Чтение онлайн

– И все? И ради этого столько жертв? Столько разрушенных семей?

– Ты, гнида, семьи наши не трожь. За свою семью я глотки грызть буду. А ты, зверюга, мясом людским питаешься, за милью видать. Себя-то вы видели? От одного вида вашего обосраться со страху можно.

– Ах, вон, в чем дело, - грустно усмехнулся Юрки, - Рожами мы не вышли. Ну, спасибо. Прощай, Браким.

С этими словами Юрки вонзил свой клинок Бракиму в грудь. Браким захрипел, срыгнул кровью, затем глаза его закатились, и мертвое тело рухнуло на снег.

Со смертью Бракима наступила поистине мертвая тишина. За серым, как дождь небом было совершенно невозможно определить, где солнце. Было ясно одно - в ближайшее время оно не появится.

 Зуали принялась вытаскивать из тел стрелы, а Юрки стал отчищать снегом клинок и одежду от крови.

– Я вот не понимаю, что у тебя за оружие такое странное?
– Спросил он Йорвина, глядя, как тот укладывает тойшен обратно, в сумку, - Ранить нормально не может. Почему ты с ними так ласково? Почему не убивал этих презренных?

– А я надеялся избежать этой темы, - вздохнул Йорвин.

– Почему?

– Юрки, ты не человек, ты не поймешь.

– Но ты тоже не человек, - Юрки вернул в ножны отчищенный клинок, отстегнул пустые, теперь бесполезные ножны сломанного, и выкинул их в сугроб.

– Еще давным-давно драконов призвали жить среди людей. Жить по их законам и заповедям. Не из прихоти, нужда заставила. А люди не имеют права решать, жить или умереть другому человеку. Вот и я на себя этого права не возлагаю.

– Глупость. Щадить тех, кто хочет тебя убить, наплевав на ваши, как их там... заповеди, - Юрки покачал головой.
– Ты приготавливаешь под ребром место для умелого клинка. Вот, что я скажу.

– Я и не ждал, что ты поймешь, - сокрушенно покачал головой Йорвин.

– Хоронить-то их будем?
– спросила Зуали, закончив собирать стрелы.

– Не стоит тратить времени, - ответил Йорвин.
– Их родные позаботятся о них. А нам нужно в Гвантан.

И они ушли, оставив за собой смерть и тишину. Но даже после их ухода долгое время оставшиеся жители не осмеливались нарушить ее и выйти на улицу. Убитых похоронили, когда те были уже в окоченевшем состоянии и с выклеванными вороньем глазами.

Проселочная дорога вывела путников на большой тракт. На этом такте нет-нет, да появлялись торговые обозы, крестьянские телеги и одиночные всадники, которые иногда косились, а некоторые в недоумении потирали глаза, не понимая, чьи это лапы торчат из под мехов. Снег под ногами был вполне утоптан, и идти было легче, нежели по проселочной тропе, порядком заметенной снегом.

К середине дня поднялся ветер и пошел снег. Город Гвантан встретил Йорвина и компанию метелью.

 Тракт оканчивался, упираясь в ворота городской стены из высокого бревенчатого частокола. Ворота были открыты, но обозам и караванам путь в город перегораживал шлагбаум, по обе стороны от которого стояли караулки стражи. Заметив подозрительных пришельцев, стражники вышли из караулки, прихватив свои двухзарядные пехотные арбалеты. На них были яйцеобразные кольчужные шлемы и красно-зеленые бушлаты, также обшитые кольчугой.

– Хто такия, окудова, и зачем пожаловали у Гвантан?
– спросил первый. У него почему-то один глаз был прищурен, а другой наоборот - вытаращен.

Йорвин счел, что нет смысла что-либо утаивать от блюстителей порядка. Тем более от стража с таким пытливым оком. Он снял капюшон и кивком велел своим спутникам сделать то же самое.

– Ох, ты ж ё!
– Оба стража подскочили, когда увидели морферимов.
– Ребяты, шо ж вы за нелюдь такая, а?

– Мы лесная раса морфериам из великого Отророфельда!
– гордо произнес Юрки.
– Посторонись, страж, и дай нам войти в город, - В этот момент Йорвин забеспокоился, боясь услышать «а то хуже будет». К счастью, он этого не услышал.

– Пушщать не велено. Графов указ. Гвантан - энто людской город, а потому пушщать ельфов, гномов и прочих разных - запрешшено, - Второй страж с лицом в виде булыжника стоял твердо, но было видно, что арбалет в его руках заплясал от страха.

Юрки не нравился тон говорившего, и он потянулся за клинком, но Йорвин несильно пихнул Юрки локтем, и тот сделал вид, что хотел почесать шею. Он непонимающе глянул на Йорвина, но встретив в его взгляде сталь, подчинился.

– Но куда же нам податься?
– спросил он., - Мы много дней шли в этот город, нам необходимо туда.

– Енто не мои дела. Не пушшу. Вертайте взад.

Постояв еще с минуту, и посверлив стражников глазами, Юрки развернулся и зашагал в обратном направлении. Остальным ничего не осталось, как последовать за ним.

– Ты, добрый человек, могешь ходить, - сказал стражник Йорвину.

– Нет уж, - ответил он.
– Без моих друзей мне там делать нечего.

– Ну, как хош, мил человек, выбирай друзей лутче, в следщий раз, - стражники опустили арбалеты и, сделав лица попроще, скрылись в караулке.

А снег все шел и шел. И не просто шел, он валил с такой силой, что казалось, небо трещит по швам, и на землю падают его обломки и крошево. И это крошево подгонял неистовый ветер, который вполне мог бы поколебать недобросовестно сделанную крышу.

– И что дальше? - спросил Юрки, когда они скрылись из виду караульных.

– Я не знаю, - сокрушенно пожал плечами Йорвин.
– Правда, не знаю. Наверное, было ошибкой тащить вас с собой. Я как-то не подумал, какую реакцию вы можете вызвать у людей. Для меня мы все под лунами равны. А для этих вахлаков некоторые сильно равнее, - Йорвин вздохнул и поежился. Его одежда неплохо согревала, но ветер такой силы сводил все тепло на нет.

Из-за тучи снега на тракте показалась повозка, накрытая тентом. Старый возница остановился около морферимов и уставился на них, разинув беззубый рот. Когда на него уставились четыре пары нечеловеческих глаз, возница опомнился. Он достал что-то из кармана, подул, потер об тулуп и сунул в рот, делая вид, что кроме снежинок ничего мимо него не пролетало.

Возница мусолил во рту непонятную съедобину, пока со смежной тракту тропинки не вышел еще один человек. Ни Йорвин, ни морферимы такого человека раньше не видели и не увидят больше нигде. Он был горбат, но отличался внушительным ростом и телосложением. Его руки были огромными как у Торвальда и Тулбора вместе взятые, и при всем при этом нечеловечески крупные ладони с неимоверной толщины пальцами. Таким ручищам, пожалуй, позавидовал бы и самый крутой гном - горняк. Этот человек был явно немолод. Волосы у него были русые с проседью на лбу и висках, курчавящиеся и нечесаные. Когда порыв ветра сдул волосы с его лица, у Йорвина отвисла челюсть. Его правый глаз был вдвое больше левого - совершенно нормального по размеру. Его нос был похож на орлиный клюв, губы тонкие, чуть презрительно скривленные, челюсть, мощная и широкая, венчалась гордым выдающимся подбородком. На горбуне была шуба на овечьем меху, льняные шаровары и чеботы из сыромятной кожи. С собой он вез биндюгу на корабельном шкоте.