Чтение онлайн

— Нора, а могу кое-что спросить личное? — Я впервые подумала о том, что в моем распоряжении имеется драконица, которая встретила истинную пару. Так почему бы не узнать подробности?

— Что именно ты хочешь узнать, Тефра? — Брюнетка посмотрела настороженно, будто сейчас у нее будут пытаться выведать военные планы. Я знала, что она с грассом Дасосом общается довольно часто. Он держит ее на расстоянии, но сам несомненно тает под взглядом любимой.

— Как ты поняла, что он тот самый? В моей голове не укладывается понятие истинной пары. Что значит драконы выбирают за нас? А если я не хочу? И как вторая сущность выбирает? По запаху? Что если я не буду согласна с так называемой истинной парой? — Море вопросов вырвались со стоном. Похоже я явно думала об этом больше, чем признавалась самой себе.

— Ого! Тебе кто-то нравится? — Регина с беспокойством посмотрела, а мне нечего было сказать. Ведь как можно что-то поведать, если сам в ни в чем не уверен?

— Регина, дай Норе ответить, всегда было интересно, как это происходит у вас, — Рина с огнем в глазах уставилась на брюнетку, я последовала ее примеру.

— Ну если так надо… — Девушка покраснела и подняла глаза к потолку, будто искала там ответы.

— Надо, очень надо! Видишь как Тефру проняло, значит там все серьезно, — эльфийка высказала общую мысль и замолчала.

— Это произошло в первый день нашей тренировки, — спустя несколько минут начала рассказывать подруга. — Помните я выступила против?

— Да, ты тогда была наша общая героиня, — произнесла я, — хотя и сейчас такой остаешься, — улыбнувшись, сказала девушке.

— Он такой грозный был, — вздохнула она. — Вы побежали, а я осталась рядом. Заглянула в глаза его и утонула. Знаете, там была такая боль, нежелание верить, быть счастливым. Он наказывал себя снова и снова. А все внутри меня просто перевернулось. Что говорил Фаунт не слышала, так испугалась… — Одинокая слеза скатилась по щеке Норы. — Мне стало очень страшно, девочки, я рванула от него, от себя, от чувств. Бежала и думала лишь о том, что ошиблась.

— Получается ты была не рада? — Регина смотрела на подругу детства и не знала как реагировать, впрочем, как и все мы.

— Я не понимала, — покачав головой, ответила ей Нора. — Тефра, запах и прочее тут не при чем. Между двумя будто мостик прокладывается. Вторая сущность не мешает, она наоборот подталкивает, показывает истину. Ведь если посмотреть по факту, то мы влюбляемся не во внешность или другой атрибут. Мы влюбляемся в душу.

— Да, но вокруг столько драконов, людей, эльфов…уйма рас! И у каждого есть душа! Своя, особенная, неповторимая, — я не понимала и не могла принять того, что говорила брюнетка.

— Ты права, только… Хм… Когда встречаешь того самого, то ваши души начинают петь рядом. Вы чувствуете друг друга, ощущаете эмоции. Где-то внутри играет музыка. Драконы умеют открываться, а наша человеческая часть более прагматичная. Но не ты ли недавно сказала главную фразу? Надо быть честным с самим собой. У драконов есть понятие истинных пар, потому что обманывать себя мы можем, но вторая сущность не даст ошибиться. Между двумя либо есть особенная связь на уровне выше, чем можно представить, либо нет. — Наверное, мое лицо выражало скептицизм, раз она сказала, — Прости, более понятно не смогу объяснить.

— Что ж, и на этом спасибо, — сказала вздохнув. — Хотя по моим ощущениям, как-то всё романтизировано.

— Так кто он, Тефра? — Рина ждала ответа, а я растерялась.

— Не знаю, не уверена… Их двое, — сказала и зажмурилась. Одно дело самой себе мозг полоскать любвеобильностью, другое дело рассказать кому-то. И ведь главное недавно совсем ворчала, что драконам надо хвосты держать при себе, а сама разошлась вон как!

— Как это двое? — Не поняла Регина.

— Вот так.

— И кто они? Где ты вообще успела сблизиться сразу с двумя? Неужели один из них принц? — Блондинка уставилась на меня с любопытством.

— О, боги, Регина, ты вообще о ком-то кроме принца можешь думать? — Я с недовольством посмотрела на подругу и выпучила глаза, когда та покраснела как мак. — Только не говори, что он и есть твоя пара!

— Не буду, — легко согласилась она.

— Регина! — Возмущённо уставилась на подругу.

— Ты сама попросила молчать!

— Почему ты ничего не говорила? — Вскочив с дивана, закричала я. — Именно тебе тогда надо было пойти с ним разговаривать! Что вообще в твоей голове происходит?

— Да потому, что моя связь проявилась почти двадцать лет назад, а он ничего не почувствовал! — Подруга тоже встала и кричала в ответ.

— Но… — Я растерялась, ведь получается, что близкий мне человек страдает уже столько времени, но даже поделиться ни с кем не может. — Тетя знает? — Не верилось, что блондинка носила этот груз на душе в одиночку.

— Догадывается, — прошептала девушка и обессиленная упала на диван.

— Почему ты мне не сказала? — Рина спросила спокойно, но в голосе слышалась обида.

— Потому что никто не должен был знать. Я ошиблась, уверена, это просто ошибка, — Регина покачала головой, и слезы бесшумно покатились по щекам.

— Хочешь, я вновь проберусь в сад и откручу нос принцу, а не элитным бойцам его охраны?

— Не надо, ему будет больно, — тихо произнесла драконица-альбинос, но при этом легонько улыбнулась, что внушило надежду на счастливое будущее.

— Что ты планируешь? — Нора задала вопрос, который мучил каждую из нас.

— Просто жить, если он выберет не меня, не почувствует… то не страшно, девочки. Я буду свободна, поеду путешествовать, воплощать мечты.

— А как же бороться за любовь? — Брюнетка обретя свое счастье, не могла понять, как это возможно отказаться от такого, хотя совсем недавно сама была в похожей ситуации.

— Чтобы от чего-то отказаться, надо сначала это получить, — фыркнула несчастная. — И я не поняла, кто-то решил соскочить с темы? Тефра? Кто эти двое счастливчиков?

— Давайте не будем об этом? — Я закрыла глаза и сделала вид, что меня нет.

— Раз уж нас вечер откровений, то выкладывай, — непреклонно сказала Рина.

— Ты сама вообще ничем не делишься! Ууууууу, какая! — Сердито посмотрела на подругу-служанку-охранницу.

— Да будь что, я бы сразу рассказала. Но я, как нянька, слежу за вами, охраняю, забочусь, сладости вам таскаю! Неблагодарные, — сказала с обидой девушка, встала и отвернулась.

— Ладно-ладно, будем считать, что ты вне этой странной игры "признайся в страшном", — и я подняла руки в знак капитуляции. Вкусненькое — это святое.

Рина повернулась, увидела мой жест, согласно кивнув, вернулась к нам на диван: