Чтение онлайн

— Господин Сивер Юз? — корректно осведомился Геннад.

— Ну?

— Так вот, господин Юз, слушать меня будешь, когда впустишь, поставил его на место Геннад.

Челюсть Юза застыла.

— А ну-ка, впусти его, — кивнул он охраннику, вытирая ладонью жирные губы.

Охранник отпер ворота, и Геннад поднялся на крыльцо.

— Из центурии, говоришь? — недобро сказал Юз, сверля Геннада маленькими глазками. — Так вот, слушать будешь ты, а говорить буду я. Я тебя и твою центурию… — Он сделал недвусмысленный жест рукой. — Понял?! А теперь выметайся отсюда, пока мои парни в тебе дырок не наделали. И чтоб духу твоего здесь не было!

Охранник сорвал с плеча автомат и направил его на Геннада.

Кровь ударила Геннаду в голову, но он сдержался.

— Понял, — одними губами проговорил он. Повернулся, сделал шаг с крыльца мимо охранника, а затем резким движением рванул в сторону ствол автомата, одновременно проводя подсечку. Автомат затарахтел по ступенькам, а охранник полетел в грязь у крыльца. Увернувшись от кулака Юза, Геннад перехватил его запястье, завернул руку за спину и ткнул в лоснящийся подбородок Юза ствол пистолета.

— Учти, я успею нажать на курок даже с дыркой в голове, — сказал он в ухо Юзу. — Понятно?

Юз хрипел, брызгал слюной, брыкался, пытаясь освободиться. Охранник броском из лужи схватил автомат, перекатился по земле и навел его на Геннада.

— Отставить, — негромко прозвучало с порога. В дверях особняка стоял седой жилистый старик в парчовом халате. Лицо его было каменным и властным.

— Что здесь происходит?

Юз, наконец, перестал брыкаться, только шумно дышал и вращал налитыми кровью глазами, вывернув голову к стоящему за спиной Геннаду.

— А вы кто такой? — спросил Геннад.

— Владелец имения Сивер Юз, — все тем же негромким голосом проговорил старик.

— А это кто?

Геннад надавил стволом на подбородок лже-Юза.

— Мой сын. Сивер Юз-младший. Так что здесь происходит? — не меняя интонации, повторил старик.

— Оскорбление должностного лица при исполнении служебных обязанностей, — усмехнулся Геннад.

Юз-старший махнул рукой охраннику. Тот опустил автомат и поднялся с земли.

— Я тебе сколько раз говорил, что власти нужно уважать, — сказал Юз-старший сыну и вновь обратился к Геннаду: — Вы можете предъявить документы?

— Кхм…

Геннад повертел пистолетом у лица Юза-младшего.

— Мне кажется, что при таких тылах, — Юз-старший кивнул в сторону ворот, — это излишне.

Геннад скосил глаза. У ограды, широко расставив ноги и взвалив на плечо реактивное ружье, стоял Мавриж. Ствол ружья был направлен на крыльцо. Что у Маврижа было с Юзами, из-за чего он отказался зайти во двор, неизвестно, но, по читавшейся на лице у околоточного решимости в случае чего без колебаний пустить парочку ракет, было видно, что ненавидел он обитателей особняка люто.

Геннад отпустил Юза-младшего и показал удостоверение старику.

— Из столицы? — Брови старика взлетели. Он бросил гневный взгляд на сына, и Геннад заметил, как тень недоумения и растерянности скользнула по лицу Юза-младшего.

— И что привело к нам господина статс-лейнанта?

— Я должен допросить вашего сына в качестве свидетеля.

— Свидетеля? — вновь удивился Юз-старший. — Свидетеля чего?

В старике ощущалось какое-то внутреннее напряжение, которое он умело скрывал. Связывало Юзов и околоточного что-то такое, чего в имении опасались. Искренне сожалея, что он и намеком не в курсе этой связи, Геннад протянул фотографию.

— Ваш сын встречался с этим человеком. Мне необходимо выяснить подробности встречи.

Старый Юз глянул на фотографию и передал ее сыну.

— Сопляк… — не сумел он скрыть облегчения.

Юз-младший растерянно уставился на снимок.

— Кто это? — спросил он.

— Я приношу извинения за поведение моего сына, — сказал Юз-старший. Это просто недоразумение. Власти мы уважаем… Да чего стоим на пороге? Прошу в дом. Я надеюсь, мы загладим инцидент.

— Просим, просим… — вторил за отцом Юз-младший. Он угодливо кланялся, махал руками, чуть ли не шаркая ногой. Превращение Юза-сына из крутого парня в подобострастного полового выглядело отвратительно.

Геннад оглянулся на Маврижа, все еще стоявшего у изгороди с базукой на плече, пожал плечами и шагнул в дом.

Как и ожидал Геннад, убранство дома отличалось крикливым богатством и столь же вопиющей безвкусицей. Все здесь было рассчитано не на удобство обитателей, а на то, чтобы поразить возможных гостей достатком хозяев.

Юз-старший провел Геннада в столовую, усадил за накрытый стол.

— Прибор гостю, — бросил он прислуге.

Тотчас перед Геннадом появилась тарелка, вилка, нож.

— Угощайтесь, чем бог послал, — широко развел руками хозяин.

Геннад окинул взглядом стол. Бог хорошо позаботился о хозяевах особняка. Блюда на столе словно сошли с иллюстраций поваренной книги доперелицовочного времени. И все это в фарфоре, в хрустале, со столовым серебром с вензелями.

— Вынеси Маврижу, — приказал Юз-старший, наливая рюмку. Прислуга поставила рюмку на поднос и вышла.

— Очищенная, — проговорил хозяин, наливая гостю прозрачную жидкость из графина. — Так сказать, за знакомство.

— Благодарю, но я недавно отобедал, — спокойно отказался Геннад. Кроме «крекера», которым его угостил Палуч, сегодня в желудке у него ничего не было, но принимать угощение от антипатичных ему людей было не в правилах Геннада.

— Батя! — предостерегающе воскликнул Юз-сын.

Лицо Юза-старшего снова окаменело. Он сел на стул напротив статс-лейнанта и внимательным неподвижным взглядом уставился на него.

— Обедайте без меня, — усмехнулся Геннад. — Я не помешаю вопросами.

Он повернулся к Юзу-младшему.

— Тридцать третьего дня летней гекатоды на вашем лесовозе в качестве кочегара работал этот человек. Кто он?

Юз-младший наморщил лоб, глядя на фотографию, затем расплылся в улыбке.

— А! — вспомнил он и, наконец, окончательно расслабился.

Залпом опрокинул в себя рюмку, рукой схватил клецку, обмакнул в сметану и целиком отправил ее в рот.

— Был такой, — хохотнув набитым ртом, проговорил он. — Я тебе, батя, рассказывал. Еду я, значит, по просеке из вырубки, а он стоит на обочине и так это ручкой мне машет. Голосует. Как на трассе. Ну, я ему и дал, чтобы в чужие владения не забирался. Шугнул как следует и заставил пахать на меня кочегаром.