Чтение онлайн

Даже если оставить в стороне детали, касающиеся силы и процесса её обретения, полезно задать себе вопрос: «Чего я сам хочу?» Если лишь силы, то для чего? Воины Свободы придают силе первостепенное значение, но одновременно рассматривают её и как врага. Почему? Потому что в погоне за силой ради силы нет сердца, это путь, который не приносит ни радости, ни теплоты. Возможность поразить противника ударом молнии для кого-то может выглядеть как забава. Но сокрушив несколько человек, человек обнаружит, что такая сила утратила привлекательность для него - если, конечно, он не испытывает жажды крови и разрушений. Потому Воины Свободы смотрят на силу иначе, и, следовательно, обращаются с нею по-иному. К примеру, любой Воин Свободы, в случае необходимости, может разрушить человека с помощью одного только намерения. Вообще, люди слабо отдают себе отчёт, как много разрушений в жизни происходит из-за индульгирования рода человеческого в нечистых помыслах. Уровень загрязнения окружающей среды в наши дни во сто крат меньше уровня ментального загрязнения, которое люди ежедневно производят в паутине жизни. Неисчислимы варианты масштабного разрушительного воздействия, которое оказывает ментальное загрязнение на все формы жизни в мире. И если люди в состоянии вызывать такие разрушения, даже не подозревая об этом, нетрудно догадаться, что, овладев силой и сознательно действуя через паутину жизни, разрушить человека с помощью одной только мысли совсем не сложно.

Причина, по которой я остановился на разрушительном аспекте силы, заключается в том, что род людской до сих пор имеет явную склонность к разрушению. С точки зрения Воинов Свободы это полнейшая глупость, которая тесно связана с безумием сна. Ну почему я должен хотеть что-то разрушить? Неужели разрушать - это так весело? Вы можете спросить: «Зачем же разрушать? Несомненно, вы ведь могли бы использовать свою силу, чтобы изменить мир к лучшему! Почему бы, к примеру, вам не использовать свою сил/, чтобы изменить моё восприятие, чтобы я мог стать столь же могущественным, как и вы?» Теоретически это звучит неплохо, но достаточно лишь слегка задуматься, чтобы увидеть разрушительность даже такого использования силы. Поймите, что если бы я или кто-то другой из Воинов Свободы сделал то, о чём вы просите, и использовал бы свою силу, чтобы изменить ваше восприятие, он был бы виновен в насилии над вашей свободой, пусть даже вы сами попросили о помощи. Отчего так получается? Да просто, изменяя ваше восприятие вместо вас самих, я позволил бы вам поверить, что у вас нет внутренней силы, необходимой для того, чтобы изменить своё собственное восприятие, изменить себя, изменить мир вокруг себя. По сути, простая вещь - и, тем не менее, смертоносная! Вот вам прекрасный пример того, как можно уничтожить человека всего лишь мыслью, не говоря уже о намерении.

С учётом всего нами рассмотренного, уже должно стать яснее, к чему я веду. От обладания силой ради обладания ею не больше пользы, чем от полного отсутствия силы. Например, если у меня есть множество университетских степеней, но я не использую ни одну из них, какая от них польза? Какую радость они мне приносят? То же справедливо и в отношении силы, ведь обладание силой ради обладания лишено очарования для Воинов Свободы. И всё же без силы даже Воины Свободы столь же бессильны, как и любой другой человек, и, соответственно, не способны принести пользу никому, включая, в первую очередь, и самих себя. Как же тогда ученику следует относиться к силе и овладению силой?

СИЛА САМА ПО СЕБЕ - ЭТО ПРОСТО СИЛА И, СЛЕДОВАТЕЛЬНО, НЕ ЯВЛЯЕТСЯ НИ ХОРОШЕЙ, НИ ПЛОХОЙ ЛИШЬ НАМЕРЕНИЕ, С КОТОРЫМ ОНА ИСПОЛЬЗУЕТСЯ, ДЕЛАЕТ ЕЁ ИЛИ ЖИЗНЕРАЗРУШАЮЩЕЙ, ИЛИ ЖИЗНЕОБОГАЩАЮЩЕЙ. ОБЛАДАНИЕ СИЛОЙ - ЖИЗНЕОБОГАЩАЮЩЕ, НО ЖИЗНЕРАЗРУШАЮЩИМ ЯВЛЯЕТСЯ ПРЕОБЛАДАНИЕ НАД СИЛОЙ - НАИБОЛЕЕ БЕСПОЛЕЗНОЕ ЕЁ ПРИМЕНЕНИЕ, КОТОРОЕ КРАЙНЕ ИСТОЩАЕТ ЛИЧНУЮ СИЛУ.

Чтобы понять, как воин подходит к силе, мы должны сначала узнать, как он подходит к жизни в целом. Этот подход наилучшим образом характеризуется как простота в действии– простота, которая созвучна с простодушной невинностью и доверчивостью ребёнка, радостно и игриво отыскивающего смысл и замысел жизни на физическом плане. Для воина жизнь - это праздник, праздник нагваля и тоналя, извечных близнецов, и прежде всего он празднует замысел их рождения, а также смысл их жизни, проявленный через дух человека. Поэтому для воина жизнь - это бесконечный праздник. Иногда он просто радуется самой жизни. Иногда он радуется её краскам и изобилию. Иногда он радуется своему поиску знания, а в другое время будет радоваться процессу познания путей охоты за силой. Но больше всего в этом путешествии через жизнь - временами напряжённом, временами радостном, временами печальном, но всегда наполненном встречами с великим множеством неисчерпаемых сокровищ жизни, каждое из которых приносит свой уникальный дар и огромное наслаждение, - воин рад компании и возможности разделить с кем-то свой путь. Нет для воина большей радости, чем разделить свои мечты и надежды, триумфы и поражения с таким же попутчиком, который, отправившись однажды на поиски замысла жизни, обнаружил, что секрет осуществления этого замысла сокрыт в смысле жизни.

Замысел и смысл. Мы никогда не сможем изменить тот факт, что замыслом жизни является развитие осознания. Таково намерение Невыразимого, и никто из нас не в силах изменить то, что неизменно. Нравится нам это или нет, сопротивляемся мы этому или нет, содействуем мы этому намерению охотно и радостно или же неохотно и озлобленно, никто из нас не может избежать своей судьбы и своего предназначения. Таков непоколебимый замысел жизни. И только осуществляя этот замысел, мы можем придать, и придаём, ему смысл.

Остановитесь на секунду и представьте, насколько холодным и стерильным было бы развитие осознания, если бы оно не имело иного смысла, кроме самого развития. Это было бы похоже на то, как если бы кто-то провел всю жизнь в университете, получая одну учёную степень за другой. Но зачем? Вероятно, мы не сможем дать ответ на этот вопрос, так как не знаем намерения Невыразимого - за исключением лишь того, что мы видим в жизни в сфере проявления. В то же время именно потому, что мы не в состоянии увидеть весь замысел, развитие осознания выглядит неинтересным и отталкивающим, холодным и стерильным. И независимо от того, насколько мы безупречны, факт остаётся фактом: если мы собираемся прожить жизнь с подобным ощущением замысла, то, несмотря на всю нашу политкорректность, жизнь для нас будет не чем иным, как холодным и бессердечным существованием.

Развитие осознания становится стоящим усилий и превращается в восхитительное приключение, наполненное радостью, лишь благодаря смыслу, который мы вкладываем в это путешествие. При ближайшем же рассмотрении мы увидим, что даже смысл этот был предопределён. Именно этот смысл называют фактором всеохватности. Но поскольку этот фактор предопределён тем, куда мы выбираем поместить фокус, мы легко можем превратить его в бремя. Ведь очень даже возможно научиться жить полностью всеохватной жизнью, но в то же время быть холодным и бессердечным человеком. Если бы я захотел, я мог бы жить безупречнейшей и предельно всеохватной жизнью, которая была бы настолько «политкорректна», что никто и никогда не смог бы обвинить меня в нарушениях технической стороны дела. Но чем бы была наполнена такая жизнь? Только «политкорректностью» и безупречностью с технической точки зрения. Ради чего так жить? Подобная жизнь не имеет для меня человеческого смысла. А там, где отсутствует человеческий смысл, нет и сердечной теплоты. Таким образом, мы подошли к другой очень важной концепции - к вопросу любви. То, что люди называют любовью, на самом деле не имеет с ней ничего общего.

Любовь в понимании большинства людей - это набор безумнейших предрассудков, согласно которым они и пытаются действовать. Эти предрассудки носят настолько отделяющий и обусловленный характер, что и для тех, кто любит, и для тех, кого любят, всё заканчивается жизнью в рабской зависимости и, по обыкновению, весьма печально. В связи с этим следует помнить, что хотя для развития и углубления любых взаимоотношений необходимы вызовы, которые, впрочем, не замедлят возникнуть, лишь от нас зависит, извлечём ли мы из них пользу. Соответственно своему восприятию любви, мы можем подходить к вызовам так, что наши взаимоотношения будут расти и углубляться, то есть работать на нас, или же мы можем использовать те же самые вызовы, чтобы разрушить свои взаимоотношения.

Настоящая любовь - это то, что Толтеки называют Законом Всеохватности. Человек ещё даже не приблизился к пониманию этого закона, за исключением некоторых его физических проявлений, таких как гравитация и магнетизм. Но тот факт, что мы чего-то не понимаем, вовсе не означает, что мы не подвергаемся его воздействию. Вся вселенная пропитана Законом Всеохватности и удерживается им. И всё же закон остаётся законом, а людская природа такова, что любой закон воспринимается как преграда, и Закон Всеохватности не исключение. Именно по этой причине люди предпочитают практиковать свою собственную форму «любви». Тем не менее, если подойти к вопросу с чисто формальной стороны, то даже для безупречного воина фактор всеохватности может выступать в лучшем случае как долг, который ему надлежит исполнять. Но как могу я, простое человеческое существо, находить смысл в навязанной мне повинности? И как я, человеческое существо, могу чувствовать удовлетворение от жизни в соответствии с замыслом, который я не в состоянии постичь - за исключением разве что того факта, что мы здесь для развития осознания? Итак, в лучшем случае, мы опять возвращаемся к чувству долга. Но где же здесь сердце?

Так почему я продолжаю следовать Путём Воина? Просто потому, что для меня Путь Воина - это действительно Путь Свободы, той свободы, в которой для меня больше всего сердца! Но сердце вовсе не в силе и даже не в Законе Всеохватности. Сердце - в смысле жизни, который раскрывается для меня на Пути Свободы, когда я стремлюсь сыграть свою роль в исполнении замысла Единой Жизни. Что же это за смысл, который я нахожу в своём путешествии? Трудно сказать, ведь так непросто выразить его словами. Для разных людей сердце означает разные вещи, но лично для меня сердце в том, что путешествие важнее цели.

Чтобы понять это, взгляните на мир моими глазами. Я вижу, что я был рождён с замыслом, который должен быть выполнен. И я умру, как только замысел этот будет исполнен. Но между рождением и смертью мне дано путешествие. А поскольку я точно знаю, что умру если не сегодня, то завтра, я не удерживаю своё видение на цели. Если бы я действовал иначе, это значило бы, что я живу лишь для того, чтобы как можно быстрее достичь цели и, соответственно, как можно быстрее умереть. Но я вовсе не стремлюсь умирать как можно быстрее и потому фиксирую свой взгляд не на самой цели, а на путешествии к ней и к моей смерти. Я знаю, что не будет оправдания моей жизни, если я не исполню свою судьбу, и поэтому нет оправдания пустой трате времени в процессе её исполнения. По этой причине я отдаю своё Всё, оставляя для себя Ничто, и , поступая так, я не трачу ни времени, ни возможностей, исполняя свою судьбу.