Чтение онлайн

Мы посмотрели на него как на сумасшедшего.

– Одна личность?! – воскликнул Виргус. – Ты с дуба рухнул? Как это может быть? Одна личность!

– Действительно, Фиш, – сказала я. – Если ты считаешь, что твоя теория реалистичнее, чем Виргуса…

– Смотрите, – сказал Фиш и принялся чертить щепкой по бетонному полу. – Первое, что говорит в пользу этого предположения – единство места. Мы живем в одном городе, ходим по одним улицам, наша память хранит события, произошедшие в Казани, а не в Ханты-мансийске или Сиднее. Так?

– Это ничего не значит, – сказал Виргус.

– Не торопись, – сказал Фиш. – В виртуальном мире мы тоже в одном пространстве, наблюдаем вокруг одно и то же. – Он выводил палочкой какие-то окружности, и хотя рисунок мне ни о чем не говорил, выглядел убедительно =). – Дальше – время. Нас в один день стало выбрасывать в Место. У нас одна дата рождения. И дата предполагаемой… – Он продолжал рисовать кружочки и стрелочки.

– А как ты объяснишь, – спросил Виргус, – что мы прожили разные жизни, и моя память хранит совершенно другие события, чем ваши с Элис?

– Не знаю. Пока не знаю. Возможно, игры разума. Насколько я понимаю, бессознательное может сотворить все что угодно.

– Одна личность… один человек. Ну и кто это конкретно? – Виргус посмотрел на Фиша.

– Да, кто? – Меня тоже разобрало любопытство.

Фиш помолчал.

– Мне представляется, что я. Но вы, разумеется, можете считать иначе.

– Вот так, значит, – насупился Виргус. – Ты настоящий, а мы, стало быть… кто? Твой ночной кошмар? Порождение белой горячки?

– Ну почему… Вы – мои так называемые «части личности», под которыми подразумевают психические процессы в коре головного…

– Сам ты психический процесс! – огрызнулся Виргус. – Ты кто такой вообще?

– Тише, Виргус, успокойся, – сказала я. – Фиш имеет право на собственное мнение. Вот еще пришло в голову… Может, мы находимся на сеансе гипноза и совместно галлюцинируем? Такие случаи описаны в литературе…

– Но неопровержимых свидетельств не имеют, – упрямо сказал Фиш. – Доказательств нет.

– Впрочем, как и у твоей теории, – добавила я не без ехидства.

– Аминь, – закончил Виргус и улыбнулся.

Он хоть и заводился с полуоборота, но быстро отходил, и вообще показался мне веселым и легким в общении человеком. Типичный холерик по диаграмме Вундта – легковозбудимый, эксцентричный, активный…

Фиш совсем другой – хладнокровный и закрытый флегматик, и его я, если честно, пока до конца еще…

Виргус развил идею массовой галлюцинации. Он предположил, что мы находимся под воздействием психотропных веществ и испытываем переживания сродни описанным Кастанедой. Потом он признался, что в реале лежит в психиатрическом диспансере, и мы (оправившись от легкого шока) некоторое время обсуждали тему шизофрении. А именно – феномен расщепления личности… «Да, но мы-то не в психушке», – наконец сказал Фиш, и тема завяла.

Словом, у нас рождались самые различные теории. Причем Виргуса сносило… как бы сказать… в мистическую, что ли, сторону. Фиш выдвигал более приземленные идеи, а я… Я немного запуталась.

Как профессиональный психолог я знаю насколько неизведанная область наше бессознательное. А как человек с жизненным опытом понимаю, что в этом мире может случиться все что угодно. Даже самое фантастическое. Но всему рано или поздно находится простое объяснение.

Если не всегда, то в большинстве случаев.

Когда наши мозги уже плавились от споров, Виргус встрепенулся.

– Слушайте, а про главное-то мы забыли. Слона-то мы и…

– Что? Ты о чем?

Виргус помассировал веки. Выглядел он неважно – лицо усталое, под глазами мешки, и еще на губе герпес.

– Сейчас бы пивка холодного. Интересно, можно ли усилием воли прифигачить сюда ящик пива? Или… – Он оживился. – Сделать так, чтобы за дверью оказалось нужное нам помещение? Ну, пивной бар, например?

Фиш поморщился.

– Ты что-то хотел сказать. Про слона.

– Не гони, скажу. Нет, правда, давайте попробуем – сконцентрируемся, возьмемся за руки и загадаем…

– За руки… – усмехнулся Фиш. – И произнесем волшебное заклинание.

– «Бирелья-турелья, буридакль-фуридакль…», – вспомнила я.

– «Край неба алеет, трава зеленеет», – подхватил Виргус.

– «Огненный бог Марранов», – сказал Фиш. – Мы даже одинаковые книги в детстве читали. Все один к одному…

– Знаете что? – Меня посетила мысль. – Попробуем перенестись в мое убежище! Там и бар есть, и посидеть можно с комфортом…

– Как ты думаешь это сделать? – спросил Фиш.

– Ну… не знаю. Может, как Виргус предложил? Найдем дверь, представим, что за ней мой дом, и…

.

– Уф-ф! – выдохнул Виргус, отпив одним глотком полбутылки «Миллера». – А у тебя здесь ничего, нарядно. Я в прошлый раз не успел толком…

Он развалился на моей оттоманке и чувствовал себя как дома. Фиш устроился в глубоком кожаном кресле. В одной руке он держал апельсиновый сок со льдом, другой рассеянно переставлял миниатюрные шахматные фигурки на журнальном столике.

Я с наслаждением сполоснулась под душем и присоединилась к ним.

– Давай, Виргус. Расскажи нам про слона, – сказал Фиш, когда я села.

Виргус откашлялся.

– За всеми разборками ху есть ху мы забыли о главном вопросе. Почему. Нас. Вообще… – он сделал драматическую паузу, – …выкидывает в Параллельный Мир. А?

Наступила тишина.

– Почему ты решил, что мы об этом забыли? – холодно спросил Фиш.

– Ты думал об этом? – спросила я. – И что?

– Гипотеза есть, но… – Он посмотрел на Виргуса. – Опять же – только предположение.

– Давай, старик, не томи, – сказал Виргус, закидывая длиннющие ноги на спинку дивана…

Но выслушать гипотезу Фиша у нас не получилось. Во всяком случае, в этот раз.

Сверху, со второго этажа раздались звуки. Кто-то шел по коридору – размеренно, неспешно, по-хозяйски.

«Как тогда, в ту ночь, – вспомнила я. – Когда мои клоны выходили из комнаты… выходили… выходили… а потом неприкаянно бродили по дому…»

По спине побежал холодок.

Мужчины насторожились.

– Ты вроде говорила, что здесь никого… – медленно проговорил Виргус.