Тигры и земляника
Шрифт:
По одной версии Советники это образы бессознательного. По второй они… ангелы-хранители. Да, есть и такое толкование – религиозное, и некоторые участники с ним согласились. (Училка, вот так, наверно, люди и приходят к вере?). По третьей… по третьей надо принять Советников как самодостаточную данность и не париться =)
Выхухоль
а я чем дальше, тем больше склоняюсь к ментальному полю
мы верим во всякую фигню – внеземные цивилизации или СПИД (хотя его отрицают лауреаты нобелевских премий!), а что люди связаны волнами – поверить не можем?!
на земле есть экологическая система, геологическая, химическая… хрен знает какая, должна быть и ментальная
я думаю так
Месье Буноff
У меня, если позволите, две версии. Первую я уже озвучил – мультиплеты.
Вторую я тоже высказывал ранее и хочу повториться. Возможно, Элис самовыражается в литературном творчестве. И сие вовсе не предосудительно – всякий находит отдушину в чем может. Добро, что Элис с нами, а не вышивает крестиком на дамских посиделках.
Училка
Месье Буноff, что вы имеете против женских посиделок? На них, между прочим, обсуждаются темы куда более серьезные, чем в гаражах или пивных. Семья, дети, здоровье, благополучие окружающего мира, наконец!
Месье Буноff
Умолкаю и ретируюсь. Женщина в гневе страшнее трех налоговых инспекторов.
Элис
Забыла сказать – когда мы выходили из ночного клуба, я заметила Демиурга. Он сидел за столом менеджера и разговаривал по телефону.
Фиш. Созвездие Южного креста
Осталось 187 дней.
В памяти всплывает мозаика лиц. Калейдоскоп событий. Обрывки разговоров.
– …Про нелогичность понятно, – говорит Элис, – ее мы наблюдали не раз. Про неконтролируемость ясно с первого дня. А что с нелинейностью?
Мы в Тайном доме Элис. Пьем чай с айвовым вареньем. За окном зима.
– Сразу видно, что ты фантастикой не увлекаешься, – говорит Виргус, наливая чай в блюдце. – Время бывает нелинейным и пространство тоже. Время движется рывками, перескакивает, возвращается назад. Пространство не подчиняется законам физики – расстояние сокращается либо увеличивается…
– Элис, дай, пожалуйста, карандаш и бумагу. Да, любую. – Я ставлю на листе две точки: вверху и внизу. – Кратчайшее расстояние между ними – прямая, верно? – Провожу черту, соединяя точки. – Сколько здесь в сантиметрах?
– Где-то… – Элис прищуривается. – Примерно пятнадцать.
– Это в линейном измерении. А если лист сложить… – Я перегибаю бумагу пополам, точки накладываются друг на друга. – Тогда расстояние сокращается практически до нуля.
– Понятно. И что это нам дает?..
Сквозь прозрачную тюль видно как на улице падает снег. Медленно, тихо, огромными пушистыми хлопьями.
…
– Ну зачем вы так, – говорит Элис. – Каждый борется как может!
Бредем по полю, заросшему короткой жесткой травой. Воздух теплый и влажный, лиловые облака клонятся к земле.
– Черт! – ругается Виргус, наступив на тушку. Поле усеяно ими – застывшими, костлявыми, с обкусанными лапами.
– М-да… – говорит Виргус. – Прямо воины, падшие на поле брани.
– Я бы усомнился в их бойцовских качествах, – говорю я.
Нога едва не застревает в заброшенной норе.
– Они окочурились не от голода, Элис, – говорит Виргус. – Кролики умерли от трусости.
– Зачем вы так… – Она чуть не плачет. – Зачем вы…
Издалека доносятся раскаты грома.
…
Вечер, столик летнего кафе. Рядом под желтыми шарами фонарей прогуливаются парочки. Чужая речь, вывески на французском.
– События в Параллельном Мире – обычные глюки, – говорит Виргус.
– Да, но глюки, рожденные в твоей или наших головах, – отвечает Элис.
– И что?
– А то, что они имеют отношение к действительности. Зазеркалье – отражение реального мира, и меняя что-то здесь, ты меняешь и…
Все есть система.
То, о чем ты думаешь, думает тебя. То, что ты делаешь, делает тебя. То, из-за чего переживаешь, переживает тебя.
– То есть, если я в Параллельном Мире нарублю кучу бабла, они возникнут и в реале?
– Не так прямо, – говорит Элис. – У тебя появится вера, что ты способен преуспеть…
– Нет, господа, я не согласен, – Виргус откидывается на спинку стула. – Мне нужны реальные бабки, а не рассуждения в стиле «у тебя есть вера и потенциал, который ты можешь конвертировать…» Я протестую, ваша честь, это профанация!
Из-за соседних столиков оборачиваются…
…
– Есть дзенская история, – говорит Виргус. – Монах возвращался в свой монастырь, и на него напал тигр. Чувак, чтобы спастись, бросился в пропасть. Но! – Виргус поднимает указательный палец. – Успел схватиться за виноградную лозу.
– Ловкий парень, – замечает Элис.
– Очень. Монах смотрит вниз – на дне ущелья второй тигр. Ну, они охотились по-умному – один жертву загоняет, второй поджидает внизу. Бедняга монах чувствует, что виноградная лоза уже рвется. И тут замечает перед носом землянику, растущую на склоне. Спелую такую, красную, сочную…
– У меня потекли слюнки, – говорит Элис.
– У монаха тоже. Короче, он срывает ягоду и кладет в рот. И думает: «Какая же она вкусная и сладкая!»
Виргус садится на придорожный камень и достает сигареты. Закуривает.
– Интересно, – говорит Элис.
– Зачем он это сделал? – спрашиваю я. Виргус начинает оживленно объяснять… затем умолкает. Смотрит на меня.
– Что-то у тебя в голове сломалось, старик…
Может, он и прав.
…
– Я пробил ваши адреса.
– И что?
– Вы там не живете.
Молчание.
– Уточняю. В моей реальности, в моей Казани вас нет.
Молчание.
Молчание.
– Я тоже узнавала.
– И?..
Вздох.
– Тоже.
– Ну вот.
– А я ничего не проверял, чуваки. Мне по барабану где вы есть, хоть в созвездии Южного креста…
…
– Слушай, Фиш, мне Ботан книжку подогнал… Любопытное, между прочим, сочинение. Автор – Роберт де… Блин, Роберт какой-то. Пишет про игры.
– Де Ропп.