Чтение онлайн

– Да, ты прав, – слегка расслабилась я. – Все верно. Именно за этим я к нему и приходила.

Гаджи как-то странно посмотрел на меня, а затем повел меня назад, домой.

На этот раз он сделал так, чтобы мы не прошли мимо заинтересовавшей меня темной улицы, на которой торговали «антиками», и только тогда я вспомнила, что собиралась спросить об этой улице майора и забыла. Проклятье!

Моя голова была так забита перебивавшими друг друга мыслями, что я плелась, еле-еле переставляя ноги. Откровения Гриндла потрясли меня, не давали мне покоя. Я была сердита на всех своих родственников за то, что они столько лет скрывали от меня такую невероятную тайну. И еще я буквально до слез жалела о том, что не могу поговорить со своим покойным дедушкой. Ах, что это были бы за разговоры! Сколько удивительных вещей он мог бы рассказать и объяснить мне!

Мама еще не вернулась, не было нигде и Набира, в доме хлопотала одна лишь Хабиба. Не знаю, заметила она, что я ушла из дома, или нет и входит ли в ее обязанности следить за мной. Но на всякий случай мне не помешает быть осторожнее.

Сделав Гаджи знак оставаться и ждать меня на дороге, я подобралась к окну кухни. Услышав звон посуды и шум воды, я махнула рукой, подзывая Гаджи. По дороге домой меня осенила превосходная идея, и мне не терпелось приступить к ее выполнению.

– У меня к тебе деловое предложение, – сказала я, когда Гаджи подошел ближе. – В Луксоре мне нужен будет проводник. Не все время, потому что по большей части я буду занята вместе с мамой на раскопках. Но у меня есть и свои личные дела, для которых мне понадобится человек, который хорошо знает город. И такой, кому я могу доверять. Тебе, я чувствую, верить можно.

– Мисс-эфенди может верить Гаджи. И Сефу тоже, – ответил Гаджи.

– Превосходно. За то, что ты будешь моим проводником, я дам тебе место для ночлега. Годится?

Гаджи важно сложил на груди руки и сказал, сверкнув глазами:

– И пропитание.

– И пропитание, – согласилась я. – А еще у тебя будет масса свободного времени, чтобы искать своих родственников. По рукам?

И я протянула ладонь для рукопожатия. Обычного рукопожатия. Но Гаджи плюнул себе на ладонь, затем с размаху ударил меня по раскрытой ладони, а затем крепко сжал ее.

– По рукам, – сказал он.

– Замечательно, – кивнула я, стараясь не думать о том, чем покрыта теперь моя правая перчатка. – Пойдем, я покажу тебе, где ты будешь спать.

Мы прокрались мимо дома, и я быстро провела Гаджи к заброшенной конюшне.

– Сгодится? – с опаской спросила я, нервно поглядывая на покрытый пыльной соломой пол конюшни.

– Отлично, – весело откликнулся Гаджи и воскликнул: – Глядите! Здесь даже одеяло есть!

Если честно, я бы не рискнула назвать эту линялую, грязную, битую молью холстину одеялом, но Гаджи смотрел на нее как на сокровище. А я испытывала угрызения совести оттого, что не могу предложить этому несчастному мальчугану нормальную, как у всех людей, спальню. Ну ладно, лишней спальни у меня нет, а вот что-нибудь поприличнее, чем эта гнусная тряпка, я ему найду обязательно.

– Я дам тебе другое, хорошее одеяло, – пообещала я. – И еды, как договаривались. Жди здесь, я скоро вернусь.

Я оставила Гаджи осваиваться на конюшне, а сама поспешила домой.

Прежде всего я заглянула к себе в комнату, где меня ждала Исида.

– Я вернулась, – сказала я и сразу поспешила к лотку с песком. Тяжелый, значит, табличка на месте. – А теперь можешь пойти прогуляться.

Услышав это, Исида вспрыгнула на подоконник и спокойно подождала, пока я открою окно, но как только я приоткрыла его, метнулась мимо меня черной молнией и моментально исчезла в неизвестном направлении.

Я стянула с рук перчатки, выбросила их в ведро, быстро вымыла руки, выудила из комода и натянула на ладони пару свежих перчаток. Затем вытащила из дорожного сундука запасное одеяло и стала соображать, что я еще могу дать Гаджи.

Воды, конечно. Если не для умывания, то хотя бы питьевой. Честно говоря, у меня сложилось впечатление, что умывается Гаджи, как бы сказать помягче… не часто. Так, теперь еда. И еще хорошо бы чистую смену белья, но у нас с мамой вряд ли найдется что-нибудь, подходящее для маленького мальчика.

Я отправилась в кладовку и, порывшись, нашла в ней флягу. Наполнила ее водой из кувшина, стоявшего в моей комнате, поставила флягу на кровать рядом с одеялом и снова отправилась за добычей.

Хабиба по-прежнему возилась на кухне, чем-то звенела и грохотала и была так занята, что даже не заметила моего появления в дверях. Я кашлянула, и Хабиба высоко подпрыгнула на месте от испуга.

– Простите, Хабиба, я не хотела напугать вас.

Она смотрела на меня и дергала пальцами – то ли от испуга, то ли чертила в воздухе знаки, отгоняющие нечистую силу, не знаю. Я решила не вдаваться в эти подробности и просто стянула со стола пару фиолетовых фиг и пригоршню липких фиников (эх, недолго прослужили мне перчаточки, снова придется менять!), а когда Хабиба вновь повернулась к жаровне, сунула себе в карман одну свежую, еще горячую лепешку.

Потом я направилась из дома на конюшню и еще на полпути услышала какой-то дикий шум и гвалт. «Что еще за чертовщина?» – подумала я, переходя с шага на бег.

Внутри конюшни выясняли отношения Исида и Сефу. Они кружили на месте, как пара борцов, внимательно глядя друг на друга, шипя и рыча. Обезьянка показывала свои зубы и то и дело принималась сердито стрекотать. Исида презрительно помахивала своим хвостом и шипела. Гаджи сосал свою руку.

– Что случилось? – спросила я у Гаджи.

Он отнял руку ото рта, и я увидела на ней три глубоких кровоточащих ссадины – следы от кошачьих когтей (надо уточнять – чьих именно?).

– Этот черный демон Подземного мира свалился с небес и пытается сожрать Сефу! – крикнул Гаджи. Он выглядел таким же возбужденным, как его обезьянка.

– Я тебе уже говорила, – сказала я, – это всего лишь моя кошка.

Похоже, мое появление еще сильнее взбесило обезьянку. Сефу принялся высоко подпрыгивать на месте, а его стрекотание стало таким громким и высоким, что у меня готовы были лопнуть барабанные перепонки.

– Гаджи! – крикнула я. – Утихомирь его, или этот балаган соберет зрителей, и нас обнаружат!

– Тогда черный демон наложит на меня свое проклятие, мисс-эфенди, а я не хочу этого, – покачал головой Гаджи.

– Что за ерунда! Это не демон, это просто кошка. Вот, смотри! – я шагнула вперед, подхватила Исиду с пола и крепко ухватила за лапки, чтобы она не разорвала в мелкие лоскуты надетые на мне перчатки (третья пара за каких-то полчаса!). Честно говоря, я слегка солгала Гаджи. На самом деле, Исида в некотором роде действительно была демонической кошкой. Такой она стала после того, как несколько месяцев тому назад к ней на время приклеилось проклятие, перешедшее со статуи богини Бастет. Это случилось в нашем музее, в Лондоне.