Чтение онлайн

– Когда я был маленьким, со мной ты нянчиться не любил. Мама рассказывала, как тебя тошнило, когда тебе приходилось менять мне пеленки, и каким ты был бедным-несчастным, когда она оставляла тебя со мной одного.

– Ты был скверным и несносным мелким паршивцем, - Сидней невольно улыбнулся.
– Что тогда, что сейчас... Но если откровенно, Ванс, тюрьма высосала из меня жизненные силы... Как ты сам не видишь? И я думаю, что сделаю хорошую вещь, если возьмусь заботиться о парнишке... Кроме того, я-то его в свое время знал...

После этих слов юноши обменялись выразительными взглядами. Слово "салотоп" было готово сорваться у каждого из них с языка, потому что ни для кого не было секретом, что Гарет тоже был его учеником.

Отчасти потому, что Сидней уже не был так крепок физически, как во времена, когда он блистал на футбольном поле - в чем его убедил последний подъем по лестнице - он сдался и согласился поехать к миссис Уэйзи в лимузине, хотя вдыхая спертый воздух салона, пропитанный запахом шофера он пожалел, что не отправился пешком.

Как только он выбрался из машины и оказался перед белым особняком с пятью колоннами, он запаниковал и притом не на шутку. Сидней, конечно, убеждал себя, что всякий будет нервничать в первый день на новой работе. Однако он отдавал себе отчет в том, что его тревога была иного свойства, и был уверен, что внезапные "проблемы с сердцем" (которые обнаружились еще в тюрьме), сейчас имели самое прямое отношение к страдавшему неведомым недугом юноше, за которым ему предстояло ухаживать.

– Даже не могу выразить словами, какое для меня облегчение, что вы приехали, - приветствовала его Ирен Уэйзи, выходя на бескрайний простор площадки крыльца и взглядом отпуская шофера.
– Теперь, когда я знаю, что вы будете рядом и позаботитесь о Гарете, я чувствую прилив новых сил и я готова ликовать от радости... Ни о чем сверх этого мы вас не попросим, мистер Де Лейкс...

Сидней посмотрел на нее взглядом, полным такого вопросительного и смущенного недоумения, что хозяйка на секунду отвела глаза в сторону. Она была первой женщиной, с которой он общался уже за... впрочем, Сидней и сам не помнил, когда это было в последний раз. Наверное, еще в ту пору, как была жива его мать.

– Вы завтракали, мистер Де Лейкс?

– Я думал, мы станем обращаться друг к другу... по имени?
– спросил он, пересилив робость.
– Да, Ванс, мой братишка, состряпал мне подкрепиться.

– Уверена, ты не откажешься от чего-нибудь еще, Сидней– засмеялась она, беря за его руку.
– Точно не от чашечки кофе.

– Мне вообще-то противопоказано, но одну можно

Ирен позвонила в маленький колокольчик, затрепетавший чистейшим серебряным голоском, какого Сидней никогда прежде не слышал. Вошла девушка в накрахмаленном до хруста переднике и маленьком белом чепчике с оборками, неся в руках поднос, на котором поколись массивный серебряный кофейник и две тарелки с ломтиками маисового хлеба и бекона.

– Угощайся и тем и другим. Ирен сделала знак рукой и они оба сели.

– Тебе покажется глупым с моей стороны, - начала она разговор заметно изменившимся голосом, - что я тебе все время повторяю, какое облегчение принес мне твой приход.

У нее вырвался короткий всхлип.

– Прости, - извинилась Ирен и скользнула пальцами в складку своего длинного платья, чтобы извлечь платок.
– Если бы отец Гарета дожил до этого дня и увидел его таким, его сердце не выдержало бы... Гарет был его любимым сыном.

– Но ведь он поправится, миссис Уэйзи... Ирен, - Сидней протянул к ней ладонь, но так как этот жест остался ею незамеченным, уронил руку себе на колено.

– Выпей еще чашку кофе, - произнесла она после короткого молчания, во время которого обдумывала его слова. - Сегодня, Сидней, я хочу, чтобы ты помог мне справиться с одной из самых, пожалуй, трудных задач... а именно... накормить его завтраком... понимаешь, сам он есть отказывается...

Отголоски предупреждений Ванса и мрачные подозрения вихрем пронеслись у Сиднея в голове.

– В этот раз я все сделаю сама, но если ты будешь время от времени помогать ему... разжевывать и проглатывать небольшие кусочки... это уже будет хорошее начало...

Сидней кивнул и постарался придать себе уверенный вид.

– Я знаю, что ты не брезгливый, - продолжала Ирен.
– И еще знаю, что ты жестоко пострадал а потому способен понять тех, кого жизнь тоже не пощадила.

Она встала, и Сидней последовал за ней вверх по лестнице.

– Вам не обязательно подниматься так медленно, - сказал Сидней, дыша ей в затылок.
– Не настолько уж я плох.

– В любом случае, спешить нам некуда, Сидней. В этом доме не заведено какого-то строгого распорядка.

На верхней площадке лестницы их захлестнула оранжевая волна солнечного света. Дверь в комнату Гарета была широко открыта, но портьера из штофа скрывала внутренность помещения от глаз. Миссис Уэйзи отбросила ее назад и жестом пригласила Сидней войти первым.

Гарет сидел в том же кресле, что и накануне. Однако, на этот раз его волосы были с особой тщательностью причесаны, и на нем был пиджак с новеньким галстуком. В правой руке у него была свежесрезанная белая осенняя роза, которую он держал явно по чьему-то настоянию, и от которой ему не терпелось избавиться. Миссис Уэйзи взяла у него из пальцев цветок и поцеловала его в губы.

– Ты ведь помнишь нашего хорошего друга Сиднея, милый?

Гарет утвердительно кивнул.

Человек лет тридцати вошел в комнату, неся в руках тяжелый поднос, который он водрузил на столике перед Гаретом, в ответ на что тот вначале пробуравил его взглядом, а затем выразил лицом властное и презрительное распоряжение уйти прочь. Слуга удалился, не произнеся ни слова.

Ирен и Сидней сели рядом, и если бы кто-то в эту минуту заглянул в комнату за колышущуюся от сквозняка портьеру, то он бы мог подумать, что они ожидают начала торжественной службы.

– Я уверена, Гарет, - нарушила молчание миссис Уэйзи, - что ты будешь очень доволен Сиднеем. Я это чувствую, милый.

Гарет перевел взгляд своих больших, блестящих глаз на нового "товарища".

– Гарей, - заговорил Сидней, и голос его от напряжения зазвучал басом, - хоть меня и не было долгое время, и у обоих у нас случились в жизни перемены... Он осекся, потому что эмоции переполняли его.
– Я сделаю для тебя все, что только смогу, ты это знаешь, - закончил он, собрав силы.

Гарет отвернулся от обоих посетителей.