Чтение онлайн

Лучшая моя часть говорила мне, что делать этого не надо. Но сегодня слушать её я не собирался. Схватив господина барона за шиворот, я окунул его головой в ближайший унитаз. Сысоеву это очень не понравилось, он попытался лягнуть меня ногой, но этим совершил очередную ошибку — разъярившись, я ударил голову его о край унитаза. Глаза аристократа закатились, он потерял сознание и обмяк.

Я осмотрелся. Двое из ублюдков валялись в отключке, третий ещё соображал, но встать не пытался, зная, к чему это может привести. Я пошарил по его карманам — оружия не было.

— Зачем вам это было нужно, объясни? — спросил я его. Он не ответил.

Вслед за паспортом, я посмотрел остальные документы барона, и обнаружил среди них обнаружил повестку к следователю, причем в качестве подозреваемого. Статья — нанесение тяжких телесных повреждений.

Да уж. Аристократ наш, оказывается, ещё тот. Кто-то, наверное, оказался в похожей на мою ситуации, но сделать ничего не смог. Избили его сильно. Тяжкие телесные повреждения — это, например, если удалили повреждённую от удара селезенку. Даже сломанная челюсть квалифицируется как «повреждения средней тяжести».

По логике законов Империи, если у тебя на улице отняли дешёвый телефон, это более тяжелое преступление, чем если бы сломали челюсть, хотя таких телефонов на среднюю зарплату ты купишь штук пять, а кости будут восстанавливаться несколько месяцев.

— Ах ты, выродок, — ласково сказал я Сысоеву и выбросил его документы в унитаз.

Быстрым шагом я вернулся в зал. Снежана сидела на стуле так же, как в тот момент, когда я уходил. Лицо — бледное, дальше некуда. Что ж ты у меня такая несмелая, подумал я.

— Пойдём. Быстро. — скомандовал я, сунул первому попавшемуся официанту сумму, явно превышающую стоимость ужина, и мы со Снежаной поспешили к выходу и на улице запрыгнули в первое попавшееся такси.

— Всё хорошо, — сказал я ей, сжав ее руку.

Она грустно кивнула.

…Когда мы поднялись в квартиру, я первым делом позвонил Вадиму, хотя на улице уже стояла ночь. Ничего, проснётся. Нужна его консультация. Снежана стояла, отказавшись уйти.

Вадим не спал. Голос у него был бодрый, хотя и немного задыхающийся.

— Привет, не разбудил? — произнёс я для вежливости.

— Какое там… разбудил… — отозвался Вадим. — Зачем спать… если можно придумать… что-то гораздо более приятное… Да, Аня?

Аня ничего не сказала.

— Она… не может ответить… она… занята… важным делом! — сообщил Вадим.

Мы со Снежаной, несмотря на опасность ситуации — мне всерьёз угрожало уголовное дело — чуть не покатились со смеху.

— Как твоя спина?

— Пре…красно! Просто… замечательно! Я на ней… сейчас лежу! Извини… на видео не поставлю… Аня против! Несов… несов… несовременная она какая-то!

В трубке послышалось отдаленное «угу» — Аня сейчас могла произнести только это.

— Позволь мне отвлечь тебя на секунду. Ты знаешь барона Сысоева?

— Эту тварь! Конечно, знаю!

Аня, наверное, взяла паузу или начала делать что-то другое, потому Вадим наконец-то начал говорить по-человечески. Спасибо тебе, Анечка.

— Почему тварь?

— Потому что конченый выродок. От общения с ним отказалась уже вся родня. Ведёт себя, как гопник. Занимается боксом, избивает людей по малейшему поводу. Хам и ублюдок. Друзья у него такие же. Сысоева уже есть судимость, а сейчас будет ещё одна — кого-то побил в кабаке. С ним разговаривает только его крёстный, он человек очень влиятельный, поэтому Колю и не закрыли до суда. Но если и он от него откажется, то все, поедет Сысоев на Колыму лес валить.

— А что у тебя с ним? — Вадим наконец-то догадался, что я спрашиваю не просто так.

— Пришлось окунуть его головой в унитаз в ресторане.

— Правильно сделал! Так ему и надо!

— Теперь опасаюсь проблем с законом. Головы я и ему, и тем, кто с ним был, поотшибал. И рука у него сломалась.

— Вообще не волнуйся! Никакое заявление в полицию он писать не пойдет! Если обнаружится, что он попал в какую-то передрягу, его закроют! А я ещё позвоню его крестному. Это будет последней каплей для него. Наверняка теперь скажет, чтоб Сысоев забыл его номер телефона. Все будет хорошо! Как у меня сейчас! А! А! — внезапно застонал он от удовольствия и отключился.

Я перевёл дух.

— Если Вадим сказал, что всё нормально, значит, так оно и есть, — успокоил я Снежану. — Он в таких вещах разбирается.

Девушка грустно обняла меня.

— Зачем ты все это устроил. Я иду по улице, и каждый второй в мыслях раздевает. Ничего тут не поделаешь.

— Извини, по-другому не умею.

— Спасибо… — на глазах Снежаны показались слезы, и она ушла в ванную.

А мне, тем временем, надо было собираться, чтобы съездить на квартиру лаборанта, а перед этим забрать домушника Максима Крюкова с притона. Хотя собираться — громко сказано. Всего лишь сменить костюм на джинсы и лёгкую куртку.

Снежана переоделась в халат и вышла из ванны.

— Опять уходишь, — вздохнула она.

— Иначе никак, — пожал плечами я. — Деваться некуда. Потом расскажу, когда всё закончится. Не волнуйся, скоро приеду.

Пьян сейчас Максим или нет — вот в чём вопрос, думал я, садясь в машину. Раньше слово держал, но всё течёт, всё изменяется… Без него будет тяжко. Второго такого специалиста по вскрытию замков я быстро не найду.

Опасения развеялись, когда я только подъехал к дому. Стоит наш орел, даже не пошатываясь! Одет в темное, за плечами — небольшой рюкзак.

— Привет, — махнул я ему рукой, и он обрадованно поспешил к автомобилю. — Неужто трезвый?

— Я же обещал! — гордо поднял подбородок Максим.

— Красавец! — похвалил я его. — В сумке, надеюсь, инструменты?

— Они самые!

— Вот и отлично. Вперёд, на подвиги. Учти, в квартире ничего брать нельзя. Мы едем просто посмотреть. Денег я тебе и так подброшу.

— Договорились!

Скоро мы были на месте. Остановились поодаль, на всякий случай, чтобы машина не попала под камеры. Перестраховаться не мешает. То, что мы задумали, под статью уголовного кодекса попадает стопроцентно, даже если ничего не пропадёт. «Незаконное проникновение в жилище», и всё тут, не отвертишься.

Но деваться некуда. Максим это тоже понимает. И понимает потому, что мы с ним пару раз уже залезали в чужие квартиры. Кстати, это он давал мне первоначальные уроки обращения с отмычками, а потом я сам немного потренировался, покупая замки и пытаясь их открыть. Когда лез в гараж к Смирнову, я как-то о Максиме и не подумал.

Первое препятствие — домофон — оказалось пройдено со скоростью идущего домой жильца. Универсальный ключ Максима сработал именно так, как он и обещал — мгновенно открыл дверь.