Чтение онлайн

— Пожить немного… — эхом пробормотал Аскер в бороду, ещё миг уставившись на Себиана, а затем совершил немыслимое: он кивнул и отвернулся. — Я удалюсь и прослежу за приготовлениями снаружи.

Малир коснулся моего лба поцелуем.

— Что бы ты хотела, чтобы мы сделали для твоего развлечения, м? — Его губы скользнули вниз по моей щеке, и язык облизал линию челюсти. — Хочешь… пойдём вместе к источнику?

Я буквально растаяла в его объятиях, наслаждаясь этими нежными прикосновениями, которыми он так щедро делился теперь, между теми грубыми, когда трахал меня.

— Я уже купалась там сегодня.

— И вчера. И позавчера. Милая, я начинаю думать, что ты на самом деле утка под прикрытием, — Себиан прижался ко мне сзади, провёл пальцем вдоль моей косы, пока слегка не дёрнул, отчего кожа на голове приятно защекотала. — У меня идея получше. Давайте прогуляемся по Вальтарису. Тени, коронация, политика… мы были так чертовски заняты всё это время, что я ещё ни разу толком не насладился этим местом.

Я засияла в ответ, чистое волнение пронеслось сквозь меня.

— Да!

— Решено, — сказал Малир, переплетая пальцы с моими и ведя меня из зала.

Себиан пошёл рядом, одетый лишь в коричневые штаны и белую рубашку — климат Вальтариса был достаточно мягким, чтобы большего и не требовалось. С двумя мужчинами по обе стороны мы вышли из тронного зала, и наши шаги звучали в унисон, отдаваясь эхом по каменным плитам, пока мы пересекали великую залу.

Малир распахнул одни из тяжёлых двойных железных дверей, ведущих из Крылатой Крепости, скрип — единственное напоминание о долгом затишье города. Свежий ночной воздух обдал нас, пропитанный ароматом эля и сытного мяса, а плато, раскинувшееся перед нами, превратилось в улей кипящей деятельности.

Одни развешивали ткань… возможно, фиолетовую, вдоль балок лавок, что тянулись по лестнице вниз в город. Другие сооружали большие деревянные конструкции у причала, напоминавшие каркас лестниц.

Малир указал на них.

— Там смогут устроиться как можно больше воронов, чтобы наблюдать за коронацией. Что-то подобное делалось во время восхождения моего отца.

Я шла между ними по Смоляной дороге, поражаясь множеству свечей, теперь расставленных в окнах здесь и там, даривших тёплое свечение дому каждому ворону, который вернулся.

— Ты нервничаешь?

Он поморщил нос и посмотрел на клубы дыма, что вились над городом, теперь уже не состоящие из теней, а из копоти труб.

— Будучи вторым сыном, я получил совсем мало инструкций по управлению по сравнению с Харленом.

— Я думаю, ты будешь править хорошо. — Я знала, как он старался, ежедневно назначая новых советников и прислушиваясь к ним каждую ночь, прежде чем присоединиться к Себиану и мне, уставший, но всё же внимательный.

— Мы, — поправил он. — Всё, чего мне может не хватать в доброте, ты придаёшь в избытке.

— И я уверена, что Малир прекрасно справится с тем, чтобы время от времени портить твоё доброе сердце, если потребуется, — добавил Себиан, а затем кивнул в сторону тёмного переулка, где я не хотела бы оказаться одна ночью. — Там точно можно найти развлечения, я уверен.

Я улыбнулась ему, моё сердце переполнялось нежностью.

— Предчувствие?

— Нет, — ответил он с улыбкой. — Многолетний опыт шатания от одной таверны к другой.

Смеясь и чувствуя, как блаженство наполняет воздух между нами, мы свернули с Смоляной дороги, доверившись невероятной интуиции Себиана, чтобы она привела нас к развлечениям. И как же чудесно всё открылось передо мной за следующим поворотом…

Сам воздух изменился, внезапно ожив, напоенный опьяняющим сочетанием смеха, песен и дымным ароматом огня, который яростно пылал в центре оживлённой площади, окружённой деревенскими постройками. Люди кружились вокруг него, молодые и старые, с румяными лицами. Многие держали чаши с вином, следы веселья проявлялись в случайных красных пятнах на хлопковых хитонах10 и штанах.

Мои глаза расширились, принимая происходящее — неукротимую радость, которую я всегда желала, но никогда не думала найти.

— Что они празднуют?

Малир рассмеялся.

— Тебя, маленькая голубка.

— Иди сюда, милая! — Себиан схватил меня за руку и прижал к себе, обвив одну руку вокруг спины, а другой взяв мою ладонь. — Танцуй со мной.

— Но…

Себиан втянул меня в хаотичный клубок, наши тела сразу потерялись среди дикого вихря людей. Лютни и барабаны, казалось, звучали со всех сторон, создавая диссонанс, который ломал всякое чувство ритма или структуры.

— Это бессмысленно, — сказала я, спотыкаясь о свои ноги, не находя порядка в этом безумном танце вокруг огня. — Я не знаю этот танец.

— Я тоже. — Себиан просто улыбнулся и поволок меня за собой, его хватка была крепкой, но поведение совершенно беззаботным.

Смех вырвался из меня — только чтобы я снова споткнулась, чуть не столкнувшись с парой, что ушла в сторону, хихикая. Чем больше я спотыкалась, тем меньше это имело значение, каждый промах был лишь частью ритма радости. И тогда… я просто сдалась.

И в этой беззаботности мои движения слились с Себианом, словно два ручья, сливающиеся вместе. Каждый изгиб, каждый вихрь, каждая вспышка смеха несла нас вперёд с ещё большим азартом. Лютни и барабаны, пламя и лица — всё растаяло в тёплом, сияющем размытом свете, пока мы ускорялись, танцуя…

Нет, мчась вокруг огня.

Глаза нашли Малира, который стоял рядом и хлопал, его улыбка сияла так же, как глаза, которыми он наблюдал за нами.

— Это так весело!

Никаких правил, никаких ожиданий.

Только радость, чистая и необузданная, текущая по моим венам, как того меня лишали так долго. Впервые я не спотыкалась, я танцевала с ними, каждый промах становился частью этой прекрасной, несовершенной мозаики жизни.

Судьба.

Прямо здесь.

Вокруг меня.

Через некоторое время музыка стихла, музыканты сделали паузу, чтобы глотнуть долгожданного напитка. Площадь взорвалась криками и возгласами, какофонией радости, которая, казалось, исходила прямо из камней под нашими ногами.

Себиан прижал меня к себе, счастье, сияющее на его лице, грозило вылиться наружу, уголки рта почти касались смеха в его глазах. — Это ночь, которую ты никогда не забудешь, да?

Я улыбнулась ему в ответ, грудь вздымалась почти так же быстро, как барабанило сердце.