Чтение онлайн

Утро начинается с рассвета, а вернее со света, что виднеется с улицы от высокого фонаря. Солнце здесь встает редко, и приходится довольствоваться тем, что есть. Фонарь. Его теплым светом, что теперь заменяет мне солнце. На стене, куда попадают редкие блики, сейчас играет свет от изумруда на кольце Лоры. Переливы от цвета весенней травы до самого настоящего болото. Стоит ей наклонить руку по-другому, как это сияние меняется в своем рисунке, и я снова проваливаюсь в сон, где мне было шесть лет, и я сижу у берега речки, где однажды, я чуть не утонула. Капли выступающего пота, и я резко поднимаю торс с постели, в нервных судорогах сжимая края тонкого одеяла, и тяжело дышу.

Это продолжается уже несколько ночей подряд. Не могу понять, что заставляет бояться. Не понимаю, почему мне так и кажется, что смерть дышит мне в затылок. Мне неподдельно страшно, но Лора всегда рядом. Она старается вовремя прижать меня к груди, и от ее медленных поглаживаний по голове я все же успокаиваюсь. Это похоже на лихорадку, но только душевную. Три дня назад я узнала, что, то пристанище, куда приходили немецкие офицеры, чтобы получить мое тело, было сожжено. Мне жаль Отто. Ведь после того, как осведомленные его деятельностью солдаты, нанесли ему побои, он больше не сможет встать на ноги, а, следовательно, станет кому-то очень тяжелой обузой. Ношей, которую согласятся нести на себе лишь единицы, но не это важно. Я услышала из разговоров Лоры, что девушки, которые работали у Отто пали смертью, как и клиенты, что находились в притоне. Да и опять же, не это важно, а то, что их никто не узнал бы из-за нанесенного уродства.

А еще, я боюсь. Чувства, которые мне были раньше неизвестны, сейчас становятся человечными. Если бы Лора тогда меня не купила, то сейчас я давно отправилась бы на тот свет, где меня ждала бы настоящая неизвестность, а сейчас? Мне нужно целовать пятки той, что однажды за меня вступилась, или чувства проститутки все же могут иметь какую-то ценность? Ах, я тут уже пятнадцатый день. Кто-то подумает, что мой образ жизни сейчас комфортный, но только он стал таким лишь спустя две недели…

*Из воспоминаний Ники

День первый.

*Утро.

Я открываю глаза и не понимаю, где нахожусь. Это не похоже на нашу с девочками общую спальню, да и на лагерь офицеров тоже. Прижимая простынь к груди, я медленно приподымаюсь с постели, но понимаю, что мешают лишние ткани. Так…одетая. Что происходит? Где я? Что было вчера? «Лора»-раздался где-то снизу женский голос.

— Лора… — повторила снова я. — Лора…

Лора, и по щеке бежит слеза. Я вспоминаю ее грубое прикосновение, и самый нежный взгляд, что когда-либо касался меня. Я вспоминаю, как она за несколько часов до оценивала меня, словно самый мерзкий торговец, а через несколько часов после помогала справится с обычным мытье волос. Это, как кнут и пряник. Словно строгий воспитатель, словно нежный надзиратель. «Лора»-послышался снова женский голос, и аккуратно приоткрыв дверь, я робко выглянула в коридор, где своим вальяжным шагом, как я уже говорила «Надзиратель» из стороны в сторону расхаживала Лора. Скрип старой двери привлек ее внимание, и она повернулась ко мне. Шуганье. Я резко закрыла за собой дверь, и сердце в моей груди готово было выпрыгнуть. Как-то мне не по себе. Что я здесь делаю? «ЛОРА, быстрее сюда!»-кричал детский голосок, и только тогда женщина быстрым шагом направилась вниз, а я смогла побороть нотки страха, и выйти из спальни.

Спускаясь по лестнице, я ожидала увидеть некое подобие того места, где я была, когда работала у Отто, и почти поверила, что так оно и есть. В большой гостиной происходила потасовка между двумя взрослыми женщинами, и я подумала, что это проститутки, которые не поделили клиентов, или что-то такое. Лора медленно выкуривала сигарету, а с левой стороны ее обнимала низкорослая девчонка моих лет, которая плакала, просила остановиться двух дерущихся женщин, но те словно ничего не слышали. В одной из дерущихся я приметила Агне. Странно, почему я запомнила ее имя? Разбивая свои руки в кровь, она плакала, но не могла остановится, и только тогда, когда ее партнерша по бою достала небольшой нож, Лора несколько встрепенулась, но выдохнув в сторону дым, лишь хрипло произнесла.

— Мелиса, убери нож. — проговорила спокойно Лора. — Мелиса, положи свой нож на стол, и отойди.

— Почему, Лора, я должна уступить? Агне давно пора отрезать ее жало! — женщина фыркнула, но нож спокойно передала Лоре. — я тебя не понимаю, за что ты терпишь ее присутствие здесь?

— Это мое дело, и все, что я прошу от вас всех — сохранить спокойствие, здравый смысл и постараться не перегрызть друг другу глотки, как стая подлых шакалов, но глядя на все происходящее, финал у вас неутешительный. Если не наши противники отправят нас на тот свет, то вы обе с удовольствием сделаете это сами.

— Но… — Агне нахмурилась, и была перебита.

— А ты, — Лора сделала вторую затяжку. — вообще закрой свой рот. После вчерашнего, я вообще видеть тебя не хочу.

— Вот и дрессируй свою новую собачонку, — Агне посмотрела на меня. — да только меня ты больше не увидишь! — девушка вышла из комнаты, а спустя десять минут хлопнула входной дверью.

— Полагаю, теперь все могут заняться своими делами. — Лора облизнулась, — а ты, — она посмотрела на меня. — пойдешь со мной. Мелиса, приготовь, пожалуйста, свой фирменный завтрак.

— Лора, а я? А что делать мне? — затараторила низкорослая девчонка.

— Ора, — Лора нежно коснулась щеки собеседницы. — девочка моя, накрой на стол.

*Время Водных процедур.

По щелчку ее пальцев я подготовила ванную полную горячей воды, и должна была сесть в нее. Какой это труд, преодолеть себя, раздеться. Лора никуда не торопилась, но за время, пока я обнажалась перед ней вода остыла, и пришлось снова набирать горячую, но только ждать совершенно голой пока эта ладья наполниться вновь, оказалось ужасно трудно. Лора разделась, и вошла первой в воду, а затем, приказала мне сесть за ее спиной. Что меня ждет? Я даже догадаться не могла. Горячая вода сковала всю меня по икрам, и мелкая россыпь мурашек пробиралось от ног к горлу, заставляя всю сжиматься от огненного ощущения, словно горишь на костре. Медленно, но я все же смогла сесть за спиной Лоры, после чего получила указание натереть ей спину, но не руками, а своим телом. Грудью. Взяв в руки мыло, я несколько секунд держала его в воде, а после, обмазала им грудь. Робко прижимаясь к ее гладкой спине, я почувствовала странное покалывание ореолов. Это так странно. Чем дольше я терлась своей нежной кожей по спине Лоры, тем тверже становились соски. Это очень странно. Сбилось дыхание. Становится робким, дрожащим, частым. Со мной такое уже было, когда один офицер двигал членом между моей груди, чтобы выплеснуть липкое семя на шею, подбородок. Тогда моя грудь среагировала так же. Горячие струйки воды смывали мыльные разводы с тел, но, когда Лора решила, что хватит, она резко включила ледяной, водный шквал, и я подпрыгнула на месте.

— Закаляет характер. — улыбнулась она вытирая длинные ноги мягким полотенцем.

Огнем горит ее взгляд, но этот пожар словно что-то постоянно тушит. Лора надела брюки, и заправив белую майку, она просто села на стул, продолжая наблюдать, как я смываю пену. Стараясь не смотреть на нее, мне все же удалось разглядеть, как сквозь плотную ткань выпирают крупные соски на ее плоской груди. Меня затрясло от смущения. Это так странно. Почему меня заставляет это смущаться? Я выключила воду, и Лора встала со стула, одним резким движением, она подвинула ногой стул к ванной, и взяв чистое полотенце, Лора протянула мне руку. Сердцем понимаю, что она мне не враг, но почему тогда так щемит в груди от страха?

Обхватив мягким полотенцем щиколотки, поднимаясь выше к коленям, бедрам, она собирала капли воды тканью, и посмотрев на меня, Лора плавно развела мои бедра чуть в сторону, и я почувствовала промежностью ощущение скользящих движений. Медленно вверх, грубо, проникновенно вниз раздвигая лепестки бутона. Я старалась не показывать, что во мне эти движения пробуждают странные чувства. Живот, бока, и вот ее ладони на уровне груди. Сжимая ладонью с полотенцем налитые формы, она как-то своеобразно облизнулась. Всем нутром ощущая, как все чувственно отзывается на ее прикосновения, я хотела плакать от этой унижающей меня ситуации. Сама не своя, что со мной происходит? Лора склонилась к отвердевшим соскам, и ее острый язык обвел мокрым кругом его формы, а губы сжали в сладком поцелуе, заставив меня крепко сжать ее плечи, и выгнуть спину, словно от языка пламени, какие ласкали в средневековье ведьм.

*Время одеваться.

Лора привела меня в свою спальню, где на кровати лежало платье горничной, чулки, и белый чепчик. В ее комнате стоит ваза с невинно-белоснежными цветами. Это было так символично. Несколько почерневших лепестков лежали на тумбочке, и только один из пяти цветов совсем недавно расцвел. Она аккуратно подвела меня к кровати, и приказала сесть. Я не могла представить, что будет дальше, но, как только Лора опустилась на колени, меня затрясло. Ее нежные ладони развели мои ноги в стороны, а после, она аккуратно взяла своими руками мою левую ступню, и поставила на свое колено. Нейлоновый чулки закатав на своих пальцах до формы пальчиков ног, она плавно надела их чуть выше колен, а дальше… а дальше заставила меня испытывать стыд. Губами натягивая прилипающую к коже ткань, Лора хищно прищуривалась, но, как только чулки плотно были надеты мне на ноги, она не успокоилась. Я встала. Лора выдвинула нижний ящик своего комода, где лежали огромного количество нижнего белья. Она достала прозрачные, черные трусики с кружевной оборкой, и помогла мне их надеть. Дальше становилось дурно мне. Поддерживающий поясок, которые Лора так нежно закрепляла на мне, заставляя чувствовать свое низкое положение. Я слышала про таких женщин, какой сейчас она пытается из меня сделать. О таких ходило много слухов, сплетен, но почему в эту роль попала я? Мне так страшно.