Теория магии
Шрифт:
Большой психологический словарь дает развернутое определение понятия «образ».
Существуют образы двигательные, а также связанные с ними и близкие к ним, образы движения. В отличие от образа двигательного, который представляет собой некую схему движения собственного тела, образ движения – более широкое понятие. Он включает в себя схему движения не только собственного тела, но и окружающих объектов.
Кроме того, существует образ действия. Это еще более широкое понятие, включающее в себя и образы движения, и другие влияющие на достижение цели факторы: и образы, и мысли, и чувства (переживания, эмоции), а также явления и объекты, которые, так или иначе, связаны с достижением цели.
Получается, что понятие образа связывается как с целеполаганием в виде некоторых схем или программ по достижению поставленной цели, так и с реализацией достижения цели.
В результате можно сделать вывод, что образ есть некая схема, предназначенная для:
– во-первых, опознания объекта или явления;
– во-вторых, включения цепочки действий по достижению цели;
– в-третьих, как элементарная структура, на основе которой строится все наше поведение (наверное, не только сознательное, но и неосознанное, рефлекторное) по достижению каких-то конкретных целей.
Образы являются теми кирпичиками, из которых складывается как наше восприятие реальной действительности, так и восприятие воображаемой действительности.
Также образы являются кирпичиками, лежащими в основе всей нашей деятельности вообще. Вот почему понятие образа так важно.
О восприятии. Матрица образов
Наше восприятие очень тесно связано с различными образами. Одним из основных факторов в этом является процесс опознания.
Опознание (англ. recognition) – процесс перцептивной категоризации, отнесения воспринимаемого объекта к одному из множества классов на основе опознавательных признаков. Син. распознавание, (иногда) узнавание и идентификация. Согласно Дж. Брунеру, операция О. («движение от признаков к категориям») – одна из главных характеристик всякого восприятия и может осуществляться непроизвольно и неосознанно. Благодаря О. происходит преобразование воздействующих на органы чувств внешних сигналов в осмысленные перцептивные образы. Один из способов О. – сравнение совокупности свойств объекта с прототипами и эталонами, хранящимися в памяти. В О. участвуют сенсорный анализ, процессы памяти и (в некоторых случаях) мышления.
Обычно О. происходит достаточно легко и успешно: мы опознаем, напр., букву «А» вне зависимости от ее размеров, написания, цвета, пространственного положения и пр. Большую роль в процессе О. играют ожидания (перцептивные гипотезы), формирующиеся у наблюдателя благодаря знакомству с контекстом. В ходе онтогенетического развития перцептивных процессов совершается постоянное выделение новых опознавательных признаков, обеспечивающих О. сложных объектов, не выступавших ранее как одно целое.
Различают симультанное (одномоментное) О., осуществляемое как мгновенное «схватывание» системы признаков, и сукцессивное (развернутое) О., являющееся результатом последовательного обследования элементов и свойств объекта. Важное значение имеет О. в структуре деятельности человека-оператора при приеме информации, в связи с чем оно широко изучается инженерными психологами и служит одним из критериев эргономической оптимизации средств и способов отображения информации [18] .
18
Большой психологический словарь / Ред. Б. Г. Мещерякова, В. П. Зинченко. 3-е изд., испр. и доп. СПб.: Прайм-ЕВРОЗНАК, 2006.
Образы, хранящиеся в памяти, вероятнее всего, являются полными, то есть включают в себя все характеристики объекта. Все характеристики, которые воспринимаются. Однако для сличения образов не нужно сличать весь образ полностью. Достаточно сличить лишь некие характерные особенности, отличительные черты.
Так, известное исследование зрительного восприятия, в котором нужно перемещать взгляд по картинке спящей кошки, показывает, что глаз считывает далеко не все изображение, а только некоторые его отдельные части, некие значимые точки.
Очевидно, что сличение набора нескольких – даже десятков или сотен – характерных точек с такими же точками образа, хранящегося в памяти, происходит значительно легче, проще и быстрее, нежели сличение образа целиком. Сознание наше рачительно – ни к чему тратить лишнее время и энергию на пустую работу. Однако такой способ сличения образов, разумеется, чреват ошибками: когда в сумерках, например, высокий пень принимается за фигуру стоящего человека, либо какая-то разлапистая коряга видится чудовищем.
При изучении таких феноменов возникает ощущение, что наше восприятие действует по схеме сличения полученной «картинки» с набором других «картинок», «упакованных» в некую матрицу. Причем чем меньше значимых точек выделяется/сравнивается, тем эта матрица оказывается плотнее: каждая ее «ячейка» занимает меньше места.
Таким образом, матрица восприятия может быть очень плотной (имея в виду аналогию сети или решета). Каждая ячейка занимает значительно меньше места, чем если бы она представляла собой полную характеристику объекта. Это существенно экономит время и силы в процессе сличения (сравнения) нового образа с теми, что хранятся в памяти.
Действия восприятия по схемам (сличения по характерным опорным точкам с некими, заложенными где-то в памяти образцами), доказывают, что восприятие может быть ошибочным. Подобное происходит, когда мы смотрим на картину: художник передает объем за счет геометрии (искажения перспективы). Хотя полотно картины плоское, мы воспринимаем его как объемное. То же самое происходит с фотографией.
Еще более впечатляющее несоответствие реальности и воспринимаемого образа мы можем увидеть при разглядывании картинки, которая получается из игрушки «пересыпающийся песок».
Картинка «Пересыпающийся песок»
Если на картине или фотографии мы имеем дело с воспроизведением реально существующего объема, то на этой картинке подобного вообще нет. Песок нескольких цветов, пересыпаясь меж двух стекол, образует узор из слоистых структур, а толщина картинки составляет 1–1,5 миллиметра.
Однако когда мы смотрим на образовавшуюся картинку, то видим объем. Нам кажется, что там какие-то горные вершины, долины, перевалы, небо с каким-то светилом, находящимся в какой-то безумной дали. В реальной же действительности эта картина находится в совершенной плоскости и занимает в толщину всего миллиметр. Причем кроме случайным образом насыпавшихся слоев песка там ничего нет.
Это как раз является ярким примером того, что образы, которые мы видим, сличаются с некими «образцами», хранящимися в нашей памяти. И, в результате, мы воспринимаем картинку совершенно ошибочно: сюжет ее весьма и весьма далек от действительности.
Следовательно, наше восприятие действует по принципу сличения с некими шаблонами.
Сравнивая результаты ошибок восприятия, можно прийти к выводу, что сличение это идет не по всем параметрам объекта, которые фиксирует наш глаз, но с некоторыми характерными особенностями.
Так, если высокий пень в сумерках принимается за фигуру человека, то в данном случае идет сравнение, вероятно, по контуру, который похож на стоящего человека (или сидящего).
Чем ближе характеристики видимого объекта к некому шаблону, хранящемуся в памяти, тем ошибочней наше сознание идентифицирует реально существующий объект.
Возникновение такого механизма восприятия понятно. Животному ведь необходимо как можно меньше времени тратить на оценку окружающего мира для запуска механизма адекватных действий на возникающие обстоятельства и появление новых объектов. В первую очередь, угрожающих жизни (как хищник, например, или смертельно глубокая пропасть, в которую можно упасть). Ну и, конечно, для прочих, жизненно необходимых вещей: еды, воды, поиска половых партнеров, опознания детенышей и т. п.