно, не хлюпик, но эти два мордоворота по тебе катком пройдутся, «мама» сказать не успеешь». – «Не таких ломали». – «Чего ты чешешь? Мне-то не рассказывай. Думай головой, иначе тебе ее об стену разобьют. И не забывай, это, вполне возможно, не просто сильные мужики. Ищи варианты». – «Хочу разбить им рожи. Особенно вон тому, засунуть ему его же кольцо ему же в…» – «Стоп! Вдохни глубже! Давай же!»

Я медленно сделал вздох. Посчитал до двух. Выдохнул. Парочка «твикс» продолжала идти на меня. Нас разделяло не более десяти ступенек. – «Да ты мой шаолиньский монах! Есть лишь один вариант. Надеюсь, в этот раз не поскользнешься».

Разогретое тело было готово к действию. Я еще раз взглянул на их спокойные рожи и, развернувшись, что было сил рванул вглубь стройки. За спиной послышались маты и топот ног.

На ходу вытащив из кармана телефон и практически не глядя, набрал «102». Я старался не слишком концентрироваться на гудках в трубке, чтобы не зацепиться за что-нибудь ногой или не врезаться в столб, и продолжал бежать, поворачивая, как можно чаще и не разбирая дороги. Сердце стучало уже в районе кадыка, я не помню, когда бегал с такой самоотдачей в последний раз. За спиной что-то орали, но я не вслушивался, лишь осознавал, что гоблины, по меньшей мере, не отстают. Наконец в трубке прозвучало: