Чтение онлайн

Говорится, что мирные дэваты исходят из сердца, а гневные — из головы. На мой взгляд, это утверждение не следует связывать с учением йоги, называемом «Змеиная Сила», и ее шести центрами, которое кратко изложено редактором во второй главе послесловия. По его мнению, тибетцы применяют эту йогу и преподают ее индийский вариант (но лично я не располагаю этими данными). Я считаю, что сердце и голова упомянуты здесь вовсе не как йогические центры, и, скорее всего, здесь подразумевается тот факт, что мирные божества являются отражением (как и сказано в тексте) чувства любви умершего, исходящего из его сердца.

Позволю себе сделать также замечание относительно использования мантр, о которых редактор рассказывает в третьей главе послесловия. Несомненно, тибетцы используют санскритские мантры, но так как мантры в тибетских книгах часто встречаются в очень искаженном виде, то отсюда следует, что тибетцы не придают большого значения звуковой стороне мантр. О соответствии их теоретических положений о мантpax индуистским я не берусь судить [22] . Индуистская теория, которую я попытался изложить в моих работах (например, в «Garland of Letters» — «Гирлянда из букв»), все еще до конца не изучена и остается, наверное, самой трудной из всех доктрин индуизма. Хотя в тибетском буддизме, возможно, практикуется Мантра-Садхана, она, по-видимому, будет отличаться от индуистской так же, как различаются эти две религии.

Приблизительно в пятнадцатый день происходит Переход в Третье Бардо, и, оказавшись там, умерший, если он еще не достиг Освобождения, испытывает желание родиться вновь. Видения его прошлой жизни теперь тускнеют, а его будущую жизнь предвещают знаки, отражающие зародившееся в нем желание начать эту жизнь.Комплекс души принимает цвет того лока, в котором ему предстоит, в зависимости от кармы, родиться — на небесах или в других лока. Если карма умершего ведет его в преисподнюю, он будет приговорен к этому наказанию на Суде и получит неразрушающееся тонкое тело, в котором он должен будет переносить ужасные муки. Но так как ни наказание в преисподней, ни награда на небесах не длятся вечно, умерший в конце концов возвращается на Землю, но только после искупления всех грехов страданиями в преисподней или по окончании срока пребывания в счастливых небесных сферах, которое умерший заслужил своей кармой. Если, однако, ему предназначено сразу родиться на Земле, он видит брачующихся мужчин и женщин. На этой последней ступени, ведущей к пробуждению для новой жизни, он, придя к осознанию того, что у него нет тела из плоти и крови, испытывает страстное желание его получить, чтобы снова наслаждаться жизнью на земном плане.

Психоаналитик найдет в этой книге интересные для него сведения, подтверждающие взгляды Фрейда. Здесь говорится, что, если умерший должен родиться существом мужского пола, он ощущает себя им и испытывает тогда сильную ненависть к отцу и любовь к матери, и, наоборот, если он должен родиться существом женского пола, чувствует любовь к отцу и ненависть к матери. Это старая буддийская истина. О ней сообщается и в других трактатах. Профессор Де ля Балле Пуссен приводит выдержку из одного такого источника: («Дух, охваченный желанием любить, направляется в уготованное ему место. Даже в большом удалении от него он видит с помощью зрения, открывшегося под воздействием этого желания, место своего рождения. Видя своих отца и мать в объятиях, он испытывает влечение к матери и ненависть к отцу, если должен родиться мужчиной, а если должен родиться женщиной, то испытывает влечение к отцу и ненависть к матери» (De la Vallee Poussin. Bouddhisme: Etudes et Materiaux, Abhidharmakosha, iii, 15, p. 25)) В цитируемой работе приводятся также интересные сведения об эмбрионе (см. также работу «La Theorie de douze causes» этого же автора).

Наконец наступает момент, когда умерший покидает мир сновидений Бардо и входит в утробу из плоти и крови, а затем, выйдя оттуда, снова начинает свою земную жизнь. Это то, что называется ______ или новым рождением в физическом теле, и именуется на санскрите ______, то есть существованием в мирах, в которых рождаются, умирают и снова рождаются (пунарутпатти). Ничего нет постоянного, все преходяще. Комплекс души не является точно таким, каким был мгновение назад, и так же, как тело, подвержен постоянному изменению. Это ряд последовательных (сантана) и вместе с тем различных состояний, длящихся всего лишь мгновение, причем между этими состояниями существует объединяющая связь, так как любое состояние в каждое данное мгновение является результатом изменений, происходивших во всех предыдущих состояниях, и источником всех будущих изменений, которые потенциально в нем заключены.

Описанный процесс не прекращается со смертью и происходит в скандхах (составляющих организма), отличающихся от оставленного физического тела, которое теперь изменяется другим путем. Но есть и различие в этом процессе до и после смерти. Посмертное состояние является всего лишь следствием кармы, накопленной в прошлой жизни, и не создает новой кармы, ибо карма создается только во время жизни в физическом теле. (Буддизм, индуизм и христианство сходятся в том, что судьба человека решается на Земле, но в вопросе о том, живет ли человек на Земле один раз или больше, христианство, как было уже сказано выше, придерживается отличного от буддизма и индуизма взгляда.) Нет перерыва (уччхеда) в сознании, но есть непрерывное изменение. Сознание в момент смерти является исходным состоянием, за которым следуют другие описанные выше состояния сознания. Карма затем порождает вполне определенное желание, или мысленное действие, и тогда происходит вхождение сознания в материнское лоно, из которого оно рождается снова в состоянии, которое является сознанием при рождении. То, что возвращается на Землю, не отличается радикальным образом от того, что покинуло Землю в прошлой жизни, ибо сознание при рождении есть следствие трансформации прежнего сознания и не имеет независимого существования.

Так образуется цепь рождений «флюидного комплекса души» (термин проф. Де ля Балле Пуссена), и этот ряд психических состояний продолжается с перерывами, во время которых происходит вхождение в материнскую утробу.

Как утверждает Де ля Балле Пуссен в своей другой работе — «Way to Nirvana», p. 85 («Путь к нирване»),— сознания, рождающиеся на небесах или в преисподней, создают сами для себя тело из бесформенного вещества. Поэтому рождение в этих мирах происходит сразу после смерти. Но воплощение в физическом теле представляет собой, как утверждают, отличный от этого процесс. Для зачатия и рождения необходимы соответствующие физические условия, которые могут отсутствовать в момент смерти. Говорят, что в этих и в ряде других случаев сознание в момент смерти не может сразу перейти в состояние, при котором происходит новое рождение. По мнению проф. Пуссена, этот трудный вопрос был разрешен теми школами, которые, признавая промежуточное существование (антарабхава), утверждают, что сознание сразу после смерти живет жизнью гандхарвы, продолжающейся семь или сорок девять дней (ср. с сорока девятью днями Бардо), и этот гандхарва создает из половых клеток эмбрион, как только у него появляется такая возможность. Эта теория, если мы ее правильно понимаем, является примитивным вариантом учения о Бардо. Все философские учения о карме включают положение о том, что непрерывное течение жизни не может быть приостановлено. Так как этот процесс не состоит из независимых состояний, «комплекс души» не может воплотиться, пока для этого не будут созданы соответствующие условия. Закон, определяющий воплощение существ,— тот же самый закон, который создает условия для него. Как подчеркивается в книге, тела пребывающих в преисподней и на небесах не состоят из грубой физической материи.

Д-р Эванс-Вентц снова поднимает вызывающий противоречивые мнения вопрос о переселении души человека в тела низших существ, в которое, как он отмечает, верят многие индуисты и буддисты. В этом трактате оно, по-видимому, также признается, но как экзотерическая доктрина. Хотя многие верят, что душа человека может постоянно жить в теле существа, низшего по отношению к человеку, так же, как в человеческом теле, эта вера есть, по-видимому, плод фантазии. Тело не может функционировать при таком несоответствии между ним и вселившейся в него душой. Суть учения, вероятно, состоит в том, что, поскольку человек эволюционировал через низшие формы (в индуизме упоминается 8 400 000 различных видов рождений, предшествовавших появлению человека) [23] , он также может спуститься вниз в те же самые низшие формы существования, из которых с таким трудом развилось человечество, если не воспользуется предоставленной ему возможностью совершенствования и будет преступать нравственные законы. Санскритский термин дурлабхам — «с трудом получаемое» — выражает мысль о трудности обретения человеческого тела. Однако, как поясняет д-р Эванс-Вентц, такое падение человека должно сопровождаться утратой человеческих качеств и поэтому может произойти только в течение длительных периодов эпохи творения.

Если ряд (сантана) состояний сознания определяется кармой прошлого, то как это согласуется со свободой выбора, существование которой подразумевается в тексте, ибо умершему неоднократно даются указания, что он должен и чего не должен делать? В каждом индивидууме, несомненно, действуют различные тенденции (санскара). Но это утверждение не может служить ответом на вопрос. Если созревшая карма определяет поступки, тогда советы бесполезны. Если же «душа» свободна и может выбирать, судьба не зависит от кармы. Индуизм учит, что, несмотря на влияние кармы, атма по своей природе свободна. Здесь напрашиваются два ответа на поставленный вопрос. В дополнение к тому, что будет сказано ниже, следует признать, что наставления, действуя как внушение, пробуждают в индивидууме какую-то одну из скрытых сил, побуждающую следовать этим наставлениям. Кроме того, в изложенном в книге учении допускается, что одна душа может помочь другой. Отсюда молитвы об умершем и передача ему другими своих заслуг, то есть исполнение ритуалов, аналогичных индуистской преташраддхе, католической заупокойной мессе и фатихе в исламе. Как утверждают, в этом и других случаях одна личность может влиять на другую как при жизни, так и после смерти, но не через обычные органы чувств, а иным способом. Не следует также забывать о влиянии коллективной кармы. Судьбу индивидуума определяет не только его собственная карма, но и карма общества, к которому он принадлежит. Само значение учения о перевоплощении представляет собой более обширный вопрос, но здесь он не может быть рассмотрен.

Еще много интересного можно найти в этой замечательной книге. Я предоставляю читателю возможность сделать это самому и закончу на этом мой обзор. Добавлю только несколько слов о том, как создавалась представленная здесь книга. Этой книге «повезло», потому что она хорошо переведена и отредактирована благодаря знанию предмета и интересу к нему редактора д-ра Эванса-Вентца. Ему, в свою очередь, повезло с Учителем — переводчиком этой книги, ныне покойным ламой Кази Дава-Самдупом (тиб. Zla-va-bsam hgrub). Я впервые познакомился с ним, когда он был главным переводчиком полномочного представителя Тибета при индийском правительстве — его превосходительства Лончен Сатры. Он также был введен в штат политических советников при Его Святейшестве Далай-Ламе во время его визита в Индию. Известие о неожиданной кончине ламы было встречено с большой скорбью. Он умер в Калькутте, где в то время в должности доцента преподавал в университете тибетский язык. Эти должности и другие (о них сообщает д-р Эванс-Вентц) в достаточной мере свидетельствуют о его прекрасном знании тибетского и английского языков. Здесь я могу еще добавить, что он знал и санскрит, и это помогало нам в наших беседах при обсуждении значений философских и религиозных терминов тибетского буддизма. Я могу говорить от себя лично о его достижениях, так как я много общался с ним, когда он готовил для меня перевод тибетской Шричакрасамбхара тантры, опубликованной затем в седьмом томе тантрийской серии — Tantrik Texts (Luzac & Co.). Зная этого выдающегося человека, я полностью согласен с мнением о нем д-ра Эванса-Вентца. Пусть их совместная работа принесет заслуженный успех и вдохновит д-ра Эванса-Вентца на опубликование других текстов из числа ему принадлежащих, о которых мне известно с его слов.

Оксфорд 3 октября 1925 г.

Джон Вудрофф

Жизнь с ее явлениями можно уподобить сновидению, фантому, пузырю, тени, блеску росы или вспышке молнии и представлять ее следует именно такой.

Слова Будды («Алмазная Сутра»)

Как вклад в учение о смерти, загробной жизни и перевоплощении то, что мы по-тибетски называем «Бардо Тхёдол» («Освобождение посредством слушания в посмертном состоянии») или «Тибетская книга мертвых» [25] , занимает особое место среди священных книг мира. Являясь кратким изложением главных учений буддизма Махаяны, она представляет огромную ценность как религиозно-философский и исторический памятник. Будучи трактатом, по существу основанным на оккультных разделах философии йоги (которые преподавались в качестве главнейших наук в знаменитом университете в Наланде — Оксфорде древней Индии), эта книга, вероятно, одна из самых значительных из числа переданных Западу. Как путеводитель мистического содержания для ушедших в другой мир с его многими иллюзиями и различными градациями, границы которого — смерть и рождение, она имеет большое сходство с «Египетской книгой мертвых», что наводит на мысль о возможности их происхождения из одного источника. Но пока мы доподлинно знаем, что зерно учений, которые здесь изложены для читающих по-английски, было сохранено для нас многими поколениями святых и мудрецов Тибета — этой богохранимой страны Снежных гор.