Чтение онлайн

Несомненно, Париж – одно из самых лучших мест в мире для изучения протеевой болезни – истерии; два года назад «Чарите» познакомил нас с голодной девушкой, которая могла продержаться без пищи столько же, сколько любая из средневековых святых, и обходилась без воды столько, что это стало роковым для ее сестры из Уэллса. Сейчас мсье Дюхардин-Бюаметц открыл «литографическую женщину», у которой легчайшее прикосновение вызывает ощущение, как ожог крапивы. Когда же он называл ей свое имя, на ее коже немедленно появлялись рельефные красные буквы, и все это сопровождалось поднятием температуры в этих местах от 1 до 2 градусов. Или, наоборот, полная анестезия всего тела. Те, кто изучал оккультные науки, знает, что последний симптом обычно отмечается при одержимости бесами. Так, мать-настоятельница зачарованного женского монастыря в Лоудане могла производить пассы и вызывать имена демонов, которые вселялись в ее тело. Несколько лет назад спиритуалисты из Торонто часто беседовали со своими усопшими друзьями посредством тех же способов, используя руки одной одержимой из этого города; и похожий феномен наблюдался с «медиумами». Тем самым, было бы неплохо тщательно описать и проанализировать проявления сверхъестественного, прежде чем давать научное объяснение этих феноменов, хотя, конечно, гораздо проще описывать «литографическую женщину» как имеющую слабые симптомы Св. Катерины, чем брать на себя риск считаться атеистом, объясняя появления стигматов крапивницей.

[Говоря, в частности, о священных местах в Индии и о святых людях, которые, как говорилось выше, там живут, автор утверждает, что «никому, кроме дхианов, не удавалось побывать в их компании». Касательно этого Е.П.Б. отмечает:]

Того, кому удается достичь «дхианы», называют «дхианой». Словом «дхиана» здесь не обозначается какое-либо знание, кроме знания таинственных законов природы, и в результате знание того, чего добиваются посредством тренировки йоги. Следовательно, определенный уровня знаний философии йоги менее доступен англичанам и более характерен для местных жителей.

[Ниже от руки Е.П.Б. написала карандашом и чернилами:]

Эффект теософии и наш ответ. «Чудо» свершилось.

[В связи со статьей из «The Medium and Daybreak», Лондон, 2 января 1880, озаглавленной «Философия духа» и написанной Уильямом Оксли, в которой имеется изображение «Бусириса Древнего, автора Махабхарат», Е.П.Б. синими и красными чернилами ставит несколько знаков восклицания и знаков вопроса, а потом синим карандашом пишет следующее:]

О, тени великих риши, простите этих доверчивых идиотов – спиритуалистов!

Один уважаемый англо-индийский журнал в рецензии на наш январский номер намекнул, что самое праздничное лакомство, распространяемое для наших читателей, будет неполным до тех пор, пока не сделаны надежные вклады от парсов и мусульман. Настоящий номер по крайней мере должен удовлетворить нашего критика, поскольку в нем можно будет обнаружить заслуживающие доверия статьи талантливых представителей этих двух верований. Разве когда-нибудь прежде был какой-либо журнал, показывающий более совершенный и братский «Евангелический альянс», чем этот?

Работа, которую нам довелось проделать в Индии, возможно, будет затуманена глупыми неправильными представлениями, которые мы от всего сердца приветствуем как некие дополнительные свидетельства, доказывающие, что публичные авторитеты сейчас существенно они ближе к пониманию истинного характера нашего предприятия. На страницах нашего журнала уже было объявлено, что политический департамент правительства Индии совсем недавно выпустил приказ поставить нашу группу под наблюдение, а некоторое время тому назад этот приказ был отменен и объявлено о том, что теософов больше не беспокоить. Это было фактически публичным признанием и закрывало все вопросы относительно конфиденциального ответвления этой службы, но для такого никогда не найдется места в «Gazette». Приятно ощущать, что беспочвенные и, с точки зрения наших предшественников, абсурдные предположения, равно как попытки достижения некоторых политических целей оказались способными дать новый толчок изучению восточной философии, уже исчезающей во тьме веков. Наши друзья еще больше обрадуются услышать, что без малейших пожертвований или унижения чувства собственного достоинства с нашей стороны последняя тень непонимания со стороны правительства исчезла. Тем, кто нас хорошо знает, не надо рассказывать, что здесь не было никакой взаимосвязи, и Теософское общество ни в малейшей мере не строит свои надежды и чаяния на успех на благосклонности правительства. Наше дело – это истина и философия, а не политика и администрация. Однако условия жизни в Индии таковы, что крохи благосклонности правительства, содержащие одобрение, являются следствием проявленной ранее активной немилости, но все же их можно отметить как наше достижение. Радостно осознавать, что теперь мы приняты – поскольку, разумеется, имели право быть принятыми – и имеем мощную поддержку от правителей этой страны того духовного интереса, которому мы посвятили наши жизни. И теперь, когда эта поддержка нам буквально дарована, мы, не рискуя быть неправильно понятыми, добавляем, что к любой организации, подобной нашей, британскому правительству следовало бы относиться более любезно, даже имея для подозрений б'oльшие причины, чем в отношении нас. Как независимое звено между двумя народами, которое правительство желает видеть объединенными более близко, так и общество, которое непреклонно нетерпимо к бунтарским усилиям любого рода среди его членов – мы уже сослужили лучшую службу делу общественного порядка в этой стране, чем ее правители, наконец осознавшие, чем именно мы занимаемся. Но таковы уже свершившиеся факты, и нынешнее признание что мы принимаем с полным удовлетворением и убеждением, что заслужили его. Мы получили любезное предусмотрительное приветствие, сообщенное в следующем письме от личного помощника вице-короля, в письме с уведомлением о получении трех первых номеров «Теософиста», отправленных руководителем этого журнала Его Высокопревосходительству для прочтения:

Мы хотим выразить глубокую благодарность лондонскому «Спиритуалисту» за предложение, что теософию можно считать «дополнительным ответвлением спиритуализма»; тем самым она становится не основным антитезисом материализму, а является в наши дни западным феноменалистическим движением. Это чрезвычайно либерально; примерно именно так было бы для из Манчестера признать, что Британская Империя – это дополнительное ответвление графства Ланкашир. Когда можно будет доказать, что часть чего-либо может содержать целое, что хвост может вилять собакой или что океан можно вместить в галлон, тогда настанет время, чтобы всерьез обсудить это предложение, выдвинутое уважаемым столичным печатным органом спиритуалистов. Особенно при условии, что никоим образом не ясно, персональное ли это мнение или всех спиритуалистов.

Несколько весьма смехотворных ошибок, сделанных наборщиком, за последнее время произвели на нас впечатление. «Deccan Star», обращая внимание на книгу, написанную руководителем этого журнала, назвала ее «Разоблаченные Льды» [Ises вместо Isis]. В напечатанном в прошлом месяце письме к нам от вице-короля именно ошибка наборщика вынудила мистера Баттена сказать, что он подчинился троим из наших членов, взамен большинства, Его Высочеству, и вместо того чтобы позволить одному из наших собратьев-помощников написать о развитии внутреннего или духовного Эго, вынудила несчастного выглядеть обеспокоенным тем, чтобы развивать духовные яйца (eggs). И наконец, весьма трезвомыслящий калькуттский «Oriental Miscellany» за февраль начал разносить всякий вздор о некоем духовном философе, который самолично объединился со Scul Вселенной! Если что-нибудь в большей степени может оправдать кары в отношении наборщика, чем то, что было предъявлено, крайне хотелось бы об этом узнать.

Еще одна ошибка, в общем-то не такая нелепая, но весьма раздражающая, это изменение официального титула преп. Джорджа Х.М. Баттена с «личного помощника» в «личного адъютанта» Его Высочества Вице-короля. Мы полагаем, что эту глупейшую оплошность можно извинить.

Такой остроумный и язвительный журнал, как «Bombey Review», порадовал нас несколькими дружескими замечаниями, и за эти заслуги и любезный прием мы его благодарим от всей души. Но одна ремарка в его февральском номере не должна остаться без возражения. Журнал требует, чтобы «истории о призраках, напечатанные „Теософистом“, мы забыли раз и навсегда – уж слишком жутко они читаются». Да, конечно, если воспринимать их однобоко; и чем меньше в журнале историй о призраках вообще, судя с этой точки зрения, тем лучше. Если бы подразумевалось только удовлетворить этими болезненными фантазиями чувствительных читателей художественной прозы, то им, возможно, уютнее в своей комнате, чем в компании. Но поскольку они появляются в журнале, в явном виде посвященному серьезному исследованию вопросов науки и религии, то вовсе не неосмотрительно предположить, что издатели имеют определенную цель: продемонстрировать свою связь с обеими областями исследования. Таковы, в любом случае, факты. Прежде мы уже так поступали с нашими читателями, и хотелось бы пояснить, что все истории о призраках, гоблинах или бхутах допускались на наши страницы исключительно ради того, чтобы проиллюстрировать какой-нибудь аспект загадочной и весьма важной науки – психологии. Наши же друзья из «Bombey Review» спешно пришли к внезапному заключению, что в последних рассказывает именно о Призрачной Собаке, [651] Одушевленной Скрипке и блуждающих тенях усопших.

Правительство Еревана всегда гордилось своими знаменитыми памятниками и остатками античности. И вот русская ежедневная газета «Кавказ» объявляет о недавних открытиях, бесценных для археологии, в виде надписей на твердых скалах и отдельных камнях. Все они оказались клинописью. Самые ранние из них привлекли внимание выдающегося армянского археолога профессора Нормана. Ему помогал фотограф из Эчмиадзина (старейший армянский монастырь). Сначала он обнаружил ключ к пониманию этих клинописей и доказал их историческое значение. Кроме того, профессор продемонстрировал при помощи своего открытия, что до изобретения Месробом ныне существующего алфавита армяне пользовались клинописью или буквами, напоминающими наконечники стрел, и особенно важным в этом открытии оказалось то, что все они имели форму правильных треугольников; значение каждой буквы, т. е. треугольника, зависело от взаимного соединения и положения этих треугольных форм.

Довольно своеобразный факт, который до сих пор, похоже, избежал внимания так друзей, так и врагов Ирландии и был оставлен пристальному наблюдению Пака, это открытие, что большинство, если не все, источники беспорядков и волнений этой страны могут быть занесены в указатель под буквой П. Таким образом, у нас есть Попрошайки, Помои и Пабы; Попы и Папство; Протестанты, Пастухи и Публика; Пиво, Политики и Придурки; Патриотизм, Парнелл и Св. Патрик, и наконец, сами Пэт. [652] Даже в Америке их роковое П. соответствует сынам Ирландии, но здесь эта начальная буква относится к самому главному любителю посмеяться над ними – к Паку.