Чтение онлайн

Я уже молчу о том, какие последствия несет прекращение большинства миротворческих миссий за периметром. Ведь теперь все темные враждебные нам силы на юге получили свободу и скоро начнут набирать мощь, объединяться против нас. На сегодняшний день мы полностью потеряли контроль над ситуацией на юге, мы просто бросили многих своих тамошних союзников, оставили их на верную смерть. Все наши проекты на юге, что мы вынашивали долгие годы, СБК вот так просто уничтожили. Ладно, им плевать на союзников, очередной геноцид на юге уже я вижу, никого не заботит. Но они что на полном серьезе хотят новой полноценной войны с югом, который без нашего контроля быстро встанет под знамена очередного зла рвущегося уничтожить артэонский север и все его составляющие. Как они просто наплевали на все это? Вот именно наплевали. Они ведут себя так будто все это уже неважно и всего этого скоро просто не станет. И как показывает наша разведка, в то же время они готовятся к обороне своих земель, возвращают войска на север, в западную его часть, укрепляют Белую Долину. Но от кого или от чего они собрались обороняться, к чему они готовятся на самом деле?

И тут на ум приходит самое страшное предположение. Что если Он посетил их и рассказал им о своих видениях и грядущем будущем Арвлады, которое видел. Что если Он поведал им все то, что рассказал мне той ночью больше года назад? Ведь я его не послушал, я даже не прислушался к его советам, а что если они прислушались и теперь готовятся к обещанному им преферийскому Армагеддону? Если бы сейчас вернуться в ту ночь и лучше расспросить его, все бы отдал за это. Но тот наш с ним разговор был последним и чувствую я, последним для меня. Не отрицаю, я пытался найти его. Обошел все его лесные хижины, все места, где он обычно проводил время. Все везде заросло травой, покрылось пылью, он просто исчез, оставив меня одного.

Так о чем же таком он говорил тогда? О каком именно зле? Единственное что приходит на ум, единственная явная угроза, что висит на горизонте это Проклятие Таргнера. Получается, СБК готовятся к противостоянию с ним. И все их последние действия направлены на то чтобы оставить Армидею одну перед этим проклятьем. Дать проклятию Армидею уничтожить. Но как оно переступит через меня, ведь на данный момент я это зло полностью контролирую? Как обретет силу для уничтожения всей Арвлады? Пусть человек-волк бессмертен, пусть он силен, но у него не хватит сил, чтобы уничтожить СБК или Армидею, в конце концов, живущих под защитой Духов. И если речь идет об одном монстре, то почему СБК готовятся к его встречи как к полноценной войне?

В общем, будущее наше сокрыто темнотой. Надвигается что-то очень-очень плохое".

НЕЗВАНЫЙ ГОСТЬ

Джейсон пришел в себя в изоляционной камере для испытывающих трудности при выходе из Малдурума. Узкой крохотной коморке с мягкими стенами белого света, освещенной лишь лампой у входа. Несколько суток его накачивали наркотиками до полного погружения в астрал, перезагрузки сознания и нервной системы. Его безумие было искусственно развеяно, он снова стал самим собой. Оставленный от волчьего клыка шрам поперек лица залеченный целебной мазью, заживая с каждой секундой, немного саднил, неприятным ощущением напоминая о себе. На руке он обнаружил следы от наручников характерными кровавыми бороздами окольцовывающие запястья. Похоже, он изрядно побуянил, за что и оказался здесь.

Он вспомнил бесконечный снег, мертвый лес и нескончаемые орды волков, затмевающие всякие шансы на выживание. Обрывки тех кровавых жестоких сцен больно били по артэонскому сознанию, от страха он забился в угол, тихонько дрожа. Сейчас воспоминания криков истекающих кровью товарищей сводят его с ума, то чудовище, в нем порождаемое Малдурумом в какой-то мере ими даже наслаждалось. От воспоминаний жалобного скуления, которое издавали волки, когда он, обуянный безумием беспощадно рубил их, сейчас на его глазах проступили слезы. "Такого никогда не должно было происходить. Это все неправильно", - шмыгая носом, совсем раскиснув, не в первый раз говорил он себе, выходя из Малдурума.

Пришла очередь самого страшного. Смерть лейтенанта Конрада. Он считал себя обязанным жизнью Джейсону, вторгся в его личную жизнь, во внутреннем мире став его другом. Помниться он, возникнув из ниоткуда, просто пришел с подарком на день рождения Джейсона и в первую очередь сдружился с Кристиной. После того как этот в своем естественном состоянии не замолкающий балагур нашел общий язык с его королевой у Джейсона просто не было выбора, в безмятежности внутреннего мира они стали близкими друзьями. Во время боевого похода, в состоянии Малдурума сохраняя адекватность, прибывая в статусе офицера, этот лейтенант был единственным, кто беспокоился о Джейсоне, искренне пытался помочь. И в своей попытке спасти Джейсона от его же собственного безумия этот небезразличный горе лейтенант поплатился своей жизнью. Совесть, невероятный ужас осознания вины не дал Джейсону естественно выйти из Малдурума. Понимая что, глядя на мир глазами артэона не сможет вынести груз вины за гибель Джереми, его сознание решило остаться в состоянии безумия, боясь совести, душевных мук. Не желающего выходить из состояния безумия, избив его едва ли не до полусмерти сержанты приволокли его тело медикам. Придя в себя на больничной койке, схватив скальпель, приставив его к горлу медсестры, он потребовал выпустить его, дать уйти. После долгих уговоров сумев разоружить, офицеры, заковав его безумного, закатывающегося истерикой в наручники, снова избив, ввели ему лошадиную дозу транквилизаторов, и вот сейчас он очнулся здесь.

На душе стало пусто и гадко, захотелось снова погрузиться в Малдурум лишь бы уйти от этих раскаяний. Ему пришлось силой заставить себя свыкнуться с погибелью друга, истинную ценность которого он дурак раньше не хотел понимать, а сейчас было уже поздно. Замерший взглядом в одной точке, он продолжал сидеть, забившись в угол темной узкой камеры мягкого карцера для буйных, пока внутри его убивала совесть и раскаяние.

Он обратил внимание на следы ногтей, оставленные на мягком настенном покрытии кем-то из безумцев, что были здесь до него. Это место буквально хранило в себе безумные крики, истеричные мольбы о помощи, спасении сотен сходящих с ума в попытках снова стать артэонами после злодеяний Малдурума. "Нужно выбираться отсюда", - вдруг ожил Джейсон, ему было тошно здесь находиться. Переживания, сковавшие душу, вытесняли мысли о семье, друзьях, любимой, обо всем о том, что заставляет жить. Пройдя через ад, он заслужил несколько месяцев покоя и счастья нормальной жизни. Рурхан! Как он, что с ним, нужно было срочно, первым делом узнать о его судьбе. С трудом поднявшись на ноги, "Все мне полегчало. Выпустите меня!" - крикнул он, кулаком стуча по двери.

Ответа не поступало. Тайно наблюдающие за ним врачи смотрели, как он себя поведет. Ведь не сумевший окончательно избавиться от побочных эффектов пребывания в Малдуруме долго не получая ответа с той стороны он начал бы сходить с ума. Долбиться в дверь, кричать, рвать мягкое настенное покрытие камеры. Джейсон же спокойно просидел в своем углу еще несколько часов.

– Джейсон?
– через громкоговоритель карцер огласил женский голос.

– Да, - не зная куда смотреть, ответил он.

– Как ваше настроение?

– Хорошо. Все нормально, - чтобы показать, что полностью стал собой, Джейсон добавил улыбку.

– Как ваше самочувствие?

– Чувствую себя так, будто мною только что испражнился огромный черный дракон. Как будто я все еще измазан в злых темных фекалиях, - Джейсон пытался как-то описать свое состояние.
– Что я не прошел очередное испытание?!
– крикнул он спустя пару минут тишины, но ответа так и не последовало.
– Да я нормальный, пожалуйста, хватит уже!
– он боялся снова остаться один в этом полумраке.

Спустя некоторое время дверь камеры отварилась. В свете загоревшейся на полную мощность лампы над входом внутрь вошел командир его батальона, майор Калегром. Облаченный в черный нательный комбинезон, он с улыбкой смотрел на еще одного из своих солдат наконец-то пришедшего в себя. Джейсон, от такой неожиданности позабыв обо всем, подскочил на своих трясущихся с непривычки ногах и замер по стойке смирно.
– Нет не надо, успокойся, не напрягайся. Тебе сейчас нельзя. Так как дела боец? Как самочувствие?
– легко и радостно улыбался командир, по-дружески пожав Джейсону руку.

– Отлично сэр.

– Куришь?
– в готовности дать сигарету поинтересовался командир.

– Нет, сэр.

– Это правильно. Готов отправиться домой?

– Так точно, сэр.

– Идем отсюда, - командир пытался помочь ему, взяв за руку.

– Нет, не надо. Спасибо сэр, я сам, - отказался от его помощи Джейсон.
– Много наших полегло?
– после этого вопроса командир помрачнел и опустил глаза.

– Старайся пока об этом не думать. Думай о своей семье. Пойми радость момента, мы уже дома, - прежде всего он пытался успокоить Джейсона.
– Полегло много ребят, - все же печально добавил он.
– Но это уже моя забота...