Чтение онлайн

Метафора вызвала у Мисоры приступ изжоги.

Однако, несмотря ни на что, Рюдзаки поверил в то, что четвертое убийство произойдет не когда-нибудь, а двадцать второго. Не полностью, поскольку его объяснение для конкретного случая оказалось лучшим, но теперь она все же могла немного расслабиться.

– Но, Мисора, - сказал Рюдзаки. – Еще кое-что.

– Да?

Это было уже второе кое-что.

Оно застало ее врасплох.

– Ваши выводы основываются на заключении, что убийца выбирает жертвы по принципу инициалов В. В.. Но ведь мы уже говорили, что вероятность инициалов Q. Q., а не В. В. все еще никуда не делась.

– А, да…

Если четвертой жертвой окажется лежащий лицом вниз ребенок с инициалами Q. Q., все их теории вылетят в трубу.

– Если это Q, а не В, тогда ваше предположение тонет. Вы, получается, высосали его из пальца, основываясь на ошибочной посылке. На совпадении.

– Совпадении… что число тринадцать выглядит, как В? Но это же очевидно, и Q сюда идеально вписывается…

– Да. Согласен. Я не верю, что здесь есть место совпадениям. Но ваша теория основана на полной картине. Создана постфактум. Я хотел бы знать, почему для ее построения вы выбрали В, а не Q?

– Ну…

Потому что L так сказал. Достаточно четко. "Убийца – В". Она по умолчанию знала. Но Рюдзаки же говорить нельзя. Она должна была сохранять в тайне свое сотрудничество с L, так что нужно было постоянно держать себя в руках, а язык за зубами, чтобы не сболтнуть ничего лишнего, каким бы долгим ни оказывался разговор.

– Я думала, с имеющимися у нас на данный момент тремя жертвами… среди которых два В против одной Q, В просто выглядит более вероятным… Я, конечно, рассматривала и Q, но не смогла найти никаких примеров, - попыталась вывернуться она … но осознала всю хлипкость оправданий, стоило только вылететь последнему слову.

И Рюдзаки, разумеется, не упустил возможности проехаться по ним туда-обратно.

– Так субъективно. И ни единого факта.

Хорошее настроение улетучилось. Она закусила губу. Все заключения строились только для того, чтобы прикрыть спину, обосновать готовый ответ L. За Мисорой стояло слово L, так что и умозаключения были, возможно, верны, однако это ничего не меняло.

– Убийца это Б.

– Что?

– Нет, в смысле, он так зациклен на букве "В". Возможно, сама эта зацикленность является частью сообщения, и инициалы убийцы тоже В. В..

– Или Q. Q.. Вы говорите, многие детали сходятся на В, однако, также вероятно, что мы проглядели ниточки, тянущиеся к Q..

– Да… видимо...

– Таким образом, я считаю, что В более вероятна, чем Q.. Более, чем на девяносто девять процентов, - заключил Рюдзаки.

В сущности, взяв назад все, сказанное за последнюю минуту.

– Есть неплохой шанс, что инициалы убийцы также на В.. Все жертвы – В. В.. И убийца тоже… это становится интересно.

– Интересно?

– Да. В любом случае, в следующий раз будьте осторожней, Мисора. Если вы соглашаетесь с чем-то, у вас должна быть весомая причина, чтобы согласиться. Если вы с чем-то не согласитесь, у вас должна быть весомая причина не соглашаться. Неважно, насколько стройная, но дедукция, основанная на заблуждении, означает только то, что убийцу вам не победить.

– Победить? Рюдзаки, разве это вопрос победы или поражения?

– Да, - сказал Рюдзаки.
– Вопрос.

Потому что это была дуэль.

L говорил, что пальцем не шевелил, пока на кону не оказывалось более десяти жертв или миллиона долларов. Единственными исключениями из правила были дела уровня L или те, в которые L втягивали личные мотивы. Дело Лос-анджелесского Серийных Убийств "ББ" сочетало в себе оба. Вряд ли необходимо озвучивать уровень сложности этой истории, так как L фактически боролся с собственной копией. Действующий глава Дома Вамми сообщил Квиллишу Вамми о пропавшем в мае В, Ватари передал это L, а тот с тех пор непрерывно искал В даже в процессе расследования других дел. В Доме Вамми его знали только как В – его настоящее имя, Бейонд Бесдэй, оставалось неизвестно, так что поиски были чем-то неосуществимым, но L наконец вышел на его след, когда началась резня. Благодаря этому L знал, кто убийца. Он искал не столько самого убийцу, сколько ответ на загадку. L ждал, ожидал вызова Бейонда Бесдея. L мог поднять любого служителя правопорядка по всему миру, однако в этом случае никого, кроме Мисоры Наоми, не просил о помощи… скорее всего именно потому. Не думаю, что L действительно придавал такое большое значение личной чести, но у каждого свой грешок за душой, и никто не хочет, чтобы его промахи становились достоянием общественности.

L был целью каждого в Доме Вамми.

Каждый из нас хотел превзойти его.

Переступить через него.

Наступить на него.

М хотел, N хотел и B хотел.

М претендент, N наследник.

B – преступник.

– Рюдзаки, нашли что-нибудь новое?

Теперь, когда они закрыли тему дат, Мисора взяла тайм-аут, спустилась на кухню, сделала пару чашек кофе с нормальным количеством сахара, разумеется, и с подносом отправилась обратно в комнату Бэкьярд Боттомслэш. Поднос занимал обе руки, что превратило открытие двери в занятие достаточно мудреное. Поскольку ручка располагалась на уровне талии, она немного переменила позу и подцепила край подноса пряжкой ремня, повернув ручку… и обнаружила раскинувшего конечности Рюдзаки навзничь лежащим посреди комнаты. Мисора застыла в дверях.

– Нашли… что-нибудь? – растерянно повторила Мисора.

Он не собирался делать мостик или оползать комнату, лежа на спине, нет ведь? Как в ужастике каком-то… Мисора нервно сглотнула. Однако, к ее величайшему облегчению, это было бы слишком странно даже для Рюдзаки. Но что он делал?

– Эм, Рюдзаки?

– Я труп.

– Э?

– Я труп. Не могу отвечать. Я мертв.

Она поняла. Слово "понимать" несло интонацию приятия, которой она искренне желала избежать, но стало ясно, что Рюдзаки принял ту же позу, что и третья жертва. Несмотря на то, что все его конечности оставались при нем, он довольно точно воспроизвел картину горькой кончины Бэкьярд Боттомслэш. С практической точки зрения Мисора не могла найти ни одной веской причины, объясняющей его поведение, но не в ее правилах было влезать в чужие дедуктивные методы. Особенно в его. Вместо этого Мисора лихорадочно решала, стоит ли ей перешагнуть или обойти Рюдзаки на пути к столу. Перешагивать не хотелось, но вариант обхода раздражал.

– Эм-м?..

И тогда она заметила. Наконец она заметила, что заметила что-то. Но что? Что-то зацепило взгляд… нет, раньше, в тот момент, когда она открыла дверь, и ее внимание было привлечено спектаклем Рюдзаки, разыгрывающего труп, - может, это? Нет… может, то, что она увидела бы в первую очередь, не развались Рюдзаки здесь? Если бы Рюдзаки не был препятствием на пути к столику… если бы его не было… тогда ничего. Совершенно обыкновенная комната, даже при таком количестве рюшей. Она слышала слабый запах крови. Единственным выбивающимся из обстановки предметом была дыра в стене… дыра?

"След от Вара Нинге?"

Просто дыра, ничего больше. А если бы там была не дыра, а кукла? Тогда первой вещью, привлекшей ее внимание, расположенной на линии взгляда, стали бы не останки Рюдзаки, а Вара Нинге… одна из кукол была приколочена точно в том месте. И все Вара Нинге располагались именно на этой высоте – примерно на уровне талии, если вы ростом с Мисору. Хотя расстояние до противоположной стены изменялось от комнаты к комнате, но на каждом месте преступления, стоило только открыть дверь…

Дыра.

– Извините, Рюдзаки.

Все с подносом в руках Мисора шагнула… нет, перешагнула Рюдзаки. По крайней мере, хотела. Но, слишком встревоженная, чтобы точно рассчитать точку приземления, она ступила на его живот. Ботинком. И, машинально пытаясь удержать и равновесие, и поднос, сделала единственное, что ей оставалось: целиком перенесла вес тела на пресс Рюдзаки.

– Гха! – сказал труп.

Неудивительно.

– И-извините!

Если бы она вдобавок еще и окатила его кофе, репутация Мисоры Наоми как секретарши была бы погублена навеки, но на этот раз дело не зашло так далеко. Занятия боевыми искусствами сослужили хорошую службу, в том числе и ее вестибулярному аппарату. Опустив поднос на столик, Мисора взяла папку с досье проверить, все ли верно запомнила.