Чтение онлайн

Земля содрогнулась, Ее эмиссар просочился в трещины и исчез.

Висине сделалось дурно. Она взглянула на свои руки, они дрожали.

И она слушала эту тварь, верила ее советам, изо всех сил старалась ей помочь! Это она во всем виновата. Во всем!

— Ну-ну, милочка, ты рассуждаешь прямо как Конова! — возразила Ралли, похлопав ее по руке. — Во всем виновата в первую очередь Темная Владычица. А наша задача — очень важная задача — исправить нанесенный урон.

— Но я должна была догадаться! — сказала Висина.

— Может, и должна. Однако он опытен в искусстве лжи и обмана, а ты видела то, что тебе хотелось видеть.

— Это был прежний вице-король, да? — спросила Висина, глядя на Ралли с куда большим почтением, чем прежде.

— Нынче он Ее эмиссар. — Ралли сунула руку в складки плаща в поисках сигары. Добыв искомое, она даже не стала делать вид, будто зажигает ее, — кончик сигары просто вспыхнул сам собой. — Он довольно давно ищет Звезду, видимо, полагает, что она погребена где-то под крепостью.

— А ты знаешь, где Звезда? — с надеждой спросила Висина.

Ралли покачала головой.

— Не стану утверждать, будто мне ничего не стоит ее отыскать, но не отчаивайся, милочка: думаю, она объявится сама, когда будет готова к этому.

— А что он имел в виду, когда говорил, что твое время не настало?

Ралли тихо хихикнула и выпустила длинную струю дыма.

— А это, милочка, история для другого раза.

Она пошевелила пальцами, держащими сигару, и на миг из них потянулись светящиеся нити, похожие на подхваченные ветром паутинки.

Висина ошеломленно уставилась на нее.

— Ну брось, милочка, ведь ты же об этом догадывалась, нет? — сказала Ралли, склонив голову набок, как будто прислушивалась к чему-то.

— Так, значит, ты ведьма! — сказала Висина.

Ралли вскинула голову и крепко стиснула сигару зубами.

— Ну, вроде того. Я предпочитаю думать о себе как о той, от кого меньше всего ждут подвоха… пока не станет поздно. А сейчас, думаю, нам стоит подойти к стене. Скоро у нас с тобой окажется работы по горло. Окружающие нас деревья изо всех сил стараются докопаться до Звезды, но Ее эмиссар вскоре может решить направить их энергию в другое русло.

Висина кивнула и пошла следом за старухой. Сигарный дым клубился вокруг в густеющих сумерках.

Глава 49

— Смотрите, господин майор! — крикнул Лориан, указывая в сторону прохода.

Четверо эльфидов в ярких пунцовых мантиях входили в него размеренным, неторопливым шагом. Высокие белые шапки прибавляли им больше фута росту. В центре каждой шапки сверкал в последних лучах заходящего солнца ярко-голубой самоцвет. Все четверо держали в руках длинные темно-коричневые деревянные посохи, увитые зелеными лозами.

— Шаманы! — с негодованием воскликнул Лориан. — А несчастные дураки жертвовали жизнью, надеясь, что эти ряженые защитят их от мушкетных пуль!

— Не суди дерево по коре, — повторил Конова любимую отцовскую поговорку.

Он следил за шаманами, ожидая каких-нибудь величественных жестов или эффектных заклинаний, но те вели себя так, будто никакого сражения вокруг нет и никакая опасность им не грозит. Волшебники и маги всегда действовали ему на нервы.

Следом за шаманами выступали тридцать эльфидских воинов-копейщиков в синих одеждах. Миновав деревья, они рассыпались, окружив шаманов кольцом.

Конова направил свои чувства вовне… и наткнулся на что-то невероятно живое и теплое, настолько спокойное и естественное, что у него дух захватило. Четыре фигуры в пунцовом дружно обернулись в его сторону.

— Да, это магия, — выдавил он, ухватившись за Лориана, чтобы не упасть.

Ощущение напомнило ему покой, испытанный им, когда Висина плела свое заклинание. Голоса жизни не умолкли, но, напротив, слились в стройный хор, наполненный простым, но прекрасным смыслом.

— Господин майор, с вами все в порядке? Господин майор!

Конова пытался ответить, но слова не шли с языка. Четверо шаманов по-прежнему глядели на него, лица их были спокойны, позы непринужденны.

— Они вас заколдовали! — пробормотал Лориан, отступил от Коновы и тут же пролаял приказ: — Расстрелять шаманов! Первая шеренга, залпом, цельсь… огонь!

Большинство солдат не успели перезарядить мушкеты, но человек двадцать оказались готовы и на таком расстоянии, менее сотни ярдов, промахнуться никак не могли.

Откуда-то издалека донесся грохот мушкетного залпа. Конова понимал, что его это должно волновать, но сейчас его не волновало ничто. Он двинулся в сторону круга, но тут же ахнул — ощущение было такое, словно он провалился под лед на замерзшем пруду. Он тотчас пришел в себя. Желудь леденил грудь жгучим холодом. Воздух перед кольцом воинов в синем подернулся рябью, но тут же вновь сделался прозрачным. Никто не упал. Его зесеры промахнулись. Из крепости донеслись отзвуки приказа. Прогремела гаубица. Снаряд взмыл почти вертикально вверх — пушкари старались попасть в центр круга. Но снаряд пролетел мимо, упал в опасной близости от «Железных эльфов», стоявших у реки, однако же на ничейной земле, и разорвался, никому не причинив вреда. В воздух взметнулся фонтан раскаленных докрасна осколков.

Тем не менее эльфидские воины предпочли укрыться в безопасном месте и ринулись под защиту четырех шаманов, проскальзывая между воинами в синем. По мере того как все больше и больше мятежников проникали в круг, воины расступались, а круг рос и рос, пока в нем не собралось больше тысячи эльфидов. Вскоре все солдаты противника, способные добраться до круга, очутились внутри. Крики «Сильра! Сильра!» звучали громче и громче — эльфиды призывали Звезду наконец явиться им.

«Железные эльфы» смотрели на Конову, ожидая приказаний. Они никогда прежде ни с чем подобным не сталкивались. Оружием им служили мушкеты и штыки — надежные, проверенные, — но это оружие только что их подвело. И им сделалось не по себе, к тому же надвигалась ночь. Не веря своим глазам, один или два зесера решились выстрелить без приказа. Оба раза воздух на границе круга зарябил, а эльфидам хоть бы хны. Кто-то в строю засмеялся. Конова разделял его чувства. Всего несколько минут назад эльфиды гибли пачками, и шаманы никак не пытались их защитить, а теперь они стояли перед «Железными эльфами» как на блюдечке, но при этом были совершенно неуязвимы.

Последние лучи солнца угасли. Вспыхнули факелы и фонари. Люди начинали волноваться. Конова понимал, что принца Тиккина хватит удар: отчего майор до сих пор не приказал уничтожить этих эльфидов? Разумеется, до какого-то там дрожащего воздуха принцу и дела нет. Хрупкое равновесие вот-вот нарушится.

И, судя по холоду в груди, этот момент настал.

Все началось с деревьев. Как только солнце опустилось за горизонт, тени деревьев вытянулись во весь рост и разлеглись по земле темным корявым пятном. И повсюду, где они ложились, выступал иней и трава увядала под тяжестью сверкающих в полумраке обсидиановых кристаллов. Казалось, ночное небо упало им под ноги, и многих, и зесеров, и эльфидов, затошнило при виде вставшего на дыбы мира.

Раздался хруст, по земле между деревьями побежали перекрестные трещины, и тошнотворно-белые корни полезли наружу, пронзая лежащие на поле битвы тела эльфидов. Алая кровь становилась черной, из корней прорастали новые деревья, раскидывая в стороны похожие на многопалые руки ветви в стремлении нащупать другие сарка-хары.

Конова покачнулся в седле, ощутив ненасытный голод деревьев. Его охватил гнев. Истребить бы их все разом! Пусть наконец оставят его в покое! Привычная неразбериха знакомого живого мира, непрестанное гудение жизни, все время обещавшее вот-вот стать понятным, но так и не становившееся и вечно грозившее поглотить его с головой, казались простыми и приятными.