Чтение онлайн

«Отходим!» — скомандовал я, и они тут же рванули бежать сами.

«Тяните их дальше!» — новый приказ.

— Они пытаются окружить! — донесся голос Ургана, одного из моих лучших кадетов.

Я усмехнулся. Окружить? Ну-ну.

С обеих сторон той траектории, по которой группы стрелков и бегунов отступали, из земли начали выскакивать кадеты, еще ночью зарывшиеся в подмерзшую почву. Это должно было быть не слишком комфортно, но отданные им все имевшиеся спальники и поддерживавшая жизнедеятельность энергия Потока не должна была позволить им околеть.

Обе половины батальона, не считая ту небольшую группу, что осталась в лагере, оказались зажаты в тиски, после чего началось планомерное уничтожение.

Впрочем, в полевом лагере было более семисот бойцов, так что даже с разделением сил на их стороне был ощутимый численный перевес. Так что через пару минут, когда обе группы-таки пришли в себя и начали давать активный отпор, я скомандовал отступление.

Возможностей добить их будет еще немало. Когда вдруг:

— ЗА МНОЙ!!! — раздался усиленный Потоком голос Лиссы, — ДОБЬЕМ ИХ!!! ВСЕ ИХ ОЧКИ БУДУТ НАШИМИ!!!

Ой, дура…

Я стиснул зубы. Глупость. Чистейшая глупость.

Отряд Лиссы замер на полшага, но Лисса уже размахивала клинком, указывая вперед, на оставшихся «врагов». И ее подчиненные после секундного замешательства последовали за своим капитаном.

Идиоты.

Я сжал зубы.

«Назад! Это приказ!»

Она даже не обернулась. Ее бойцы рванули за ней, нарушая строй, срывая всю хореографию боя.

Я видел, как «враги» переглянулись. Их командир резко махнул рукой и еще немаленькие остатки батальона развернулись к отряду Лиссы.

Она врезалась в их строй, ее клинок сверкнул. Что же, ладно. Флаг в руки.

«Продолжаем отступать!» — передался по нитям приказ всем отрядам.

Тем временем «враги» окружили отряд Лиссы, методично выдавливая их в центр. Я видел, как один из ее бойцов — коренастый парень с топором — рухнул, сбитый ударом в спину. Лисса отчаянно рубилась, но ее теснили.

— Мы могли бы их спасти…

Ирбан стоял рядом, его пальцы сжимали рукоять меча так, что костяшки побелели.

Я не ответил. Просто наблюдал, как последних бойцов Лиссы «добивали» тренировочными мечами. Она рухнула на колени, все еще что-то крича, но ее голос потонул в гвалте.

— Герои мертвы, — пожал я наконец плечами. — Победители — живы. И победителями будем мы.

Я окинул взглядом остальных капитанов. Зундан хмуро ковырял землю сапогом. Даже Хейкан, вечный спорщик, молчал.

Только Ирбан не отводил глаз. Его взгляд говорил четче слов: «Ты пожертвовал ими просто ради того, чтобы оказаться правым».

Пусть думает так. Лисса выбрала свою судьбу. А у меня был план, который еще работал.

«Следующая атака через десять минут. Готовьтесь.»

###

Гигантские сосны стояли неподвижными стражами, их стволы толщиной в два обхвата уходили вверх, теряясь в густой хвое. Ветви переплетались так плотно, что даже дневной свет едва пробивался сквозь этот естественный частокол.

Лагерь противника расположился прямо под ними — дурацкая идея, если учесть, что они даже не подумали о защите сверху.

Я раздал канаты с крюками, проверяя каждый на прочность. Металлические зубцы блестели тускло, но держали отлично — я лично тестировал их на стенах центра стажировки.

— Забираемся наверх. Будем бить сверху.

Кадеты переглядывались. Залика, обычно такая бойкая, сжала кулаки, её пальцы побелели от напряжения. Она явно боялась высоты.

Это было написано у нее на лице — бледность, чуть расширенные зрачки, губы, плотно сжатые в тонкую полоску. Но она не сказала ни слова. Просто взяла канат, обмотала его вокруг запястья и резко дернула, проверяя узел.

— Если упадёшь, не ори. Испортишь внезапность, — бросил я, но без злости. Скорее, проверка.

— Упаду — значит, уже будет всё равно, — процедила она и первой шагнула к стволу.

Я одобрительно хмыкнул. Храбрость — это не когда не боишься, а когда делаешь, несмотря на страх.

Крюки впились в кору с глухим стуком. Первые кадеты уже карабкались вверх, используя выступы и сучья как опору. Я подождал, пока основная группа поднимется достаточно высоко, чтобы не создавать шума, и сам начал подъём.

Ан тем временем планомерно раскидывал ловчую сеть на высоте где-то десяти метров. Наставники-наблюдатели должны были спасти нас в случае смертельной угрозы, но перестраховаться было не лишним.Если кто-то сорвётся, паук смягчит падение. На всякий случай.

Кора под пальцами была шершавой, пахла смолой и влажным деревом.

«Тихо», — скомандовал я, когда мы достигли нужной высоты.

Сквозь хвою просматривался лагерь: палатки, костры, часовые, лениво опирающиеся на копья. Они даже не смотрели вверх. Почему-то все всегда забывают, что угроза может прийти сверху.

Я подал сигнал. Первые стрелы полетели бесшумно, словно тени. Один, второй, третий часовой рухнул, даже не успев вскрикнуть. Только тогда в лагере началась паника.

— Они на деревьях! — кто-то завопил снизу.

Но было уже поздно.

Стрелы и пули падали как дождь, а когда защитники лагеря сами начали карабкаться на сосны, чтобы достать засевших на тридцатиметровой высоте кадетов, мои ребята атаковали, как стая хищных птиц, срываясь с ветвей, используя канаты для стремительного спуска. Кто-то из кадетов даже ухитрился оттолкнуться от ствола и влететь в группу врагов ногами вперёд.

Я приземлился рядом с командирской палаткой, Ан уже разматывал свои нити, готовясь к ближнему бою.

Залика спустилась последней, её лицо всё ещё было бледным, но в глазах горело что-то новое. Может, даже гордость.

Я кивнул ей.

— Не так страшно, да?

— Ещё скажи, что специально для меня этот план придумал, — фыркнула она, но уголки губ дрогнули.

— Конечно, — я ухмыльнулся. — Только представь, сколько времени ушло на то, чтобы найти идеальные деревья именно для твоего страха.

Она швырнула в меня комок земли, но это уже было похоже на благодарность.

Лагерь пал за десять минут.

Когда капитаны собрались для подсчета очков, Хейкан выступил вперед, нависая надо мной.