Чтение онлайн

Несущее Крегера армидейское крылатое чудовище начало снижаться к воротам. Возвышающаяся в центре города Кефалийская звезда в дневное время, накрытая рядами защитных темных стекол глушащих ее убийственный жар и свет, все равно сияла ярко, напоминая огромный фонарь почему-то непотушенный в дневное время. На севере за бесконечными долинами возвышались одинокие заснеженные горы, с запада шумела волнами Соленая Миля, на юге стеной растянулись леса Северной Половины. Здесь не было охраны или превратных стражей. Здешняя система управления городом "Кефи" зашевелив своим расположенным над вратами механическим оком, осветила мага лучом света, производя своеобразное сканирование. "Может уже пора меня запомнить", - недовольно бубнил Крегер, подняв руки вверх, пока луч света тщательно исследовал его. Ненавистный луч погас, отсутствие враждебности Крегера было установлено в сотый раз, ворота отварились.

Теплом своего Духа согретая как любовью матери маленькая тихая Кефалия была современным воплощением артэонской гармонии. Здешние девушки понятное дело были нежны, прекрасны и свободны, но странным было, что парни ничуть не отличались от них. На здешних мужчинах не лежала необходимость военной службы, Арвладу защищали воины Армидеи, СБК и других "приземленных" артэонских обществ. О войне здесь говорили как о чем-то невозможном и абсолютно неприемлемом, всячески осуждая любое насилие, и подобно первым артэонам предпочитали разумную смерть безумному ответному насилию. В таких условиях здешние мужчины стали погруженными в себя утонченными натурами, тянущимися к искусству, поэзии, следили за внешним видом и красотой. В этом артэонском обществе даже не было своей "Пещеры", желая поддаться веселому безумию, здешняя молодежь чаще всего отправлялась в Армидею, поэтому здешние ночи были пропитаны той же гармонией, что и дни.

Черной инородной фигурой Крегер шагал по белым миролюбивым улицам города под звездой. По мере отрезвления он все сильнее хромал на одну ногу, в отличие от большинства магов для которых посох был просто неотъемлемым атрибутом, частью образа, Крегеру он был действительно необходим. Опираясь на посох, все свои личные вещи, неся в потертом старом рюкзаке за плечами, маг, в голове которого трещал жуткий бодун, недовольно озираясь по сторонам, рассматривал всех этих "гомиков" и "принцесс" что попадались ему по пути. Сам того не заметив накинул на голову капюшон своего черного плаща, подсознательно пытаясь укрыться, изолироваться от нынешнего окружения контрастирующего с его наполненным привычной похмельной ломкой внутренним миром. Местные жители наоборот здоровались, всячески приветствовали старого вновь пришедшего к ним в гости мага, расступались перед его темной фигурой, улыбались вопреки его заметному недовольству.

Пришедшему извне путнику на первый взгляд Кефалия казалась идеальной, однако и здесь присутствовал один все омрачающий элемент, чудовищность которого могла быть понятна опять же только пришельцу извне. В центральной части города огромной похожей на пирамиду конструкцией возвышался алтарь для жертвоприношений. На вершине жертвенное ложе, длинная лестница вдоль одного из склонов, а внизу площадь способная вместить все взрослое население города. Да, здесь жертвоприношение производимое раз в полгода было чем-то вроде всеобщего праздника, проводилось открыто и публично, безо всякого стеснения. Отдать свою жизнь во имя любимого Духа было своего рода честью для здешних артэонов ну или разумно осознаваемой необходимой обязанностью как здесь было принято говорить.

Старый маг проходил мимо здешней винной лавки. Здесь не было никаких рабочих биомеханоидов, всю работу по обеспечению незначительных потребностей города выполняли сами жители, разбитые на рабочие группы. Рабочие, дежурившие сегодня в винной лавке, как обычно в жаркий день выкатили бочки на улицу и в тени террасы угощали винами прохожих горожан. Заставив себя не смотреть на разливающееся в кружки вино, Крегер старался скорее пройти это место.

– Мистер Крегер, не согласитесь ли вы отведать чашечку нашего лучшего вина?
– окрикнул его в спину знакомый голос, принадлежащий здешнему Намарьену, можно сказать правителю Ганселю Третьему. Про себя Крегер называл его голубым эльфом - длинные темные волосы, белая кожа, всегда облаченный в длинные светлые одежды, вот только острых ушей ему недоставало. "Вот блин!" - замерев на месте и пока не оборачиваясь, себе под нос возмущался Крегер. "О мистер Гансель, давно не виделись!" - обернувшись, маг плохо изображал радость встречи своим усталым лицом.

– Для таких изысканных гостей как вы у нас есть особый сорт, - улыбался правитель Гансель, протягивая Крегеру чашку с вином.

– Караулил меня что ли...
– подходя к винной лавке, бубнил себе под нос Крегер.

– Что вы сказали?

– Да нет ничего, - улыбнувшись, Крегер взял предложенную чашку с вином.
– Это вас ваша "Духиня" надоумила устроить эту встречу со мной. Указала, где и во сколько я буду проходить?

– "Духиня"? Что-то новенькое! Не думаю что мой далекий бесплотный бесполый (что самое главное) предок это бы одобрил. Дух как Дух, а вся эта тяга к женскому началу всего лишь игра... Вы необычный гость, как ни крути. Даже, я бы сказал важный гость, а встречать важных гостей это моя обязанность. По идее наша встреча должна была состояться во дворце, а не посреди улицы у винной лавки. Ваше здоровье!
– правитель поднял свою чашку.

Крегер осушил свою чашку до дна, правитель обошелся лишь парой глотков.

– Хорошее вино?

– На вкус отличное. Истинно хорошее вино определяется отсутствием головных болей поутру.

– В этом плане это вино одно из лучших.

– Значит, налейте-ка мне еще я как раз с жуткого похмелья!

– Этот факт можно было и не уточнять!

– Видит бог, я не хотел сегодня напиваться, - проговорил Крегер, прежде чем осушить вторую чашку.

– Куда вы сейчас держите свой путь?

– В Армидею. Еще!
– протянул он чашку рабочему винной лавки.

– Остановитесь Крегер, а то ОН будет недоволен!
– с улыбкой предостерегал его здешний правитель.

– Он не узнает. Три чашки - это мое нормальное состояние!

– О господи!
– правитель Гансель смеялся над этим безумным магом.
– И все-таки, какие дела сегодня движут вами?

– Слышали, наверное, про этот "Армидейский Кризис"? Блин! Или как его там блин назвали?

– Чудовище Таргнера вышло из-под контроля и теперь терроризирует золотой город - это было ожидаемо, но все-таки все мы верили в лучшее и надеялись, что этого не произойдет. Как вы думаете, с какими потерями мы переживем эту бурю?

– Не знаю, все сложно. Наш Первый Хранитель пропал, Армидеец (Фросрей) сдулся, тоже считай пропал. Я остался один, а я всегда был третьим номером, их "младшим братом". Ситуация сложная, - проговорил Крегер глядя на вино плещущееся в чашке поднесенной ко рту.
– Ваше здоровье! (сбегая от своих тревог, он осушил уже третью, хотя правитель не закончил еще и первую). Но как бы сложно не было, до вас это все не докатится, я обещаю. Эта буря вас не коснется.

– Тот факт, что все это происходит фактически у нас под боком, меня не беспокоит. Меня тревожат возможные последствия развития всей этой ситуации в целом. Армидейцы желая сделать свою трагедию общей, увели свои войска с границы, теперь только СБК и несколько союзников держат на себе оборону Арвлады. В случае повторения Южного Прорыва сейчас мы будем практически беззащитны. Думаю на диком юге всем заинтересованным лицам известно о нашем слабом положении... Как бы мужчинам нашего города не пришлось брать в руки оружие. Этот "Армидейский Кризис", его нужно прекратить как можно быстрее.

– Я понимаю и сделаю все для возвращения покоя в наши земли, - ответил захмелевший Крегер. На теплом солнышке, после выпитого вина вновь глядя на мир веселыми глазами, он довольно оперся о стойку. "Армидейский Кризис", эпидемия "дневной смерти", все проблемы этого мира для его счастливой от хмеля души снова стали пустым звуком.

Поправив свое здоровье, вновь повеселев и теперь улыбаясь прохожим, Крегер быстро добрался до нужного дома. Длинный разбитый на двенадцать хозяев дом занимал собой сторону одной из улиц. Обычная здешняя квартира, такая же, как и все: на крылечке коврик для ног, ящик для почты, вот только отсутствие на нем наклейки с указанием фамилии проживающей семьи говорило об одиночестве хозяина. Крегер набравшись смелости, нерешительно позвонил в дверь.

Дверь не сразу, но открылась, по ту сторону показался молодой человек, артэон не старше тридцати лет, либо невероятно наглый, самоуверенный либо в край отмороженный, потому как он был абсолютно голым. Если описывать его словами Крегера то это был "типичный тупой артэонский качок". Мускулистое идеальное мужское тело, кубики пресса, он выглядел, так как, наверное, выглядели все артэоны тянущиеся к силе и физическому совершенству. В его фактически безупречном внешнем облике не было той идеальности, что была свойственна искусственной красоте артэонов. Незначительная асимметричность в чертах лица, которую как неудачный штрих в картине Дух просто не допустил бы, говорила о том, что он был рожден простым человеком, и был артэонизирован (стал артэоном) уже после. Гладкая кожа местами иссечена грубыми шрамами, правое плечо было обгоревшим. Его длинные необычно белые волосы ("по-бабски длинные" - как говорил Крегер), какие-то неестественные, будто из иного материала, свисали почти до пояса. Левая половина лица скрыта под длинными прядями. По всей видимости, он скрыл свое лицо под волосами в спешке, перед тем как открыть дверь, потому что из-под плохо уложенных локонов было видно борозду жуткого шрама обезображивающего половину лица. Увидев на пороге Крегера, он без разговоров резко закрыл дверь, маг даже сказать ничего не успел. Дверь просто быстро захлопнулась с диким грохотом прямо у него под носом. Удивленно поморгав Крегер, снова позвонил в дверь.