Чтение онлайн

В книге "Феномен миссис Тэтчер" журналисты Хьюго Янг и Анна Сломен собрали воспоминания ее школьных подруг и сокурсников по университету, политиков различного ранга, сотрудничавших или соприкасавшихся с ней в парламенте, правительстве, кабинете министров [4] . В книге одного из ее советников периода оппозиции, Питера Косгрейва, приведен интереснейший материал о ближайшем окружении Тэтчер в эти годы, ее отношениях с членами теневого кабинета, другими высокопоставленными партнерами и государственными деятелями [5] . Другой ее биограф - Льюис Рассел, занимавший видный пост в парт аппарате, с не меньшим знанием дела рассказывает о ее отношениях с партийными инстанциями различного уровня после занятия ею поста лидера [6] .

Если первые жизнеописания Тэтчер - это даже не столько биографии, сколько сборники воспоминаний и интервью, то появившиеся в конце 80-х годов биографии относятся уже больше к жанру исследований. В них также содержится богатый и оригинальный материал, почерпнутый, как правило, из заслуживающих доверие источников.

За "мемуарными" биографиями вскоре последовали и собственно воспоминания коллег Тэтчер по теневому кабинету и кабинету министров. Написанные большей частью людьми, которые с ее "помощью" один за другим лишались своих высоких постов и оказывались не у дел, эти воспоминания дают гораздо более широкий, нежели просто биографический, материал, позволяющий судить о ситуации в партийных и правительственных верхах на наиболее ответственных этапах деятельности Тэтчер, изменениях, внесенных ею в систему принятия высших политических решений.

Особое место в мемуарной литературе, естественно, занимают воспоминания самой Тэтчер, первый том которых был опубликован в 1993 г [7] . Сосредоточившись на рассказе о своей деятельности в качестве премьер-министра и отложив повествование о предшествующем периоде своей жизни на потом, Тэтчер представила подробно документированную собственную версию происходившего и тем самым внесла серьезный вклад в "тэтчероведение". Наибольший интерес, с точки зрения автора, представляют те страницы мемуаров, где бывший премьер описывает свои отношения с коллегами по кабинету, и в том числе - в период своей отставки.

Целый ряд книг, вышедших из-под пера оппонентов Тэтчер, относятся скорее к жанру собственно политической литературы, содержат более или менее открытую полемику с ней и ее сторонниками и потому интересны, прежде всего для изучения отношений, складывавшихся в верхах партии тори. Причем первые из этих книг были опубликованы еще в годы пребывания партии в оппозиции. В те же годы появляется и большое число публикаций "Тэтчеристского" направления. Поскольку в ходе противоборства этих направлений происходило само становление тэтчеризма, о них довольно подробно говорится в тексте книги.

К чисто документальной базе исследования относятся, прежде всего, материалы партийных конференций тори, программные и политические документы партии, многочисленные выступления Тэтчер и других видных консерваторов, социальная и электоральная статистика, данные опросов общественного мнения.

Особо следует остановиться на материалах британской прессы, причем не только и даже не столько как средоточии богатейшего фактического материала самого различного характера, сколько как на источнике, который в своей совокупности исключительно точно воспроизводит общественно-политическую и нравственную атмосферу, складывавшуюся в британском обществе. Будучи в течение трех десятков лет заинтересованным и регулярным читателем таких газет, как "Таймс", "Дейли телеграф", "Санди таймс", "Обсервер", "Гардиан", "Морнинг стар" и еженедельников "Экономист", "Нью стейтсмен", "Нью сосаяти", "Спектейтер", а также ряда "толстых", академических журналов, автор имел уникальную возможность не только постоянно пополнять свои знания о стране, но и испытывать своего рода эффект погружения в ее общественно-политическую жизнь. Наряду с эпизодическими научными командировками, две из которых (в 1978 и 1982 гг.) длились по три месяца, а также регулярными встречами с британскими учеными-обществоведами, парламентариями, партийными деятелями и представителями различных общественно-политических сил в Москве, такого рода "погружение" позволяло постоянно чувствовать себя едва ли не в центре событий. Естественно, что накопленные за все эти годы "досье" и дневниковые записи послужили одним из важнейших источников при написании книги, помогали воссоздавать общую панораму происходившего.

Как уже упомянуто, в течение последних полутора десятков лет я более или менее регулярно общался с представителями как научных, так и политических кругов, и это давало мне прекрасную возможность обсуждать с ними интересующие меня вопросы, получать необходимую информацию, брать интервью. Что касается этих последних, то в ходе посещений Великобритании, особенно в последние 8-10 лет, когда мой исследовательский интерес сосредоточился на консерватизме и неоконсерватизме, я пользовался любым случаем, чтобы встречаться с учеными, специализирующимися на изучении тэтчеризма, и с лицами, принимавшими непосредственное участие в его становлении. Наиболее ценными для меня были беседы с бывшим директором Центра политических исследований сэром Альфредом Шерманом, бывшим сотрудником Исследовательского отдела партии Джоном Ренелагом, теперешним заместителем директора этого центра Джулианом Льюисом и его сотрудниками.

Я хотел бы также особо отметить мои встречи с такими крупными исследователями современного консерватизма и тэтчеризма, как профессора Антони Кинг, Эндрю Гэмбл, Боб Джессоп, Кит Миддлмас, доктор Мартин Холмс, а также целым рядом ученых, специализирующихся на проблемах смешанного плана. Из этих последних я хотел бы прежде всего упомянуть профессоров Айвора Кру, Ричарда Роуза, Гиту Ионеску, Майкла Морана, Патрика Данливи, Джона Джонса, Алана Косона. Многие из названных (и не названных) выше исследователей были столь любезны, что регулярно снабжали меня материалами, документами и литературой, отсутствующими в наших библиотеках.

Пользуясь случаем, хотел бы выразить здесь мою искреннюю признательность всем им за оказанную помощь и содействие и, главное, за те исключительно важные для меня беседы, в ходе которых я имел возможность выявить и уточнить сущность их взглядов на тэтчеризм и высказать свои собственные суждения по этому поводу. Своего рода резюме этих суждений читатель найдет в заключении книги.

Я хотел бы также искренне поблагодарить участников нашего российского англоведческого сообщества из ИМЭМО, ряда других институтов Российской академии наук, кафедры новой и новейшей истории Московского университета, которые своими критическими замечаниями и советами помогали мне продвигаться от одной стадии работы над рукописью к другой и выйти на финишную прямую.

Как и любая другая профессия, профессия политического деятеля требует от претендента на нее помимо соответствующих личных качеств прохождения специальной подготовки, состоящей обычно из двух основных этапов - непосредственно ученичества и обретения необходимого практического опыта. Но ученичество в политике - это не только и даже не столько освоение "теории", сколько та же практика, но только скорее "самодеятельная", любительская. Неудивительно, что период "ученичества" для профессиональных политиков затягивается порой на многие годы и в большинстве случаев заканчивается уже тогда, когда претендент не только сложился как личность, но и успел получить ту или иную "неполитическую" профессию.

Этим, кстати, карьера профессионального политика существенным образом отличается от карьеры государственного служащего, в том числе и самого высокого, "политического" ранга. Зачисление на государственную службу происходит обычно сразу по получении необходимого образования, и уже в процессе ее прохождения в качестве штатного сотрудника государственный чиновник достигает тех или иных ступеней в должностной иерархии.

Сказанное выше вовсе не означает, что образование вообще не играет никакой роли в карьере "чистых" политиков. Недаром в США, да и во многих других странах, среди них необычно высок процент юристов, лиц с гуманитарным образованием. Однако при всем том характер и уровень образования - это лишь один из способствующих факторов, и не более.

Как и в других странах Запада, стадия политического профессионализма в Великобритании наступает обычно с момента избрания в парламент или же с занятием оплачиваемых выборных должностей в местном управлении (которых там сравнительно немного).

Продвижение на поприще профессионального политика зависит прежде всего от того, насколько успешно тот или иной деятель осваивает каждую из ступеней политической лестницы и, таким образом, накапливает опыт и знания, связи, уверенность в себе, необходимые для занятия высших политических постов и должностей. Однако лишь очень малая их часть прорывается в тот узкий круг влиятельных политиков, стоящих у самих истоков выработки и принятия важнейших политических решений. В Британии, как и в большинстве других стран Запада, - это члены кабинета министров, высшее руководство главных партий, "столпы" местной и региональной политики.