Терпение
Шрифт:
– Понятно, вы, значит, за меня все решили, да? – обиженно проговорила Вика.
– Да мать же твою!- выругался Колька, со звоном бросив вилку на стол, - Что тебе неймется? Хоть во всех трех домах живи, только от меня отстань!
– Чего ты завелся-то? – взвизгнула Вика. – Не надо мне дом твой!
– А чего тогда мне сидишь мозги крутишь? – Тоже закричал Колька.
– Да ладно вам обоим! – попыталась перекричать их мама, - Что вам делить? Свои же все!
– Да пошла она, - махнул рукой Коля и вышел из избы.
– Мам, ну че он в самом деле? – со слезами спросила Вика.
– Ты не обижайся на него, Вика, не ладится у него с Асей-то… - вздохнула Наталья.
– Ясно, если она с Лехой все крутит… - согласилась Вика.
– А вы в Твери жить будете? – осторожно спросила Наталья, глядя на Дениса.
– Ну да… - Вика опустила голову.
– Хорошо… Денис, а Вы чем занимаетесь?
– Строительством, - сквозь зубы проговорил Денис, - Пойду я покурю, - и тоже вышел из дома.
– Ма, не любит он расспросов этих… - прошептала Вика, когда он вышел.
– Понятно все… - вздохнула Наталья.
– Чего тебе понятно? – раздраженно спросила Вика.
– Что жениться вы не будете с ним…
– Тьфу ты, - Вика отвернулась от мамы и куда-то в угол буркнула, - Началось…
– Да живи, как знаешь… - спокойно пожала плечами Наталья, поднимаясь.
– Да счас все так живут!
– Ну, все мне не интересны, - собирая посуду со стола, сказала Наталья.
– Мам, не начинай ты…
Вдруг Наталья с грохотом уронила тарелки на стол и закрыла лицо руками.
– Ты чего? – испуганно вскочила Вика.
– Господи! – заплакала Наталья, - Какие ж вы горемычные! Я думала, хоть вы счастливые будете, да как вас от беды-то убережешь, если вы сами в силки лезете…
На крыльце молча курили Колян с Денисом.
– Пойдем-ка, - вдруг позвал Дениса Колька и спустился с крыльца.
– Куда это? – Денис пошел за Коляном.
Они повернули за дом, дошли до сарая, Колька толкнул дверь и показал в темноту.
– Там вот Илюха повесился, - хрипло проговорил он.
Денис молча смотрел в сарай.
– С которым Вика жила, - пояснил Колька.
– Я знаю, - кивнул Денис, - Только что ты этим хочешь сказать?
– То, что на его месте мог быть любой другой…
***
Чувство вины пред Коляном, перед убитым ребенком, заставило Асю переехать к мужу в Мытницы.
Коля уехал на работу, Ася с сыном осталась одна. Ей было тяжело, хоть и мама, и свекровь приходили к ней на целый день, она томилась дома, уходила за деревню, плакала, вгоняла себя в еще большую тоску. Душа ее погружалась в такой мрак, что глаза не видели солнца, хоть погода и стояла морозная, солнечная, но Асе казалось, что она уже никогда не сможет улыбаться. Она только снова и снова прокручивала в голове прошлое, пыталась понять, когда и в чем так страшно ошиблась, почему рухнул ее мир. Иногда она пыталась представить, каким бы родился ее ребенок, кто бы это был – мальчик или девочка… Кончилось тем, что вернувшийся с работы в пятницу вечером Колька, дома застал только свою мать с Костиком. Наталья не смогла сказать, где Ася. Колян сначала не хотел искать жену, но Наталья упросила его дойти до Прямухино.
Ася была у Маринки. Они втроем с Мишкой пили крепкий Маринкин самогон, закусывали вареной картошкой и солеными огурцами. Мишка первым сдался, начал засыпать еще за столом, потом ушел в переднюю избу, где заснул на диване. Под доносящийся из комнаты Мишкин храп, Ася хмуро призналась Маринке, что сделала аборт.
– И на фига? – спросила Маринка.
– Так уж получилось… Так что у меня сегодня поминки по ребенку…
– Че ты, с мужем живешь, дом есть, Колян работает… Знаешь, как я родить хочу… А ты – аборт…
– Да, че-то я везучая на залеты… - покачала головой Ася.
– Походу ты и замуж по залету вышла?
– Да, - махнула рукой Ася, - как я замуж вышла – врагу не пожелаешь…
– Нормальный мужик, че ты? Ладно бы алкаш какой…
– Нормальный… Сволочь он, вот кто! – неожиданно закричала Ася. – Все же ведь знал, сам же говорил, что понимает все, что все нормально будет! А сам колотит меня!
– Ну, - заулыбалась Маринка, - тебя лупить – святое дело… Прямо из мужниной постели к Лехе в клеть бегать… Это тебе еще повезло, что Колян у тебя жалостливый такой, а вон,- она кивнула в соседнюю комнату, - Мишка тебя бы вообще удавил, это к бабке не ходи – точно!
– А вот мне интересно… - наклонив голову набок, спросила Ася, - кто это видел, кто растрепал-то про клеть вообще?
– Как кто? – Маринка рассмеялась, - Ну ты даешь! Да Леха и растрепал, с Викой на пару…
– Не может быть этого, чего ты треплешь, не знаешь если! – Ася махнула рукой, задела стопку, самогон разлился по вытертой, разрезанной местами клеенке, постеленной на столе.
– Да ладно тебе… От кого еще-то знать? – наблюдая за растекающейся лужицей проговорила Маринка.
– А вообще-то это вы все и виноваты…
– Чего это еще? В чем? – Маринка удивлено уставилась на Асю.
– А в том, что мне про Леху не сказали. Ведь все знали, что он с другой там в городе крутит шашни-то… Хоть бы одна сволочь мне сказала… Я же ведь думала, что он на мне жениться-то хочет… Как дура уши развесила… Что, кишка тонка была у Любки мне сказать? Теперь стоит, смотрит на меня, осуждает. Святоша, мать ее… - Ася плакала, ожесточенно вытирая слезы, но они набегали снова и снова.- Хоть бы пожалел кто… Все только жить учат, задолбали уже.
– Ну так Колька тебя жалеет… - вставила Маринка.
– Да ненавижу я его! – закричала Ася так, что даже Мишка перестал храпеть, - Противно мне от него! Тряпка он, мочалка!
– Да что же тебе надо-то? Лешка твой мужик, да? По бабам таскаться, это мужик? – тоже закричала Маринка.
– Ты не трогай Лешку! Я сама все! Сама! К нему бегаю, как дворняга, подачки жду! Сама, ясно?
– Да уж, яснее некуда, - усмехнулась Маринка.