Чтение онлайн

Он все еще молчал, а Майя поднялась на цыпочки и легонько поцеловала его в губы. Ей было страшно. Было страшно, что Тимур сейчас разозлиться на нее и уйдет. Что скажет – ты меня таким, как есть, выбрала, зачем теперь переделываешь. И будет даже прав.

Только она по-другому тоже не сможет. Если она увидит подобное еще раз – ее точно разорвет на части. Она просто потеряется в собственном ужасе, который никогда не сможет забыть.

Но Осипов не стал говорить ничего подобного.

Он обнял ее за талию и ответил на поцелуй. А потом отстранился и тихо сказал:

– Я понял. Прости.

У Майи перехватило дыхание. Даже если бы он сейчас начал резко признаваться в любви и клясться в вечной верности – вряд ли у нее было бы внутри больше нежности, чем от этого искреннего «я понял». Майя чувствовала, как изнутри ее наполняет жар. Грудь Тимура тяжело вздымалась, но он смотрел на нее так горячо и в то же время ласково, что в животе сворачивался тугой обжигающий узел.

Щелкнул чайник, но никто из них не двинулся с места. Майя закусила губу, опустила глаза и уставилась на кадык на шее Осипова. Его горячие ладони едва заметно двигались, и девушка не сразу поняла, как они оказались уже у нее под футболкой. Голую кожу талии словно обжигали угли.

Руки Тимура замерли, а Майе очень хотелось бы, чтобы они продолжили двигаться.

Она снова подняла голову и поцеловала его. С еще большим, жадным напором.

А он так же жадно отвечал ей. Они много целовались за последние недели, но такого между ними прежде не было. Словно упала какая-то невидимая стена – последнее смущение и страх.

– Майя... – выдохнул ей в губы Тимур через несколько долгих минут.

Девушка отстранилась и только сейчас осознала, что парень уже давно усадил ее на стол и стоял между ее ног.

Она не смогла выдержать его взгляд дольше секунды и опустила глаза.

– Марта сегодня до ночи на тренировке, - тихо сказала она. – решила вернуться в спорт, чтобы подготовиться к экзаменам.

– Ты сейчас на что-то намекаешь? – прошептал Осипов.

Майя покраснела, но ничего не сказала. Тогда он чуть приподнял ее подбородок пальцами и еще раз спросил:

– Я тебя правильно понял?

Она подняла на него взгляд и кивнула.

Глава 50. Майя

За окном шумел вечерний город, где-то далеко проехала машина и на кого-то раздраженно загудела, в соседней комнате чуть слышно тикали часы, а здесь, на старом диване в полутемной комнате, время будто остановилось. Остались только их руки, дыхание, поцелуи, дрожь, мягкий шелест ткани, его лоб у ее лба, ее пальцы на его плечах и горячее, обжигающее настоящее.

А потом свет за окном окончательно потемнел. Ночь очень бережно закрыла их близость от всего остального мира.

Они так и не включили свет, поэтому сейчас только лампа в коридоре оставляла в комнате теплую полоску, да светил сквозь тюль уличный фонарь.

Майя лежала, уткнувшись лицом Тимуру в плечо, и все еще не до конца верила, что все это правда произошло. Живот немного тянуло, но было уже почти не больно. Парень был с ней невероятно нежен. Ей не хотелось спрашивать, был ли у него опыт раньше, но она видела, как уверенно он вел себя. Только сбивался иногда и постоянно спрашивал, как она себя чувствует.

А она чувствовала себя невероятно. Наверное, если бы ее попросили рассказать вслух – она бы не смогла передать. Даже с ее любовью к чтению, она бы не нашла слов, чтобы описать внутри себя то тепло и ту нежность, которую она испытывала.

Ей даже почти не было неловко. Вернее, она так думала, пока лежала, уткнувшись в Тимура носом. Но как только подняла голову и поймала его внимательный взгляд, неловкость тут же обрушилась на нее, поэтому она быстро спрятала лицо у него на плече снова.

Рука парня медленно гладила ее по обнаженной спине, пальцы иногда лениво перебирали волосы у затылка, а губы то и дело спускались и касались то мочки уха, то шеи.

– Как ты?

– Хорошо, - глухо ответила она и несмело оставила поцелуй у него на груди. – Я очень хорошо…

Потом Майя вдруг спросила:

– Тимур, скажи. А тебе не страшно?

Осипов нахмурился.

– В каком смысле?

– Просто… Когда чувствуешь себя счастливой, кажется, что дальше будет что-то страшное. Мне интересно, тебе не страшно? За будущее?

Он некоторое время молчал. За окном ветер шевельнул ветку, и тень от нее скользнула по стеклу.

– Страшно, - сказал он наконец. – Мне за отца каждый день страшно. И за мать. Я иногда смотрю на нее и думаю, что с ней будет, если его не станет? Страшно, что я не вывезу все это, что мне не хватит денег или сил. Страшно, что могу не пройти на бюджет и потерять будущее. Страшно, что я не справлюсь с гневом и всех вокруг подставлю, - он посмотрел на нее и едва заметно грустно улыбнулся, - страшно, что тебя могу потерять. Что не смогу защитить. Мне много из-за чего страшно, Майя.

Девушка слушала, затаив дыхание. Он редко говорил вот так прямо, и эта искренность казалась ей настоящим признанием.

– Но больше всего мне страшно, - сказал он тише, - что я буду продолжать бояться и из-за этого отступлюсь и сдамся.

Майя смотрела на него так долго, что он уже хотел отвернуться, но она не дала. Протянула руку и погладила его по щеке.

– Ты потрясающий, - прошептала она, - И ты имеешь права бояться. Если… Если я с чем-то смогу тебе помочь, прошу тебя – не скрывай от меня ничего.

Они оба улыбнулись.

Потом Майя легла ближе, так, что их ноги переплелись, руки тоже, и между ними почти не осталось расстояния.

Они еще долго говорили о родителях, о друзьях, о школе и детстве. Рассуждали о выпускном и одноклассниках. О будущем.

В какой-то момент телефон на подоконнике завибрировал.

Майя отстранилась, прикрылась одеялом и потянулась за ним. Свет экрана ослепил, а по плечам пробежался холод.

– Марта будет через полчаса. – улыбнулась она и обернулась на Тимура.