Теория семейных систем Мюррея Боуэна. Основные понятия, методы и клиническая практика
Шрифт:
У большинства родителей респондентов детство проходило в обстановке тревоги и страха. Взрослые старались не говорить об аресте и категорически запрещали детям обсуждать случившееся за пределами дома.
Атмосфера тайны и страха была перенесена ими в собственные семьи. По свидетельству многих испытуемых, им в детстве говорили про репрессированных бабушку или дедушку, что те просто «умерли», что дедушка «погиб на войне» и т. п. Большинство внуков узнали правду только подростками, часто много лет спустя после амнистии. В ряде случаев открытия этих тайн произошли много позже, когда внукам было более 30 и даже 40 лет.
Если некоторые внуки остро возмущались долгим сокрытием от них правды, то другие, видимо, привыкали быть безразличными к истории семьи. Так, одна испытуемая не только ничего не знала о репрессированном деде, но даже не заглянула в справку об амнистии, которую получила ее мать. По словам другой испытуемой, «копать корни было не принято, вдруг докопаешься до чего-нибудь не того…»
Конечно, так было не во всех семьях. От других испытуемых мы получали ответы: «Знал о бабушке всегда», «В семье был культ деда» и т. п. В некоторых квартирах на стене или в шкафу можно было видеть фотографии жертв 37 г., внуки бережно хранили мемуары, заботились об их издании.
Из приведенных описаний видно, что мы столкнулись с широким разнообразием и разбросом данных по многим существенным параметрам. В этих условиях для выяснения главных тенденций и проверки гипотез была использована специальная статистическая обработка результатов.
Статистическая обработка и ее результаты. С точки зрения обсуждаемой гипотезы главными переменными, которые следовало количественно оценить в отношении наших респондентов, были: 1) отрыв; 2) успешность функционирования. В качестве дополнительной переменной мы выделили 3) степень лояльности/нелояльности (критика, протесты) семьи по отношению к режиму, который подверг репрессии их близких.
Результаты обработки для переменной «функционирование» (Ф) представлены на рисунке 4, где приведена дендрограмма, которая получена как результат кластерного анализа на основе интеркорреляции отдельных переменных; каждой переменной соответствует горизонтальная линия. Вертикальные линии на дендрограмме выражают связь (корреляцию) между переменными или их группами: чем ближе линия к левому краю, тем сильнее корреляция.
Дендрограмма показывает разделение всех показателей Ф на две группы. В результате процедуры факторного анализа по каждой группе был выделен главный фактор. Один из них был назван, исходя из состава переменных первой группы, базисным функционированием (БФ), а другой – социальным функционированием (СФ).
Применительно к показателю «отрыв» (ОТ) все переменные также четко разделились на две основные группы (результат, довольно неожиданный для авторов). В одну группу вошли показатели ОТ по линии матери (сведения о родителях матери и о ней самой), осведомленность испытуемого о репрессии (когда это случилось, как, из-за чего…) и память о репрессированном в семье. Во вторую группу объединились показатели ОТ по линии отца и сведения о поколениях прародителей.
Рис. 4. Иерархический кластерный анализ переменных функционирования у испытуемых и их семей (III и IV поколения)
Указанные группы были затем подвергнуты процедуре факторного анализа. В результате для каждой группы был выбран главный фактор, который естественно было назвать: «ОТ по линии матери и ОТ по линии отца». Таким образом, все множество переменных ОТ оказалось представленным для каждого испытуемого двумя числами – значениями указанных факторов.
В таблице 1 даны оценки значимости различий по параметрам репрессированные/нерепрессированные и по линиям отца/матери. Из значений таблицы видно, что по линии отца средний показатель ОТ значимо превосходит тот же показатель по линии матери, в то же время различия по подгруппам репрессированные/нерепрессированные оказались незначимыми.
Точно таким же образом, что и переменные ОТ и Ф, были обработаны показатели лояльности к режиму. Здесь также выделились две группы: в первую вошли показатели, отражающие вступление/невступление в КПСС, партийную работу, привилегии – все это для испытуемого и обоих его родителей (чем меньше активности, участия в партийной работе, меньше привилегий, тем выше показатель), во вторую – показатели, отражающие действия протеста (в том числе скрытые) испытуемого и его родителей, а также мотивы этих действий.
Таблица 1
Проверка значимости различий для переменных отрыва
Величина показателей действий протеста и их мотивов была тем больше, чем суровее могло быть наказание и чем сильнее мотив протеста [52] . В результате факторного анализа для обеих групп было получено по одному главному фактору: Фактор первой группы был назван «(пассивный протест» (ПП) (имеется в виду отказ от вступления в партию и/или активной работы в ней); фактор второй группы – «активный протест» (АП).
52
Отдельными рубриками при кодировании действий были следующие возможные наказания: осуждение со стороны начальства или преданных властям лиц – 1, игнорирование заслуг, способностей – 2, задержка в продвижении – 3, исключение, увольнение – 4, арест – 5. Для мотивов действий рубриками и очками были: случайно или импульсивно – 1, за компанию с другими – 2, несогласие с ограничением прав – 3, борьба за свои права – 4, борьба против системы – 5.
В таблицах 2 и 3 приведены данные по числу членов КПСС и лиц, не лояльных к режиму, среди испытуемых и их родителей, отдельно для мужчин и женщин (в %).
Обращают на себя внимание две тенденции: усиление протеста (в обеих формах: пассивной и активной) у III поколения по сравнению со II, а также заметно меньшее участие в КПСС женщин обоих поколений по сравнению с мужчинами и большая активная нелояльность женщин II поколения, т. е. матерей наших испытуемых по сравнению с их мужьями.
Таблица 2
Количество не членов КПСС в семьях II и III поколений («пассивный протест»)
Таблица 3
Количество нелояльных к бывшему коммунистическому режиму членов семей II и III поколений («активный протест»)
Таблица 4
Распределение испытуемых по типам ответов на открытый 57-й вопрос: «Думаете ли Вы, что имеется какая-то связь между пережитым Вашей семьей в период репрессий конца 30-х гг. и тем, как проходила Ваша жизнь?» (в %)
Анализ ответов на открытый 57-й вопрос о возможной связи жизни наших испытуемых с репрессией в семье состоял в выделении главных тем, или категорий, которые затрагивали испытуемые, говоря об этой связи. Такими категориями оказались положительноевлияние на личность, наследование нравственных и идеальных ценностей, чувство поддержки семейных корней, критическое отношение к тоталитарному режиму, психологические проблемы (тревога, страх, недоверие), материальный урон, задержка с продвижением по службе.