Чтение онлайн

— Я не люблю ошейники, но этот надену, — пообещал Вик.

— Спасибо… — обхватив его за бедра и ягодицы она подтянула Вика к себе и поцеловала в нос.

В ответ он легко погладил ее по голове мерцающей кисточкой своего длинного хвоста.

— Эй, так нечестно, — рассмеялась Лина. — У меня две руки, а у тебя три.

— Видишь, ты уже смеешься. Хотя сегодня был очень нехороший день. — заметил Вик.

— Так поэтому я к тебе и пришла. Что бы я без тебя делала, а?

Она натянула сверху одеяло и закрыла себя и Вика с головой. Сегодня она никуда уже уходить из его комнатки не собиралась.

Голограмма сенатора Лайона Прайса скорчила недовольную физиономию, но все же согласно кивнула.

— Я созвонюсь с моими друзьями и единомышленниками в Сенате и передам им вашу просьбу. Эфир я вам предоставлю.

— Я постараюсь уложиться в сорок пять минут.

— В тридцать, Мериен, в тридцать. Не могу обещать больше тридцати минут простой голосвязи со студийной эмуляцией. И да, вы хоть понимаете, какое действие это произведет?

Мериен Грейт устало откинулась на спинку кресла в своей гостиной:

— Разумеется. На это и идет расчет.

— Вы понимаете, что в случае неудачи вы мало того что станете персоной нон-грата на Терре и Марсе, но вполне возможно, что найдутся горячие головы, готовые обвинить вас в измене человечеству?

— Прайс, если человечество не прислушается к тому, что я говорю, ему не стыдно будет и изменить.

— Это громкие слова, Мериен. Очень громкие. Но я дам вам шанс, так как сам не согласен с проводимой на Тиадаре политикой.

Гиперсвязь отключилась и теперь все было в руках бесстрастной судьбы.

Вик возвращался домой из шахт, когда заметил толпу людей и биодронов стоявших возле расставленных вдоль улиц Аббервила голоэкранов, по которым начиная с самого утра планетарного дня после взрывов крутились новости и данные по погибшими раненым в терактах, сообщались адреса больниц, контактные линии с полицейскими участками и Центральным Департаментом Расследований. Он подошел поближе и навострив уши прислушался. На экране, снизу которого бежала полоска обозначающая экстренный выпуск, появилась женщина-ведущая и ее первые же слова полностью выбили Вика из колеи, впрочем, не его одного.

— Как сообщалось ранее, новостью дня стала возможность потери людьми одной из своих колоний, находящейся на планете Тиадар. Сейчас Сенат Марса проводит экстренные консультации, вызванные заявлением бывшего генерального директора научного комплекса «Нантек» на Тиадаре, доктора наук Мериен Грейт. Согласно опубликованным сегодня данным, которые также распространены между членами Сената, колонизированная планета имеет собственное население, а потому колонизация противоречит пункту 16 статьи 101 галактического кодекса, воспрещающего более развитой расе колонизировать планеты имеющие иные разумные формы жизни, во избежание вмешательства в их жизнь.

— Разработанная нами ДНК, с помощью которой были созданы так называемые биодроны, существа, ныне находящиеся на Тиадаре в положении бесправных рабов, не было синтезировано. — Вик протиснулся сквозь толпу, вглядываясь в лицо говорившей женщины с длинными черными волосами и бледной кожей. — Мы выделили ее из ДНК коренных жителей Тиадара, практически не внеся изменений. Это означает, что официальные власти Тиадара используют в качестве андроидов разумных существ, обладающих сознанием, абстрактным мышлением и иными проявлениями разума, куда более совершенного чем наш. Вторая ДНК, соединенная с основной молекулой цепью рибосом не просто несет в себе дополнительный генный код, она модулирует их сознание, наследственную память и, как я предполагаю, свойства надфизического тела, скрытого в нервной системе этих существ, называвших себя шитвани. Нами обнаружены многочисленные доказательства их разумности и их высокого технологического уровня…

Вик затаив дыхание смотрел на объемные кадры полуразрушенных подземных храмов, застывших в невероятных фигурах срастающиеся и переплетающиеся искусственные арки, воздвигнутые вокруг гравитационных аномалий. Под каждым снимком ползли данные о месте и времени съемки. Уходившие своими корнями в туманные глубины, а вершинами в багровеющие разломы криовулканов искусственные горные пики, окруженные светящимися кристаллами поразили не только его воображение, но и напугали собравшихся вокруг людей.

— Как я полагаю, власти Тиадара должны немедленно изменить всю политику относительно биодронов-шитвани. — продолжала Грейт. — Подобное обращение с разумными существами преступно и наказуемо согласно общегалактическому Кодексу, вплоть до смертной казни.

— Скажите, как долго вы собирали эти данные? — спросила у Грейт ведущая.

— Около двадцати пяти земных лет. С момента создания первого биодрона. Мне, кстати, хочется добавить, что Сенату переданы также данные и об экспериментах над биодронами, что проводятся на Нефертисе и в лабораториях доктора Штайера. Они запрещены всеми междупланетными конвенциями и я надеюсь, что у Сената хватит влияния заставить некоторых людей ответить перед законом.

— Сейчас Сенат начинает консультации по этому вопросу. Возможно завтра соберется заседание по проблеме Тиадара. Скажите, о данной ситуации известно инопланетным правительствам, ведь они очень трепетно относятся к соблюдению Кодекса.

— Пока нет. Однако я передала копии всех данных своим коллегам на Зете Ретикули, Прелане, Анкарии и Трезоле. Если со мной что-нибудь случится, помимо неизбежного увольнения из «Нантек», все данные будут обнародованы и среди инопланетных правительств.

— …Мнения уже разделились. — прервав интервью сообщила ведущая. — Некоторые призывают власти немедленно санкционировать арест Мериен Грейт по обвинению в измене родине, другие, в особенности левые партии, призывают освободить население Тиадара и привлечь к ответственности всех, кто допустил подобное издевательство над инопланетной формой жизни. Напомню, что Тиадар самая дальняя колония Терранской Республики. При общем населении в семнадцать миллионов колонистов, около шестисот тысяч из них составляют те, кого люди называли «биодронами».

Вик оглянулся по сторонам, еще не до конца соображая что происходит. Зато кто-то соображал намного быстрее. На противоположной стороне улицы два человека из жилищного департамента следили за тем как несколько биодронов растаскивали сваленные возле небольшого подвала протонные аккумуляторы. Теперь упаковки батарей валялись прямо на дороге, а биодроны-шитвани удалялись в сторону Чистилища никак не реагируя на крики своих бывших хозяев.

— Код Н-7, слабая боль! — прокричал ближайший к Вику человек и тут же с воплем схватился за плечо, в которое попал брошенный одним из проходивших мимо биодронов камень.

Толпа людей подалась назад, стараясь отойти подальше от Вика и еще парочки шитвани, оказавшихся возле головизоров. Воистину, время для трансляции Мериен выбрала наиудачнейшее. Передачу с ее участием, позднее растиражированную по всем новостным лентам, увидели все, кто в конец рабочей смены возвращался по домам. И люди, и биодроны. И если на первых это произвело весьма странное ощущение, то вторые, пусть и со временем, но все же понимали смысл сказанного. Где-то люди по возможности старались разойтись по домам, но в районах напрямую прилегающих к Чистилищу началась форменная паника. Все усугубил моментально пришедший с самого верха, от Президента Ранда Морриса приказ — до окончательного решения Сената никаких враждебных действий по отношению к биодронам не применять. Отправляться в плазмокамеру в случае неправильной трактовки указов Сената не хотел никто.