Тишина за дверью
Шрифт:
Майя вздрогнула и быстро закрыла глаза. Ее руки машинально поднялись и легли на его торс. Губы Осипова были удивительно мягкими. А еще и очень нежными. Тимур целовал ее сначала осторожно, словно спрашивал – можно ли идти дальше? Не испугается ли? Потом его руки скользнули ей на спину, обняли, прижали к его телу так крепко и бережно одновременно, что у Майи защипало в глазах.
От него исходило тепло. И дело было даже не в том, что Осипов всегда был горячий, как печка. Это было какое-то другое тепло, которое невозможно было почувствовать кожей. Майя чувствовала его словно своей душой. Не сдерживавшись, она тихо всхлипнула.
Тимур отстранился.
– Эй, - шепнул он.
– Ты чего?
Майя покачала головой, не зная, как объяснить странный ком в горле.
Он поцеловал ее в висок, потом в щеку и снова в уголок губ. Майя потянулась к нему в надежде на продолжение ласки, но он вдруг чуть отстранился и спросил:
– Почему ты отталкивала меня последние дни?
– спросил он.
Девушка опустила глаза и несколько мгновений смущенно молчала, прежде чем сказать:
– Я боялась, что ты все узнаешь и посчитаешь меня… ну… грязной.
Тимур, кажется, не сразу понял, что именно она произнесла.
Отстранился, удивленно поднял брови и растерянно моргнул:
– Что?
– выдохнул он.
– С чего ты это вообще взяла?
Майя обхватила себя руками.
В комнате было тихо. За окном темнела ночь. Где-то далеко внизу хлопнула дверь подъезда, и Майя закусила губу, пытаясь подобрать слова.
– Помнишь мы с Яной говорили про Влада?
– спросила она, наконец.
Тимур нахмурился.
– Та-а-а-ак… Вот и всплыло явление. Рассказывай.
– Они встречались пару месяцев. Все было... хорошо все было. Марта была очень влюблена, говорила, что Влад – хороший человек, просто тусуется с плохой компанией. А кого у нас тут нельзя назвать «плохой» компанией? – она тихо хмыкнула, - А с Яной, его младшей сестрой, мы дружили какое-то время, пока Марта ходила в секцию.
Голос у нее начал дрожать, но она упрямо продолжила:
– В тот день, когда все это произошло… В общем, Влад провожал Марту до дома тем вечером. Когда они зашли, дядя уже напал на меня…
Она сглотнула.
Тимур, кажется, не дышал и не моргал. Его плечи напряглись, а руки легки на запястья Майи и сжались.
– Майя...
– Марта сразу схватила нож. – продолжала она, боясь, что если сейчас не расскажет, то не расскажет уже никогда.
– Начала защищать меня. А Влад... Он тогда, знаешь, так скривился... Как будто и я, и Марта – заразные. Сплюнул и ушел. Марта крикнула ему вслед, чтобы вызвал полицию, но в итоге полицию вызвала Валентина Матвеевна. Уже после того, как все случилось…
Тимур вдруг развернулся и отошел к окну. Руки его теперь были сжаты в кулаки до побелевших костяшек. Несколько секунд он не поворачивался, а потом все же снова подошел к Марте. Лицо у него было бледным, а губы сжаты в тонкую линию.
Майе нестерпимо хотелось поцеловать их снова, чтобы они расслабились и стали такими же, как прежде. И чтобы это выражение с его лица – исчезло. Но сначала надо было закончить неприятный рассказ. Удерживать секреты от Тимура она больше не собиралась.
– Когда Марта лежала в коме… - тихо продолжила она, а Осипов застонал сквозь зубы:
– Боже мой, это еще не все?
Она помотала головой и криво улыбнулась:
– Не все… Когда она впала в кому, я нашла Влада. Попросила навестить ее, хотела все объяснить. Думала, может он просто не понял ситуацию. А он выслушал меня, и сказал, что знает такие семейки. Назвал нас обеих грязными и давалками. И велел больше к нему не подходить.
Тимур резко отвернулся и провел ладонью по лицу.
– Потом в больнице, когда Марта очнулась, медсестра сказала мне, что к ней приходил парень. По описанию похожий на Влада. Но Марта все отрицает… Я не хочу на нее давить и выспрашивать, жду, когда она расскажет сама. Но, если честно, мне даже страшно подумать, что он ей наговорил.
– Фамилия у этого Влада какая?
– Нет.
– Майя.
– Нет.
– Ма…
Майя, не желая продолжать спор, все же потянулась к нему.
Брать инициативу оказалось удивительно легко, хотя и немного страшно. Осипов шумно выдохнул ей в губы, как будто вся злость на секунду нашла другой выход, а потом сразу стал главным в их поцелуе. Подхватил ее на руки и перенес к дивану. Сел сам и посадил ее к себе на колени.
Майя покраснела так сильно, что у нее загорели даже уши и шея.
Тимур только улыбнулся, явно замечая яркие красные пятна на коже. Но улыбка быстро пропала, когда он провел рукой по ее волосам, потом очень осторожно отодвинул воротник кофты и открыл шею и ключицы.
Пальцы у него снова дрогнули.
– Я должен был его прикончить, - простонал он.
Майя ласково провела ладонью по его щеке и тихо сказала:
– Спасибо, что не сделал этого. Спасибо, что остался со мной. И за все остальное, Тимур, спасибо…
Он долго смотрел на нее, а потом притянул к себе и снова поцеловал, и в этот раз между ними искрила удивительная нежность. Каждое касание было пропитано утешающей лаской и теплом. Майе казалось, что прям на его коленях она вот-вот растает и превратиться в лужу.
И именно в этот момент в прихожей загремела дверь.
– Ты извращенец!
– раздался голос Марты. – Пицца с ананасами? Серьезно?
– Психопатка, ты знаешь значение слова «вкус»?
– немедленно отозвался Артур.
– Знаю. В отличии от…
Они оба вошли в комнату и тут же замолчали.
Марта первой подняла брови. Артур - следом. Сейчас они были удивительно похожи. Майя смущенно улыбнулась, а Тимур с усмешкой поцеловал ее в висок.
Артур с Мартой же переглянулись, и оба расплылись в одинаково хитрых улыбках.
Как мало им надо было, чтобы спеться.
Глава 45. Майя
Глава 45. Майя
Апрель побежал быстро, будто только и ждал, когда настанет его время. С каждым днем становилось все теплее. Снег уже окончательно растаял – даже заледеневшие грязные кучи, последнее напоминание о зиме, что пестрели кое-где на клумбах, исчезли.
А еще потеплело у Майи на сердце. Оно словно таяло вместе с последним снегом. Дядя не объявлялся, больничный Марты подходил к концу, скоро наступит их День рождения, а рядом в этот день будут все их друзья и Тимур. У Осипова уже успешно прооперировали отца, скоро должна была вернуться мама, а сам папа все еще должен был оставаться в больнице.