Чтение онлайн

Этот первый акт Творения, оказывающий огромное влияние на судьбу земного шара, на нашей земле был столь жалок, что не в состоянии был на долгое время обеспечить смутным сериям пищу, необходимую им для работы. Этим сериям нужны занятия многочисленные и весьма разнообразные; недаром серии не могли сложиться близ экватора, где созданные Богом несколько рас с первых шагов натолкнулись на помеху в виде диких зверей, пресмыкающихся и насекомых, парализовавших производительную деятельность человека. Столь же невозможно было образовать смутные серии в Южной и Северной Америке, где отсутствовали главные средства труда: там не было ни лошади, ни вола, ни барана, ни свиньи, ни птицы; та же бедность в царстве растительном и минеральном; у американцев не было в целом ряде мест ни железа, ни меди.

В последующие времена серии не могли образоваться на острове Таити, где, однако, были зачатки социетарного строя в виде некоторой свободы любовных отношений. Будь на этом острове животные, растения и основные минералы старого материка, мы нашли бы там, при открытии этого острова, вполне сформированные смутные серии, и эти народности обладали бы средним ростом в 74 дюйма, каков был первоначальный рост рода человеческого; к этому росту вернулся бы человек несколько поколений спустя в той стране, где был бы восстановлен первый или седьмой период. Я говорил, что мужчины достигнут роста в 84 дюйма в восьмом периоде, который еще более благоприятен для физического и духовного развития рода человеческого и домашних животных, обслуживающих человека.

Создавать крупное производство человек начинает в четвертом обществе – в варварском. В пятом, или в цивилизации, он создает науки и искусства, с этого момента он обладает всем необходимым для организации прогрессивных серий и поднятия их на степень большой роскоши. Шестой период лишь прокладывает путь промышленным сериям, частично складывающимся в седьмом.

Общества второе, дикое, и четвертое, варварское, застойны и отнюдь не тяготеют к какому-либо строю высшего порядка. Дикари не имеют никакого желания возвыситься до варварского строя, который выше их собственного в производственном отношении, а варвары упорно отказываются возвыситься на ступень цивилизации. Эти два общества, дикое и варварское, неизменно прикованы к своим обычаям, независимо от того, хороши они или плохи.

Общества третье, пятое и шестое стремятся более или менее к прогрессу, свидетельством чему Цивилизация. Она во всех направлениях стремится к совершенствованию. Государи каждый день пытаются ввести административные новшества; философы изо дня в день предлагают новые политические и моральные системы. Цивилизация из кожи лезет вон и в теории и на практике, чтобы достигнуть шестого общества, и не в состоянии этого сделать, потому что соответствующее изменение, повторяю, зависит от мер бытового и производственного характера, а не от систем управления, тогда как философия занимается исключительно последними, никогда не желая задуматься над преобразованием бытового и общественного строя.

Укажу еще на одну противоположность по линии правдивости: правда царит в обществах, образуемых теми или иными сериями, а лживость – в обществах с разобщенными семьями.

В первых правдивость обеспечивает каждому больше выгод, чем лживость, и, следовательно, каждый индивидуум, будь он порочен или добродетелен, любит правду и на практике правдив, так как правда, – путь к благосостоянию. Вот почему на протяжении этих 24 обществ, включая сюда и гарантизм, во всех производственных отношениях царит яркая правдивость.

Обратное явление имеет место в восьми обществах с разобщенными семьями: здесь богатство достигается лишь путем хитрости и вероломства, и следовательно мошенничество одерживает верх на всем протяжении этих восьми периодов; недаром мы видим, что в цивилизации, общественном строе семейного типа, успех венчает лишь плутовство, а исключения из этого правила столь редки, что служат лишь его подтверждением.

Общества второе, дикость, и шестое, гарантизм, менее благоприятны для лжи, чем строй цивилизации; однако это все еще притоны мошенничества, по сравнению с той яркой правдивостью, которая царит в 24 обществах с прогрессивными сериями.

Отсюда умозаключение, которое может показаться фантастичным и все же будет строго доказано: в 18 обществах комбинированного строя свойство, самое существенное для торжества правды, – любовь к богатству. Человек, который в рамках цивилизации пускается на всевозможное плутовство, будет человеком самым правдивым в строе комбинированном; дело в том, что этот человек плут не потому, что обман доставляет ему удовольствие: он плутует лишь для того, чтобы добиться богатства; покажите ему, что он может заработать тысячу экю путем лжи, а три тысячи экю правдивостью, и он предпочтет правду, каким бы плутом он ни был. На этом основании люди самые корыстолюбивые скоро станут самыми горячими приверженцами правды в том строе, где правдивость будет обеспечивать быстрый доход, а практика лжи – вызывать неизбежное разорение.

Нет ничего легче, как обеспечить торжество правды на всей земле; для этого достаточно выйти из обществ: второго, третьего, четвертого, пятого и даже шестого, и организовать общества серийного характера. Эта перемена не внесет ни малейшего замешательства, потому что она коснется лишь бытового и производственного укладов, а это не имеет никакого отношения к управлению.

Весь распорядок комбинированного строя будет прямой противоположностью нашим навыкам и вынудит поощрять все то, что мы именуем пороком, например, страсть к лакомству и любовные утехи. Те кантоны, где эти мнимые пороки достигнут наибольшего развития, будут наилучшими в производственном отношении, а их находящиеся в обращении акции найдут максимум держателей среди капиталовкладчиков.

Сколь бы странными ни казались высказываемые мной положения, я позволю себе на них остановиться, чтобы приковать внимание читателя к одной великой истине: Бог, несомненно, сформировал наши характеры в соответствии с запросами комбинированного строя, который будет продолжаться 70 тысяч лет, а отнюдь не в соответствии с запросами строя разобщенного, которому суждено продолжаться лишь 10 тысяч лет. Исследуя же потребности комбинированного строя, вы увидите, что в ваших страстях нет ничего порочного: возьмем для примера любой характер, хотя бы характер хозяйки.

В эпоху Цивилизации желательно, чтобы все женщины любили заниматься хозяйством, потому что общее их предназначение – замужество и ведение разобщенных семейных хозяйств; однако, изучая вкусы молодых девиц, вы видите, что добрых хозяек среди них найдется не больше одной четверти, а три четверти не имеют ни малейшего тяготения к этой работе; многие из них любят наряды, ухаживания и развлечения. Отсюда вы делаете вывод, что три четверти молодых девиц – порочны; а между тем порочен лишь вашсоциальный механизм. В самом деле, если бы все молодые девицы, согласно вашим желаниям, страстно любили хозяйственные заботы, три четверти женщин были бы совершенно непригодны для комбинированного уклада, который будет продолжаться 70 тысяч лет. Дело в том, что при этом укладе хозяйственные функции благодаря ассоциации настолько упростятся, что для них не потребуется даже одной четверти женщин, занятых ими сейчас; вполне достаточно, чтобы из числа женщин одна четверть или одна шестая были хозяйками. Эту пропорцию, должно быть, соблюдал Бог, создавая хозяек в количестве, соответствующем 70 тысячелетиям счастья, а не 5 тысячелетиям несчастий, переживаемых нами ныне. На чем помирились бы женщины в комбинированном строе, если бы для работы, требующей сотни женщин, налицо оказалось 400? Отсюда получилось бы пренебрежение к другим занятиям, уготованным женщине, и каждый стал бы говорить, что Бог поступил неразумно, наделив всех женщин свойствами хозяйки, нужными только для одной четверти.

Итак, мы приходим к заключению, что женщины, каковы они есть, вполне хороши, что три четверти из них имеют полное основание пренебрегать хозяйственной работой; что порочны только цивилизация и философия, несовместимые с природой страстей и с предначертаниями Бога, как это я поясню дальше в трактате о притяжении.

Аналогичные доводы можно привести в пользу любой из страстей, которые вы именуете пороками. Благодаря теории комбинированного строя вы поймете, что все наши характеры хороши и разумно распределены, что природные наклонности надо развивать, а отнюдь не исправлять. Вам кажется, что ребенок исполнен пороков, только потому, что он – лакомка, спорщик, фантаст, непослушен, дерзок, любопытен, неукротим; этот ребенок – самое совершенное существо; при комбинированном строе он будет самым ревностным тружеником; 10 лет от роду он уже заслужит степень в детских сериях, наивысших в данном кантоне; а честь возглавлять эти серии на парадах и на работе сделает для него самую утомительную работу игрушкой.