Тени Казани
Шрифт:
Дима, немного успокоившись к первому этажу торгового центра, сказал:
— Ну что, на Сковородку?
Ада кивнула, и они направились к выходу из «Кольца».
[22] Ада делает отсылку к сцене из книги и фильма «Гарри Поттер и узник Азкабана», когда профессор Снейп ведет урок вместо профессора Люпина и, по совпадению, разбирает с классом тему оборотней.
[21] ТЦ «Кольцо» — торговый центр, расположенный в центре Казани, на пересечении улиц Баумана и Петербургской. Открыт в 2006 году, является одной из самых известных торговых площадок города.
[24] Стокер Б. Дракула / Пер. с англ. Н. Сандровой, В. Смирновой. — М.: Алгоритм, 2023. — С. 277.
[23] Джеймс Э. Л. Пятьдесят оттенков серого / Пер. с англ. Т. Китаиной, М. Клеветенко, И. Метлицкой. — М.: Эксмо, 2013. — С. 235.
[18] Мем про 3 сентября, основанный на песне Михаила Шуфутинского (1993), по легенде, появился в Рунете в 2011 году и быстро стал символом ироничной сентябрьской тоски.
[20] Символ «А» в круге изначально использовался анархистами, в 1970-х годах стал более известен с развитием панк-движения. Дима поддерживает оба значения символа.
[19] Здесь и далее приводятся авторские стихотворения.
I thought of a story
And rushed to reach the end
Too soon [25].
The Cure, Primary
Над городом опустился сентябрьский вечер, и где-то в районе Кремля повисла толстобрюхая туча, обещающая дождь в ночи. Ада держалась по правую руку от Димы и весь подъем к Сковородке думала только о том, как ее примет новая компания. Школьная история с бойкотом в седьмом классе еще не совсем забылась, поэтому тревога не отпускала. От одного только воспоминания о том, каково это было, желудок до сих пор сжимался в крошечную изюмину.
Дима же бодро болтал о том, как планирует на зимних каникулах один махнуть в Питер, где у него жили друзья. Ей казалось, что Дима совсем не замечает ее состояния, пока на углу он не остановился так резко, что Ада даже споткнулась.
— Адель, ты не переживай так, ладно? Там все свои, Леся обещала подойти, так что я вас заодно и познакомлю.
От упоминания Леси стало совсем тоскливо.
К счастью, погрузиться в свои переживания Ада не успела, потому что они наконец поднялись к Сковородке.
На расположившихся полукругом скамейках собралась довольно большая компания, с виду сплошь из неформалов. Ада заметила и таких же, как Дима, панков, и парочку ребят в розово-черных полосатых прикидах, и хиппи, и даже девочек в нэко-ушках. Настолько разношерстной компании она не встречала никогда в жизни.
Неосознанно она придвинулась к Диме, почти касаясь его плеча.
— Вот видишь, — сказал он, словно не поняв ее движения, — все уже собрались. Только нас ждут.
Ада судорожно сглотнула.
От компании отделилась светловолосая девушка — та самая, с которой Дима обнимался у метро, — и с разбегу кинулась ему на шею. Не обратив никакого внимания на то, что он пришел не один, она запечатлела на его губах такой крепкий поцелуй, что он слегка покачнулся.
— Адель, это Леся, — наконец отцепив от себя девушку, сказал Дима.
Леся едва окинула Аду взглядом и бросила:
— Привет!
Ада молча кивнула, понимая, что о ее существовании тут же забыли.
На соседней скамейке сидели незнакомая девушка в джинсах и рубашке с традиционной татарской вышивкой и… Саша! Она совсем не изменила своему хипповскому стилю.
Аду поразило, как много было вокруг ребят в одежде с национальными элементами — не только татарскими, но и марийскими, чувашскими, русскими. Как будто у них была своя мода, не подчиняющаяся времени и массмаркету.
А еще с виду они все казались одинаково молодыми, и мелькнула мысль: а так ли это на самом деле? Ведь, если Дима говорил правду, в этой толпе могли быть и бессмертные существа.
— Привет! Рада, что и ты здесь! — сказала она, садясь недалеко от Саши.
Та бросила на нее рассеянный взгляд и кивнула. Явно не узнала, хотя сегодня они сидели в аудитории не так далеко друг от друга.
— Привет! — воскликнула девушка в вышитой рубашке. — Я Лиля, а ты?
— Ада, — отозвалась она и скинула сумку на скамейку.
— Приятно познакомиться, — широко улыбнулась Лиля, обнажив острые клыки. Аду тут же посетила догадка, которую подтвердил Дима, плюхнувшийся рядом.
— О, и Саша тут, привет! — сказал он, приобнимая Лесю, тут же свернувшуюся клубком под его рукой. — Я тебе про Лилю рассказывал.
Ада, прикрыв сумкой задрожавшие то ли от холода, то ли от внезапного страха коленки, ахнула. Она завороженно разглядывала лицо Лили, чуть изменившееся из-за клыков, и наконец воскликнула:
— Так это ты вампир?
Лиля рассмеялась совершенно беззлобно и искренне.
— Ага, значит, этот гаврик что-то про меня рассказать успел?
Ада смутилась своей реакции и пробормотала:
— Он сказал, что познакомит меня с убыром.
— Со мной, значит, — закивала Лиля. — Ну что ж, задавай свои вопросы.
— У тебя их, наверное, много, — поддакнула Саша, перекинув ногу на ногу.
Легкий запах дыма продолжал окутывать город, а Дима достал очередную вонючую самокрутку. Леся растянулась на его плече, совсем не замечая взглядов Ады, которые она нет-нет да бросала в их сторону. Поймав очередной, Дима молча подмигнул ей.
Она сразу отвернулась к новым знакомым, ощущая внутри смятение оттого, что ее как будто поймали за разглядыванием чего-то запретного. Она встретила расслабленный взгляд Лили и забыла, что хотела до этого сказать. Вместо этого спросила:
— Ты сюда на охоту приходишь, да?
— А ты как думаешь?
Саша фыркнула, давясь смешком, и сидящие чуть поодаль другие ребята из компании отвлеклись от беседы. Ада лишь на секунду смогла перевести на них взгляд, но тут же, как завороженная, снова повернулась к Лиле.
— Думаю, что Дима просто наболтал мне всякое, чтобы я сюда пришла, — как на духу выпалила она и не поняла, почему сказала все как есть.
— Эй! — возмутился Дима. — Адель, так вот как ты мне веришь?!
Лиля махнула на него, и тот обреченно повернулся к Лесе. Ада про себя заметила, как та буквально расцветала от его внимания.
— Как ты думаешь, сколько мне лет?
Ада повела плечами, даже не задумавшись над ее вопросом.
— Я видела революцию, — внезапно уставившись Аде в глаза, заметила Лиля. — Я пережила две войны, оттепель и перестройку. Когда ты только появилась на свет, я уже хотела уйти в подполье и проспать хотя бы пару десятков лет.