Чтение онлайн

— А свидетели? — парировал Фома.

— Свидетели долго не живут, таков закон.

На этом нравоучения закончились, и босс отдал простой и ясный приказ:

— Берите оружие, выстраивайтесь цепью и прочесывайте лес до тех пор, пока не найдете беглецов.

Вдруг над поляной появился милицейский вертолет. Он приземлился в нескольких метрах от иномарок, и его лопасти чуть не коснулись крыши одного из джипов. Мотор еще работал и издавал содрогающий внутренности свист, а дверца уже открылась и на поляну вышел полковник Жабов, давний приятель Германа. Он с решительным видом пошел к главарю, и тот понял, что муровец зол не на шутку.

Жабов был одет в дорогие, сшитые по его ладной фигуре брюки, белую рубаху с галстуком и пижонские черные туфли. Весь его вид говорил о том, что он респектабельный, обеспеченный человек и к тому же наделенный властью. В одной руке он держал рацию, а в другой пиджак от костюма.

— Привет, — гаркнул полковник, когда приблизился к Герману.

— Добрый день, — настороженно ответил тот и шагнул навстречу нежданному гостю.

— Отойдем, надо поговорить, — сказал Жабов и направился к железнодорожному полотну. Разнервничавшийся Герман пошел за ним, в уме прикидывая, какое оправдание найти своим действиям. Хотя то, что он и его люди натворили, нельзя было оправдать ничем. Когда полковник подошел к кустам и удостоверился, что их никто не услышит, он обернулся и зло процедил сквозь зубы:

— Вы что наделали? Какую заваруху устроили на Ленинградском вокзале? Вы что творите?

— Да ничего особенного, никто же не погиб. — Герман не знал, что ответить, чем оправдаться, и поэтому оправдываться не стал. Только и сказал: — Так было нужно.

— Ни хера себе, нужно, — завелся полковник. — Когда вы наезжали на богатенького «нового русского», разворовывающего народное достояние, я вам помогал. Когда вы шлепали себе подобных, я вас прикрывал. Но то, что произошло сегодня, — это терроризм, и я пособничать не стану. Этим теперь занимается ФСБ, и я просто не в силах отвести от вас удар.

Герман прищурил левый глаз и настороженно посмотрел на милиционера.

— А ты нас, случаем, не заложил? — тихо проговорил он.

— Нет, но и покрывать не стану.

— Это не мы начали, а террористы, захватившие в заложники дочь одного нашего клиента.

— Так, так, подробнее, — заинтересовался Жабов.

— Они требуют выкуп в миллион долларов, — соврал босс, — и я хотел договориться с ними сам, но они начали войну.

— Кто они?

— Один из них, тот самый Коновалов, я вас о нем запрашивал, а другой — Виктор Демин.

— И где они?

— Они начали перестрелку на вокзале, потом сели в поезд и умчались в Питер. Я их догнал на вертолете, но они взорвали мост и теперь прячутся в лесу.

— В этом лесу? — переспросил полковник, а сам подумал: «Как это они могли взорвать мост, находясь в поезде?»

— Одного из них мы поймали и связали, пойдемте, я вам покажу. — Герман сделал несколько шагов к деревьям и зашел за раскидистый куст боярышника. Заинтригованный полковник последовал за ним и вдруг…

Герман резко обернулся, размахнулся и ударил Жабова кулаком в челюсть. Тот не ожидал нападения и не успел среагировать. Голова полковника дернулась, а челюсть хрустнула, ноги подкосились, и он рухнул наземь.

Бандит вышел из-за куста и махнул Фоме, чтобы тот быстро подошел. Бригадир, догадавшись, что что-то случилось, стремглав добежал до хозяина и, увидев нокаутированного милиционера, аж свистнул.

— Этот поганый мент слишком много знает и может нас заложить, — процедил Герман. — Он представлял опасность для нашего дела, — главарь осмотрелся и, убедившись, что его деяний никто не увидел, достал носовой платок и протер от сажи лицо и руки. Затем они с Фомой вернулись к бойцам. — Ты, — приказал он одному из них, — садись в джип и вези раненых в больницу, а остальные — на поиски сбежавших.

Бандиты без лишних слов вытащили автоматы и двинулись в лес.

— Они с детьми и, значит, далеко уйти не могли, — сказал Герман. — В каком месте, ты говоришь, они вошли в лес? — обратился он к Дубу.

— Вон там, у самого обрыва.

Все направились к мосту. Фома оказался следопытом. Он после осмотра местности обнаружил следы передвижения нескольких человек.

— Это их следы — свежие поломанные ветки, — констатировал он, когда изучил место. — Они в лесу передвигаются непрофессионально, подобно стаду кабанов, значит, амбала с ними нет.

— Не важно, идем за ними, — отдал приказ босс, и бандиты, образовав цепь, двинулись в чащу. Дым уже наполнял ее, и дышать стало трудно. Многие кашляли, матерились, но шли.

Алексей нес Катерину около километра, до тех пор, пока они не вышли из воды на песчаный берег.

— Теперь углубляемся в лес и движемся в сторону железнодорожного полотна, — сказал он.

Виктор поставил на ноги Светлану и обессиленно сел рядом. Ему было очень тяжело, но не ему одному — все последовали его примеру.

— Папа, тебе плохо. — Света обняла его за шею и поцеловала в щеку.

Увидев эти ласки, Катя поджала губки и незаметно посмотрела на Алексея Коновалова. Как ей хотелось вот так же обнять и прижаться к нему щекой. А Леха отдувался от тяжелого перехода и на девочку внимания не обращал. Альфреду до дочери не было никакого дела, и он тоже уселся на песке, вытянул ноги и отдыхал.

— Нам надо идти, а то бандиты могут нас догнать, — произнес Коновалов и посмотрел на свою усталую, измученную команду.

— Дай отдохнуть, — взмолился Демин.

— Нас бандиты схватят и убьют, — попробовал воздействовать на него Леха.

— А если я встану и пойду, то умру сам, своей смертью, — ответил тот.

— Так дело не пойдет, — Алексей начал злиться, — вставайте и из последних сил идите. Дойдите хотя бы до леса, спрячьтесь там, чтобы вас видно не было. Мы сидим на берегу, как на ладони, любой снайпер нас всех снимет за несколько секунд.

Услышав про снайпера, Альфред встрепенулся, вскочил и пошел к высокому отвесному берегу. Катя с неохотой поднялась и поплелась следом, а за ней приняли вертикальное положение и Витек со Светой.

На десятиметровый, без тропинок и ступенек берег взбирались тяжело и долго. Песок осыпался под ногами, устойчивой опоры не было, и существовала постоянная опасность сорваться вниз. Если испуганный Альфред вскарабкался сам, то девочек пришлось переносить на руках. Коновалов сначала поднял Свету, а потом и Катю. Нес их на спине, как рюкзак, а девочки, обхватив его руками и ногами, висели на нем, как на столбе. После каждого опасного, полного риска восхождения Леха садился на траву и отдыхал по пять минут. Во время второго подъема испуганная Катя обхватила его шею с такой силой, что чуть не удушила.