Чтение онлайн

— Пусти меня! — я зарычала, брыкалась, размахивала кулаками, сопротивляясь каждому шагу, что он тащил меня к столу. — Они убьют тебя! Убьют, и это будет не быстро!

— Как и я, если на то надеялась, — он заломил мои руки за спину, сжимая нежные запястья одной рукой. Другой снова ухватил волосы. Потом ударил моим лицом о стол. Удар вспыхнул, как пламя в дрожащем фонаре рядом, бросив меня в головокружение, в кружащийся мрак. — Если только не захочешь закричать… я люблю, когда кричат.

Кровь наполнила рот, смешиваясь с солёными слезами. Сил не хватило ни выплюнуть, ни сопротивляться, когда липкие пальцы задрали мои пропитанные водой юбки. Я извивалась, но быстро оказалась задавленной, когда он прижался голым пахом к моему заду, склизкий член мазнул по бёдрам.

Ноги задрожали, когда он вогнал себя в меня с яростью, перешагнувшей грань дискомфорта и рухнувшей прямо в боль. Я зажмурилась, скулила при каждом движении, что резало, рвало, пронзало.

Если я думала, что знакома с болью, то ошибалась. В этом не было меры, не было сдержанности. Только нескончаемая мука, пока он терзал меня то вбивая лицом в стол, то сжимая горло, пока я не теряла сознание.

Но я всегда приходила в себя с его тяжестью, всё ещё вдавленной в моё тело. Или снова? Может, я избавила бы себя от части мучений, если бы закричала.

Я не закричала.

Наверное, это злило его, потому что чем дольше я сдерживалась, ограничиваясь слабыми всхлипами, тем сильнее он меня калечил.

— Слышал, он визжал и орал, как баба, — сказал он однажды, когда у меня звенело в ушах и голова плыла. — Может, ты больше мужчина, чем он.

Наконец, с хриплым рывком он выдохнул, отстранился и отвернулся, оставив моё тело изломанным, да. Но душу — целой. До тех пор, пока он не открыл дверь и не бросил:

— Можете брать её по очереди.

Глава 43

?

Себиан

Наши дни, королевство Дранада

Дождь хлестал по мне, сапоги вязли в почве с влажным чавкающим звуком, но даже этот ебаный ливень не мог смыть вони, что тянулась сюда с Аммаретта. Издалека можно было бы обмануть себя, решив, что это просто ещё одна крепость — большие, внушительные стены, да, но всё же просто стены. Но чем пристальнее я смотрел, тем яснее становилось, что в этом городе таится огромная, мать её, проблема.

Взгляд скользнул по окнам, врезанным прямо в чёртову гору. Слишком уж яркие, даже сквозь пелену дождя, чтобы быть чем-то иным, кроме как показателем богатства.

— Где именно находится крепость?

Аскер тяжело выдохнул у меня справа, дождевые потоки удобно стекали с его густых бровей.

— Высечена в склоне горы, что служит фоном для города. Практически неприступна. Окна перекрыты туго сплетёнными цепями, ворота — тяжёлый железный заслон.

Да, именно так я думал.

— А та тюрьма, куда, по словам нашего следопыта, они затащили Галантию после того, как выгрузили её с корабля?

Корабля, до которого Малир и я пытались добраться несколько раз после того, как следопыт нашёл тело Ароса в лодке, бесцельно дрейфовавшей у нашего побережья — так, по крайней мере, говорили донесения. Ублюдок, скорее всего, отвёз её к большому судну, а потом очень удобно для себя помер. Как бы там ни было, подобраться к кораблю оказалось невозможно: ветра слишком сильные, а наши крылья слишком слабы. Мы, блядь, никчёмные лётчики над открытой водой.

— Под ней, — сказал Малир, стоящий слева. Дождь стекал в его глаза, превращаясь в чёрные капли на щеках, не находя выхода теням. — Если ничего не изменилось, а наши информаторы утверждали, что нет, попасть в это подземелье можно только изнутри крепости.

Крепости за железными воротами, скальными стенами и закованными окнами. Попасть туда — задача не из лёгких. А уж добраться до гребаных ворот? Мимо сеточных катапульт и элитных лучников? Как?

Я стёр воду с лица и провёл ладонью по косе, что всё ещё держалась на последних растрёпанных прядях косы — той самой, что заплела Галантия. Но я, чёрт побери, не расплету ее — возможно, с ней я и сгорю.

— Раз уж вы двое знали, с чем нам придётся столкнуться, надеюсь, вы по дороге сюда придумали какую-то умную стратегию?

Малир и Аскер помучили свои губы.

То есть… никакой стратегии нет.

С армией Тарадура, поджимавшей отсюда с юго-востока и прикрывавшей нас от мелких нападений в пределах королевства, добраться до двадцати фарлонгов от города было легко. Попасть внутрь — вот в чём загвоздка.

— Наши возможности ограничены, — сказал Аскер, по чёрным пластинам его брони барабанил дождь. — Без осадных машин мы не сможем снести катапульты и укрепления. Если дождёмся Тарадура, то…

— Нет, — отрезал Малир. Его лицо было измождённым, страдание вырезало тени в глубоких впадинах щёк. Трижды его вороны едва не падали с неба, боль, проходившая по их связи, стоила ему всех сил. — Каждая секунда, что я стою здесь, — это секунда её мучений там. Мы не можем ждать Тарадура.

— Всё это замечательно, Малир, но в нынешних условиях мы даже внутрь не попадём, не то что через крепость и вниз, в подземелье, — тени нервно дрожали вокруг моих пальцев, отражая отчаяние, что жрало изнутри. Я не мог снова облажаться. Не в этот раз. — Как мы вытащим её из подземелья?

Малир долго смотрел вперёд, прежде чем наконец сказал:

— Нам не нужно её оттуда вытаскивать.

Я выгнул бровь.

— Что?

— Нам вовсе не обязательно пробиваться дальше самой крепости, — он вытянул руку, и его аноа вспыхнул в облике птицы, та тут же взъерошила перья, хотя дождь легко скатывался с них. — Если она сумеет выбраться из подземелья сама.

— Ты не помогаешь, Малир, — Галантия могла быть стойкой и изворотливой, да, но против мечей, стали и бог весть какого числа солдат? — Она пустота.

Он провёл костяшкой по взъерошенной груди своей птицы.

— Нет, она воровка. А это значит — может быть кем угодно, даже ткачом смерти. Всё, что ей нужно, — это мой дар.

Осознание вонзилось мне прямо в кишки.

— Она никогда ещё не крала дар.

— Но, думаю, была близка к этому, — его взгляд остановился на мне. — Я как-то раз искал её в саду перед Тайдстоуном. Ты был там, но не услышал и не учуял меня.

— Потому что она исчерпала мои тени.

— Вот и объяснение, почему ты не мог сотворить стрелы, — сказал он. — Но должны ли были твои чувства пострадать?