Чтение онлайн

Счёт мне принесли очень быстро,

Расплатилась, вышла на улицу, жадно вдыхая воздух со вкусом дождя и дыма. Погода налаживалась, хоть было и ветрено, тучи быстро убегали куда-то к горам. Я немного постояла возле кофейни, пытаясь сосредоточиться и мучительно соображая, что всё же не так, а потом вспомнила: зонт! Я забыла забрать его у швейцара. А поскольку и чаевых не оставила, этот усатый мошенник не счёл необходимым напомнить мне об этом.

Заставить себя вернуться в кафе было невыносимо сложно. Но мой большой чёрный зонт – это не просто аксессуар. Переделанный подвальными мастерами Старого квартала, он вполне мог служить оружием. Пришлось возвращаться и тихо просить официанта о маленьком одолжении. И пока я ждала, замерев у порога, до меня неожиданно донеслись звуки разговора двух самых страшных людей королевства.

Братья Оберлинги неторопливо шли мимо меня в курительную комнату и едва слышно беседовали. Чёрная тень у двери не привлекла их внимания, и я мысленно поблагодарила Фатума – покровителя всех воров.

–… целое кладбище, Тьен. Впервые такое вижу.

– Что говорит Рози?

– Ничего не говорит. Она…

Официант подал мне зонт, и, бесшумно выскользнув из кафе, я отправилась в сторону дома. Пешком, разумеется, достаточно на сегодня расходов. К тому же был повод подумать, без спешки и без помех.

Кладбище? Какое кладбище? Что могло там произойти? Как я могу это использовать?

Если кто-то хозяйничает, допустим, на Белом кладбище, это интересно. Там хоронят аристократов средней руки, тех, у кого нет семейных склепов, и еще богатых торговцев и чиновников. Хоронят часто с кольцами, часами, запонками и золотыми зубами. Я никак не касаюсь этого промысла, не хватало мне с лопатой по могилам скакать, но, возможно, могла бы выкупить какие-нибудь ценности и потом перепродать наследникам. Или врагам этих самых наследников.

Очень ценная информация. Только что мне с ней делать теперь?

Если же Чёрное, то нечего там и ловить, разве что ношенные вещи. Но какое дело самим Оберлингам до рваных тряпок с тел городской бедноты?

Им бы нас только ловить и сажать в свои жуткие тюрьмы.

Страшные, страшные люди.

______

Примечание авторов: Оберлинги не относятся к 12 высшим родам. Они появились позже, однако верной службой и невероятной удачливостью в финансовых делах заслужили всеобщее уважение и почёт. Все Оберлинги – сильные маги и оборотни при высоких должностях.

В совершенно растрёпанных чувствах я вернулась домой, снова переоделась. Тщательно пересчитала все деньги. Собрала, наконец, саквояж. Сегодня уехать уже не получится. Нужно избавиться от колец, тщательно проверить комнату и сделать вид, что я вышла буквально на пару часов. Следы за собой заметать я умела отлично. И документы, конечно, нужно купить документы для выезда из страны. Это самое главное.

Новый мой образ выглядел много проще: длинная чёрная юбка, потёртый плюшевый жакет с глубокими внутренними карманами, на плечи накинут платок. Волосы заплела в простую косу, удобная шляпка из чёрного же фетра. Переложила в карман пистолет, на бедре тонкими ремешками закрепила кинжал. Ботинки тоже надела совсем другие: из тех, что привыкла носить, собираясь на дело. С высокой шнуровкой, фиксирующей лодыжки, толстой грубой подошвой и металлическими накладками на носах. В них и бегать по лужам можно, и лягаться.

Дождавшись уже наконец темноты, отправилась к Хромому Хью, благо идти недалеко. Лавочка старьёвщика прячется в тёмном подвале одного из многоквартирных доходных домов.

Хромому Хью было глубоко плевать, какой знак изображён на старинном золотом перстне. Он знать не знал ни о каких заговорах и тайных обществах. Или знать не хотел? По крайней мере, он выжил же как-то в недрах Старого Льена и даже дожил до седин, что само по себе удивительно.

– Половина унции, хорошее золото, не подделка, – с удовлетворением на уродливом лице произнёс мне старьёвщик. – Дам хорошую цену: целых сорок сунов.

Я хотела поторговаться, но вспомнила, с каким отвращением ростовщик отшвырнул это кольцо, и быстренько передумала. Ну его. Хотя явно тут чистого золота не меньше, чем на империал.

Перстень с фиолетовым камнем Хью понравился больше, а когда я показала ему секрет, он и вовсе расщедрился на пять полновесных золотых монет. Уже прикинул, кому продаст такую забавную вещицу. Я забрала деньги, их тщательно пересчитала и, пряча добычу в кожаный старый кошель с заговором, как бы между прочим спросила:

– Хью, а ты часом не слышал, что там с нашим кладбищем?

– А что с кладбищем? – он тут же замер, нахмурившись.

– Я слышала, что там что-то странное произошло… – постаралась придать голосу тон как можно более равнодушный.

– Какая ты слухастая, – недовольно ответил Хью. – Ничего такого. На старом кладбище, которое за Яблоневым кварталом, кто-то разворошил могилы. Молодняк наш дуркует. С пьяных глаз, не иначе. Теням-то зачем, там сто лет никого не хоронят.

– Целое кладбище раскопали? – вспомнила я слова Оберлинга.

Ох, напрасно я так. Хью словно что-то почуял и сразу попятился, за собой закрывая прилавок и мне указывая на дверь.

– Я не знаю, не видал. Иди уже. Нашла тоже, чего полоскать. Кладбища ей…

Он выжидающе на меня уставился, а я кивнула и надвинула шляпку пониже на лоб, скрывая лицо.

– Ты не знаешь, Стряпчий клиентов берёт ещё?

– Не подох, крысов сын, – сообщил Хью. – Такие как он, по своей воле вперёд ногами не выезжают.

– Брось, Хью. В нашем деле полезно иметь такого полезного человека. Дай Фатум ему долгой жизни.

– Решила оставить насест, крошка Лив? – напряжённо спросил старый Хью, исподлобья сверкнув белёсыми глазами.

– А ты никак петуха услышал, дружище? – у меня дрогнули руки.

– Да кто его знает… Времена нынче такие, что как бы петухов не стащила какая залетная тварь. По ночам одна не ходи. Мало ли… Швах лисица за шею, и пёрышек не найдут. Всякое может случиться.

– Зверь набегом из дальнего леса? – понимающе усмехнулась я. – Видела на днях одного.

– Если бы… Оборотни шалят. Настоящие.

– Да брось, – не поверила я. – Запрещено. Патрули. Да и не полнолуние.

Хью был совершенно серьёзен.

– Наших зубами вчера загрызли. Двоих. Мэтта Булочника и Жана Скрипача.

– Брось, Хью! Небось подрались и на битых бутылках нарезались. В Льене чужие оборотни? Да не бывало такого!

Хью равнодушно пожал плечами и отвернулся, теряя ко мне интерес. Я вышла на улицу, поглядела на чёрное небо, по которому быстро плыли серые рваные полосы облаков. Тонкий серпик луны меня успокоил. Какие там оборотни, демоны их покусай? В такую пору они все в разуме. Да и много ли их осталось, кроме древних родов? А те давно держат себя в строгости. Драки же и смертоубийства в Старом квартале были явлением вовсе не редким.