Чтение онлайн

– …тебе, конечно, больше подходит Никита. Он понятнее и проще. А Дэн - тот еще говнюк, да, с этим не поспоришь. Но это только на первый взгляд. Лично мне показалось сегодня, что влюблен он в тебя гораздо сильнее.

– Что ты несешь?
– спрашиваю после длительной паузы.

– Сама не знаю, - грустно улыбается и торопливо продолжает: - Это мои ощущения. Мне трудно объяснить. Но связь между вами чувствуется физически, от него к тебе прям канат толстенный тянется. Странно звучит, но я так это увидела. Я же наблюдала за вами, когда вы уходили, и как по эскалатору ехали. Он типа насмехается над тобой, но и дорожит. Со своими траблами ведь он именно к тебе пошел, не к кому-то.

– Просто больше не к кому. Или все остальные оказались умнее и послали его, - выдвигаю я свои версии.

– Может быть, - Юлька пожимает плечами и продолжает медленно, будто смущаясь того, что сейчас скажет: - И еще из странных, но отчетливых ощущений - я уверена, что если бы очень захотела и очень-очень постаралась, то смогла бы отбить у тебя Никиту. Ты только не подумай, что мне это нужно…

– Не думаю, - сухо обрываю я.
– Продолжай.

– Так вот, это было бы непросто, но мне кажется, что все же возможно. Правдами или неправдами. А вот с Дэном у меня бы не получилось. И ни у кого бы не получилось. Он… будто помешан на тебе. Звучит бредово, я знаю, но… Короче, может, это и к лучшему, что Никита вас увидел и…

– И бросил меня? Ты просто мастер утешения, Юль. Честно. Я бы так не смогла, - слова против воли получаются циничными.

Пока она говорила, я физически ощутила, как ее речь пробивает мою хрупкую, как оказалось, броню пофигизма.

– Не ёрничай, пожалуйста. Я говорю совершенно искренне, - защищается подруга.

– А я знаю. Знаю и верю, что ты искренне и исключительно из добрых побуждений. Но слушать тебя больше не хочу. По крайней мере, сегодня. Давай прекратим этот разговор. И вообще общение. На время.

Она даже не пытается спорить, понимая, как неуместны были ее слова, даже если по какой-то чудовищной иронии судьбы они правдивы.

– Ты позвонишь, когда…?
– спрашивает робко.

– Я позвоню, - обещаю тоже искренне и выхожу из машины.

С легким чувством вины за то, что испытываю облегчение.

Пусть и случайно, но Юлька стала активной участницей этого ужасного для меня дня, и мне нужно время, чтобы его пережить. И лучше делать это в одиночестве.

Поэтому сейчас я даже рада, что завтра она улетает. И хоть еще совсем недавно собиралась ехать провожать ее - вместе с Никитой, конечно же, - теперь это придется отложить до лучших времен. Если они когда-нибудь настанут…

– Кирка, ты чего такая пришибленная всю неделю? С Никитой, что ли, поссорилась?
– отведя меня в дальний угол рекреации и зажав в углу у окна, спрашивает Вика.

Вид у нее такой решительный, что я сразу осознаю - не признавшись во всех грехах, включая убийство Кеннеди, мне от нее не отвертеться.

– Не ссорилась, просто он со мной расстался.

– Да ты гонишь!
– восклицает Вика излишне громко и в притворном ужасе прикрывает рот ладонью.

Я хмыкаю - "если бы..."

– Офигеть. Мне казалось, у вас все так хорошо, что я скоро получу приглашение на свадьбу.

– Ну, может, еще и получишь, только без меня, - я опираюсь руками на подоконник и, подтянувшись, сажусь на него.

После череды полубессонных ночей стоять мне трудновато. Хотя и сидеть - плохая идея, сразу клонит в сон.

Вика встает рядом и скрещивает руки на груди.

– А что ты сделала, чтобы он сразу расстался? Или не сразу, а ты, как обычно, тихушничаешь?

– Дэн, - отвечаю коротко, без объяснений, и не глядя на нее.

Никитина бывшая протяжно присвистывает.

– Это ты дала, мать. Никитка же жуткий собственник. И принципиальный к тому же. Дать ему повод для ревности - худшее, что ты могла сделать.

– А ты как умудрилась не дать такого повода?
– спрашиваю в ответ с подлинным интересом. Сколько я знаю Вику и ее любвеобильность, этот вопрос постоянно меня мучил. Вот представился шанс его задать.
– Возможностей у тебя было куда больше.

– А тут уже я тихушничала, - тихо смеется она и, видя, мое недоверие, добавляет: - Серьезно. Он, может, и подозревал что-то, но ни разу не поймал, не застукал, не получил прямых доказательств.

Я чувствую болезненный укол в сердце, уже далеко не в первый раз за эти полторы недели, что прошли с того злосчастного дня и моего последнего разговора с Никитой.

Вечером той черной для меня среды я еще порывалась что-то делать, снова звонить ему или писать, но уговорила себя подождать до утра. Юлька была права - когда эмоции еще сильны, достучаться до него трудно. Да и мне трудно подобрать правильные слова. Все, что могла, я уже сказала и сделала. Любое дополнительное действие стало бы лишним раздражителем. К тому же я была подавлена и опустошена. В том числе и словами Юльки. Мне нужно было переспать с ними, переосмыслить и понять, меняют они что-либо для меня или нет.

И обдумывать я собиралась не ту часть, где она говорила о Дэне, а ту, что о Никите. Глупо было бы притворяться, что меня не задело ее предположение о том, что чувства Никиты ко мне не особенно сильны. Потому что сама я знала точно, теперь у меня не было в этом ни малейших сомнений - чувство, что я испытываю к Никите, то самое. Самое главное и основное, определяющее.

Я люблю его.

И поэтому не могу позволить себе быть гордой и изображать независимость. Я должна быть с ним, должна сделать все возможное, чтобы вернуть его. Только он один мне нужен, и я не отступлюсь. Но только если и ему это нужно так же, как и мне. Иначе какой смысл бороться?..

Да, я тоже слышала, что в паре один всегда любит больше, а другой лишь позволяет себя любить, но мне было трудно это принять и смириться. Наверное, такая мудрость приходит с возрастом.

И с мыслью "я подумаю об этом завтра" я завалилась спать, удивив Алиску, потому что время было еще слишком раннее для сна.

А утром, которое должно быть мудренее вечера, я, на пробежке снова прокрутив в памяти события уже вчерашнего дня, по-другому взглянула на ситуацию, и осознала, что поступила ужасно, непозволительно. Что наплевала на все просьбы и предупреждения Никиты и сделала по-своему. Обманула его, предала его доверие, и прощения мне нет. Я просто не имею права что-то от него требовать и на что-то надеяться.

Когда он всего лишь не сказал мне о звонке Вики, я закатила ему молчаливую истерику и долго выносила мозг, ноя и жалуясь, как мне было обидно. Сама же я поступила куда хуже, но при этом меня не отпускала мысль, что свою обиду он ставит выше меня, выше наших отношений. Безусловно, я виновата, но разве чувства не важнее? Разве они не стоят того, чтобы дать мне еще один шанс? Зачем вообще начинать играть в любовь с кем-то, если ты готов отвернуться от него, выкинуть из своей жизни из-за мелкого проступка? Можно пообижаться, как-то наказать, но не просто отвернуться и уйти. Любимый человек - если он действительно любимый - должен быть превыше всего. В это я верила свято.