Чтение онлайн

Они отправились погулять, поводить Джейсона по любимому родному городу, показать ему, что все в порядке, что ничего не изменилось, пройдясь по знакомым с детства местам дать ему отдохнуть душой. Обычно Селина, эмоционально изредка дополняемая комментариями друзей, рассказывала Джейсону все, что случилось за время его отсутствия, для чего даже вела специальный дневник. Рассказывая о всяких глупостях, о которых даже упоминать, не стоит, чем всех здорово смешила. Сейчас девчонки пытались заменить эту глупышку как могли. Пешком они дошли до футбольного стадиона "Золотая Арена" где играла любимая команда Джейсона. По дороге в пункте раздачи взяли по стакану газировки. На метро добрались до пристани, немного посидев на лавочке насмотревшись на волнующееся волнами море. Алекса и Хьюго ушли, дав влюбленным побыть вдвоем.

Джейсон аккуратно усадил Кристину в сиденье маленькой прогулочной лодки, расправил белый парус. Из ящика, закрепленного на мачте, достал "карту путешествий" и подал ее Кристине. Она, выбрав пункт назначения, произнесла соответствующее заклинание, и непонятно откуда взявшийся ветер понес их к месту отдыха. По волнам Соленой Мили лодка тихо несла их на север, на берегу тянулись заросли Аламфисова леса. Вот из-за деревьев показался серый утес, о крутой скалистый склон которого бились волны. В центре утеса со стороны моря, в неровностях склона была высечена огромная терраса, возвышающаяся над водой на высоте примерно десяти метров. По маленькой, также высеченной в склоне лестнице, они забрались наверх.

Терраса была старой и неухоженной. За долгие годы весь ее камень пронзили различные кустарники, плющи, многие из которых распустились настоящими цветами. Колонны, возвышающиеся вдоль края террасы, как и удерживая ими крыша, частично обвалились. В углу у стены, вернее у склона стоял длинный праздничный стол, высеченный из камня, окруженный рядами стульев таких же бездвижных таких же каменных. В небольшом камине, высеченном в склоне, тихо потрескивал догорающий огонь. Группа молодых артэонов теплым вечером ищущих романтики при свечах, выпивая вино, сидела за дальним краем длинного стола. То, что терраса занята Кристине и Джейсону стало понятно по лодке, вынесенной на каменный выступ у воды. Но это их не остановило, терраса была большая, поднявшись, они тихонечко сели на каменную скамью у края. Отдыхающие ребята, увидев военную форму Джейсона, быстро собрались и ушли, дав возможность им побыть вдвоем, сообщив, что на столе осталась неоткрытая бутылка вина, которую здесь бросать никак нельзя.

Тихо опускался вечер, с востока уже потихоньку наползала темнота блестящая первыми звездами. Кристина, облокотившись на старые перила, смотрела в море, ловила отблески догорающего по ту сторону утеса заката. "Поплачь, не бойся. Дай боли выйти наружу" - сказала она Джейсону пытавшему пристроиться к ней сзади. Наконец оставшись один в компании любимой, которая знает о нем все, Джейсон спокойно погрузился в переживания, которые лютой темнотой всегда маячили где-то на заднем фоне, на протяжении всего вечера, улыбок, общения с друзьями. Спиной сползя по старой колонне, он плюхнулся на пол. Она села к нему на колени, как обычно гладя и успокаивая, шепча своими сладкими губами о том, что все хорошо. Он рассказал о смерти Джереми, что заметно шокировало ее, да так что она сказать ничего не могла. "Покажи мне все. Я хочу видеть", - с этими словами она кончиками пальцев коснулась его висков. Джейсон, не желая идти против ее воли, как обычно тихо шепотом попытался ее отговорить, ведь именно это как он считал, омрачило ее, убило в ней светлого радующегося жизни артэона, что проявилось не только во внешнем виде. Но по ее мнению только так разделяя его зло, она могла спасти его душу, поэтому у Джейсона не было выбора. Он закрыл глаза, и сначала связав сознания через Инфосреду, они погрузились в его сознание, перейдя в раздел воспоминаний.

В глубине его сознания, они как обычно стояли вдвоем, держась за руки, пока вокруг них текли воспоминания заранее собранные Джейсоном в своеобразное слайд шоу. Сначала все вокруг было нечетко. Слышались голоса, обрывки слов, мелькали случайные образы, врезавшиеся в память. Колонна из пяти огромных мамонтов идущая к Пустому Вулкану, растянувшаяся вдоль нее рота солдат сопровождения. Мельком на доли секунды пронесся фрагмент с издевательствами сержанта Раймса. Километры заснеженных дебрей, снег окрашенный цветом крови, валяющиеся повсюду трупы волков, тела погибших сослуживцев.

И вот, наконец, нужный момент. Все вокруг обретает четкость. Держась за руку, они оказываются в центре поляны, на которой погиб Джереми. Джейсон смотрит сам на себя со стороны. Его изображение с размытым лицом склонилось над мертвым телом Джереми. Перед Кристиной открывалась картина произошедшего в таком виде, в каком ее видел и ощущал Джейсон. Она почувствовала мертвую тишину, опустошение, навеянное этим тяжелым для артэона Джейсона моментом. Дальше фрагменты схваток с волками. Десятки рычащих тварей, нападая со всех сторон, пытаются порвать его на куски. Джейсон также не отстает от них, рубит их жестоко, не добивает, оставляет на снегу кричать и умирать от боли. Кристина, наблюдая это бессмысленное насилие, от страха сильнее сжимает его руку. И вот тот момент, в котором он, перерубив свыше десятка волков, остановился посреди поляны заваленной телами этих "лохматых тварей". Наслаждаясь воплями раненных животных, он опустился на колени перед своим безумием, возникшим перед ним в облике доктора Росс. Кристина его галлюцинаций не увидела, ей открылась только поляна заваленная телами волков в центре которой Джейсон с прояснившимся лицом, забрызганный волчьей кровью, улыбается, глядя на заснеженные дебри манящие его. Эта картина наглядно передавала то, чем Джейсон является в объятиях Малдурума. Это чистое необъяснимое безумие, сейчас непонятное даже ему самому. Слайд шоу остановилось, все замерло. Дальше должна была последовать фраза: "Да доктор Росс, как вы скажите", но этого он Кристине показывать не стал.

Ему стало стыдно, он не мог смотреть на себя безумного со стороны. Продержав Кристину за руку на протяжении всего самого страшного, он, наконец, отошел в сторону, боясь на нее взглянуть. Исчезли трупы волков, исчезло замершее изображение Джейсона утопающего в объятиях безумия. В полной тишине, в его сознании они остались вдвоем посреди пустых декораций Мерзлого леса.

– Я видела все. Это было страшно, но это прошло, осталось где-то там в другой половине, сейчас далекой и недосягаемой. Безумно жаль Джереми но... ты, истинный ты ни в чем не виноват. Виновата система, которая к этому принуждает, а у тебя просто нет выбора. Во всем этом невообразимом безумии главное что здесь и сейчас ты Джейсон тот, которого я люблю. И буду любить несмотря ни на что, - по снегу, который не скрипел под ногами, напоминая, что все вокруг иллюзия, она подошла к нему и позволила себя обнять, положив руки к нему на плечи. Они открыли глаза. В реальности они сидели на продуваемой соленым морским ветром террасе, небо над которой заволакивала ночная темнота. Она сидела у него на коленях, он крепко прижимал ее к себе.
– И пусть моя любовь станет для тебя той самой гранью что отделяет от того кошмара, - прижавшись к нему прошептала она.

– Так оно и есть. Знаете ваше высочество. Если бы меня спросили... Рай для меня это место, где я могу остаться с вами один.

– Маленький глупышка! Да ты тот еще романтик!
– прошептала она перед поцелуем.

Оставив Джейсона на полу, она побрела по полуразрушенной террасе. Он после необходимой эмоциональной разгрузки впервые просто отдыхал. С наступлением темноты лепестки цветов, листья, бутоны различной растительности пробившейся сквозь камень террасы наполнились светом, приятно не ярко осветив все вокруг. Взяв со здешнего стола оставленную бутылку вина, после перенесенного скрытого стресса конкретно к ней приложившись, в полумраке на большом красном одиноком сияющем лишь в прожилках цветке она увидела бабочку с крыльями, раскрашенными в черно-белые тона. Аккуратно наклонившись, не дыша, дала ей переползти к себе на палец, принеся и показав ее Джейсону.
– Смотри, какая она маленькая, беззащитная, погладь ее, - умиляясь бабочке, предложила Кристина. Джейсон послушно, кончиком пальца очень аккуратно и бережно погладил маленькое живое существо.
– В этом тяжелом мире принизанном насилием, где сильные творят, что хотят, а бог я так поняла, не смеет вмешиваться. Видишь, какая она слабая и беззащитная вопреки всему злу этого мира. И сейчас она беззащитна перед тобой. Маленькое по-своему прекрасное проявление жизни и разве может возникнуть что-то другое кроме желания погладить ее?
– глядя на бабочку, говорила Кристина.
– Нет, конечно, - ответил он.
– Наоборот нужно сделать все, чтобы таким маленьким невинным существам ничего не угрожало, - немного стеснительно опустив глаза, пробурчал Джейсон. Удивительно, но магия Кристины работала, почувствовав маленькую беззащитную жизнь перед собой, при этом полностью понимая ее ценность, Джейсон точно понял, кто он на самом деле такой. Несмотря на холодный ветер с моря, его заполнило необычное тепло как под мягким одеялом.

Ночное небо помимо сияющих звезд украшали сразу четыре планеты спутника проплывающие среди крыш и куполов зданий золотого города. Многие улицы Армидеи преобразились в так называемые "звездные аллеи". Ночные фонари на этих улицах в автоматическом режиме на своих столбах сдвинулись ниже и замерли в полуметре над землей. Зафиксировавшись ниже уровня глаз, сегодня освещали только тротуары под ногами у гуляющих ночью горожан. На звездных аллеях ночные небеса не заслонялись искусственным фонарным желтым светом, не покидая городских пределов, жители могли любоваться их естественной чистой красотой, просто подняв голову вверх. Стало холодно и Джейсон, накинул на Кристину свой китель.

У Джейсона дома их ждал праздничный стол, так долго томящийся в ожидании на белой скатерти. Несмотря на позднее время, никто из родных Джейсона не спал. Все, безумно соскучившись, ожидали его. Снова успокаивающий запах дома, внушающие покой родные стены, улыбки родных и приятное вино в бокале. Все, что еще недавно отдаваясь тяжестью на сердце, вспоминалось как невозможное, невероятное счастье. Посмеявшись, побеседовав обо всем за столом в гостиной его дома, уделив внимание его семье, Кристина и Джейсон наконец-то остались одни в спальне.

В четвертом часу ночи, все еще тяжело дыша и постепенно остывая после безумного и одновременно внеземного наслаждения, они лежали в теплой мягкой постели, довольно обнимаясь. И тут Джейсона как током ударило - он вспомнил о Рурхане. "Ваше высочество... Рурхан, с ним что-то не так..." - тревожно сказал он.

В спящем доме Фиалки царила темнота. Внизу на кухни стоял не убранный залитый воском свечей праздничный стол, накрытый в честь долгожданного возвращения Рурхана. На сквозняке из открытого на ночь окна в гостиной шелестела бумажная вывеска во всю стену, гласившая: "С возвращением домой любимый наш". Праздничные колпаки валялись разбросанные по гостиной, незаметно каждый понемножку разорванные, потрепанные Шатуном.