Чтение онлайн

Моральное доказательство. Это - самое позднее из всех доказательств бытия Бога. Первым крупным философом, к-рый им воспользовался, был Кант, к-рый ощущал недостаточность всех прежних традиционных доказательств. Он считал, что вопросы о бытии Бога и бессмертии души по праву относятся только к сфере веры; их не должен даже касаться спекулятивный разум, законное применение крого ограничено сферой возможного опыта.

Кант доказывал, что нравственный закон повелевает нам прежде всего ис-KATbSummum bonum ("высшее благо"), а совершенное счастье (или, как выражается Кант, "блаженство") логически отсюда вытекает. Трудности появляются, когда мы осознаем одно неприятное обстоятельство: "в моральном законе нет ни малейшего основания, чтобы усмотреть необходимую связь между нравственностью и блаженством в существе, которое принадлежит миру как его часть" ("Критика практического разума"). Поэтому единственным условием, при кром наш нравственный опыт обретает смысл, будет "существование причины всей природы, отличной от самой природы", т.е. Бога, Который в мире ином должным образом вознаградит нравственное поведение человека в этом мире. Во вселенной без Бога человеку пришлось бы биться над мучительной и неразрешимой загадкой бытия, и это было бы самым тяжким его страданием.

П. Бергер всвоей книге "Молвасреди ангелов" предлагает интересный вариант морального доказательства, к-рый он называет "аргументом от проклятия". Наше безусловное нравственное осуждение таких людей, как Адольф Гитлер и Карл Эйхман, по всей видимости, выходит за пределы вкусов и нра-bob; мы осуждаем их в сверхъестественном измерении. Нек-рые преступления - не просто зло, но зло чудовищное; здесь невозможен какой бы то ни было моральный релятивизм. Вынося моральные оценки "высокого напряжения", напр. осуждая рабство и геноцид, мы подразумеваем трансцендентность моральных абсолютов. Иначе все наше морализирование будет беспочвенным и бесцельным. "Проповедующий релятивист" - самое смешное из всех внутренних противоречий.

Большинство современных мыслителей, прибегающих к моральному доказательству, развивает тезис Канта о том, что Бог - необходимый постулат для объяснения нравственного опыта. Кант полагал, что моральный закон можно установить с помощью разума, но не смог обойтись без Бога, ибо только Бог гарантирует вознаграждение за добродетель. Современные мыслители привлекают Бога в свои построения не столько в этом качестве, сколько для того, чтобы обеспечить основание для морального закона.

Моральное доказательство начинает с того, что существует нравственный опыт. Сила, края побуждает нас исполнять свой долг, может быть столь же непреодолимой, как и воздействие, оказываемое на наши чувства. Кто или что принуждает нас в том и в другом случае? Недостаточно сказать, что мы принуждены исполнять свой долг, поскольку нам очень важно мнение общества, в кром мы живем. Величайшие моралисты прославились именно тем, что критиковали нравственные изъяны той группы, к крой принадлежали, - племени, класса, расы или нации. Еслибынравственная мотивация объяснялась социальным субъективизмом, мы не смогли бы критиковать ни рабства, ни геноцида, - вообще ничего!

Приверженцы эволюционной теории отвергают моральное доказательство, исходя из того, что, по их мнению, мораль - продукт длительного развития и совершенствования животных инстинктов; в процессе совместной жизни люди постепенно вырабатывают свои этические системы. Однако это - палка о двух концах: уничтожая нравственность, она уничтожает и разум, и научные методы познания. Сторонники этой теории убеждены, что человеческий разум развился из мозга приматов, и в то же время они считают, что на результаты его деятельности вполне можно полагаться. Но если разум имеет право на доверие, хотя он и развился из низших форм, почему бы не довериться нашей нравственной природе?

Многие люди пытаются выбрать срединный путь. Они встают на позиции морального объективизма, но не хотят и слышать о трансцендентной сфере безличных моральных абсолютов. Они отрицают необходимость веры в Личность, Разум и Законодателя. Однако очень трудно вообразить " безличный разум ". Как вещь заставит нас почувствовать, что мы обязаны быть милосердными или правдивыми? Нравственный опыт получит адекватное объяснение только в том случае, если мы пройдем весь путь к Личности, БогуЗаконодателю.

Вопрос об обоснованности доказательств. Насколько обоснованны все эти теистические доказательства? Такой вопрос возникает во многих областях человеческого знания - в логике, в метафизике, физике и теории познания. Нек-рые мыслители, скажем Фома Аквинский, считают, что доказательства вполне убедительны. Другие, подобно Юму, полагают, что мы должны воздержаться от суждений и перейти на позиции скептицизма. Наконец, такие мыслители, как Паскаль и Кант, отвергают традиционные доказательства, но вместо них предлагают практические основания для того, чтобы принять бытие Бога. Знаменитое "париПаскаля" -это обращение к прагматизму: ввиду вечных последствий будет разумно сделать ставку на существование Бога.

По всей видимости, ап. Павел предъявлял высокие требования к доказательствам бытия Божьего, когда говорил, что у неверующих нет извинения, "так что они безответны" (Рим 1:20), "ибо, что можно знать о Боге, явно для них, потому что Бог явил им; ибо невидимое Его, вечная сила Его и Божество, от создания мира чрез рассматривание творений видимы..." (Рим 1:19-20).

Это не значит, что ап. Павел требовал, чтобы доказательства непременно были дедуктивными, аналитическими или демонстративными. Если бы ктото отвергал утверждение, отличающееся высокой степенью вероятности, мы, наверное, могли бы сказать, что у него " нет извинения ". Доказательства бытия Бога, все вместе, представляют очень мощное свидетельство в пользу существования Бога, хотя оно не безупречно с точки зрения логики или с позиций разума. Если мы определим доказательство как вероятное, основанное на эмпирических данных, поддающееся проверке с помощью обоснованного суждения, то мы можем сказать, что эти доказательства подтверждают бытие Бога.

Если Бог действительно есть, мы имеем дело с факту ал ьным утверждением. Когда мы хотим доказать Его истинность, то нам нужна та степень очевидности, края исключила бы обоснованное сомнение. Нек-рые предметы могут иметь столь высокую степень вероятности, что она исключает такое сомнение, даже если нельзя доказать, что предметы эти дедуктивно, аналитически или логически неизбежны. Мы предполагаем, что доказательства бытия Бога (за исключением онтологического) именно таковы.

Однако естественная теология не в силах установить, что бытие Бога, о кром говорит Библия, - непреложный факт. Такие доказательства могут еделать человека деистом, но только благодаря откровению может он стать христианином. У разума, отвергающего откровение, всегда получится бог философов, а не Яхве, Отец Иисуса Христа. В этом легко убедиться на примере теологических построений таких мыслителей, как Аристотель, Спиноза, Вольтер иТ. Пейн.

A.J. Hoover (пер. В. Р.) Библиография: J. Baillie, Our Knowledge of God; D. Burrill, The CosmologicalArgument; G.H. Clark, A Christian View of Men and Things; R.E.D. Clark, The Universe: Plan or Accident? H.H. Farmer, Towards Belief in God; R. Hazelton, On Proving God; J. Hick, The Existence of God; D. Hicks, The Philo-sophical Basis of Theism; A.J. Hoover, The Case for Christian Theism; S. Jaki, The Road of Science and the Ways to God; C. ?. M. Joad, God and Evil; J. Mar-itain, Approaches to God; E. L. Mascall, The Open-ness of Being; G. Mavrodes, The Rationality of Belief in God; A. Plantinga, ed., The OntologicalArgument; R.C. Sproul ,If There Is a God, Why Are There Athe-ists ? A. E. Taylor, Does God Exist?

См. также: Откровение, общее.

(Wealth, Christian View of). Словом "богатство" принято обозначать благосостояние, связанное с внешними, а не внутренними факторами, т.е. с материальным достатком, а не с такими обстоятельствами, как здоровье или моральное удовлетворение. Человек, у крого есть сто долларов, богаче нищего, у кро-го есть лишь пятьдесят центов, независимо от того, насколько счастлив каждый из них. А. Смит относил слово "богатство" только к материальным ценностям, к-рые производит и потребляет человеческое общество. Однако любое богатство, и личное и общественное, оценивается по некоей шкале приоритетов.

Любое материальное достояние имеет свою рыночную цену. Там, где рынок отсутствует, возможны лишь приблизительные оценки. Кроме того, имеет место двойной счет: железная дорога - это одно, а сумма акций железнодорожной компании - это другое. После подведения дебетов и кредитов двойной счет исчезает.

Личное богатство. Для христианина богатство - это не априорное зло, а средство служения Богу. Не будучи наивысшей ценностью, богатство все же может служить добру. Богатство всегда можно потерять, и поэтому мы не должны уповать на него. К вещам более ценным, чем богатство, Библия относит страх Господень, мудрость, непорочность, смирение, праведность и душевный покой. Человек, обретший все это, нередко обретает и богатство (пример тому Соломон).