Чтение онлайн

Хофер ухватился за лезвие меча, остановив его в миллиметрах от горла. Свирепо рыча, огромный волк давил все сильнее, лезвие прорезало перчатки, из пальцев побежала кровь, у сержанта не осталось сил сдерживать натиск. Один из солдат взвода, почти разобравшись с атаковавшими его белоснежными волками, помог сержанту, метнув в черного волка свой армейский нож. От ножа, попавшего в спину волк метнулся назад, но тут уже сержант схватил свой меч за лезвие и несколько раз ударив волка по морде вырвал у него из пасти свой клинок. Лишившись всех белоснежных приспешников, оставшись один черный волк, поняв, что его атака не удалась, бросился бежать, но сержант Хофер успел запрыгнуть к нему на спину. Всадив меч волку между ребер, сержант завалился ему под ноги, при этом, не отпуская рукоять меча, под весом собственного тела сдвинув вниз всаженное в тело врага лезвие, таким образом, распоров ему весь бок. Несущийся со всех ног огромный волк, кубарем прокатившись по снегу с распоротым боком, с мечом оставшимся в теле, нашел силы и быстро подскочив, набросился на Хофера схватил его за горло, встал на задние лапы оторвал его от земли и сломал этому сержанту шею. Все же разделавшись с сержантом, сбежать волк не сумел. Оставшиеся солдаты окружили его. Долго сопротивлявшись, сталкиваясь о щиты и мечи солдат, получив еще с десяток ран, волк без сил рухнул на снег алый от его крови. Добив огромного зверя, забрав жетон своего сержанта, солдаты отправились догонять остальную группу.

Другая атака черного волка оказалась куда более успешной. Огромный волк пока его приспешники добивали остальных солдат, победоносно сломал шею офицеру, сжимавшему в руке спасительный в этом лесу армидейский рог. Рядовые волки мысленно управляемые этим огромным черным и что самое страшное - разумным кукловодом, бросились дальше преследовать отряд. Тем временем черный волк, оставшись один среди тел армидейцев, увидел перепуганного солдата, трясясь сидя за деревьями не сводившего с него глаз полных ужаса. Пастью, из которой текла слюна, смешанная с артэонской кровью испустив протяжный злобный рык, волк бросился на солдата. "Нет! Пожалуйста, нет!" - выставив вперед трясущийся меч, молил солдат пока огромный свирепый зверь со всех ног несся прямо на него. В нескольких метрах от солдата волк своей лапой оборвал натянутый между двух деревьев тонкий стальной тросик и подорвался на растяжке, которую этот боец успел установить, во время боя, поняв, что его взвод проиграл схватку. Изрешеченная осколками гаранты огромная черная туша рухнула под ноги солдату, сменившему притворную гримасу страха на жестокую улыбку. На всякий случай, обезглавив огромного волка, последний оставшийся от взвода солдат, прошелся меж тел своих сослуживцев, наблюдая печальную картину, решив больше не продолжать этот тяжелый путь, он самоотключился. Закованное в сталь тело замертво рухнуло на снег. Молодой и пока еще ничего не имеющий он навечно остался со своим взводом в этих мертвых снегах, решив разделить общую участь.

Вэйнон тоже угодил в волчью ловушку. В процессе битвы его второй укороченный меч также остался в теле одного из волков, который также оставшись в живых, бросился бежать, заманивая разъяренного владельца меча за собой в снежные дебри. Обнаружив тело еще живого волка, вытащив из него меч, попутно добив его, Вэйнон также услышал свирепое рычание. Но Вэйнона как одного из опаснейших армидейцев окружили давно приметившие его двое волков из Черной Стаи. Завязалась жестокая схватка, в процессе которой Вэйнон убив одного черного волка, лишился обоих мечей. Обычный застрял в теле убитого врага, Экрос остался вонзенным в дерево, призвать его было просто некогда. С оставшимся огромным волком обезоруженный Вэйнон сцепился врукопашную. Огромный черный волк размерами намного превосходящий армидейского солдата, набросился на Вэйнона и, столкнувшись, встав на задние лапы, навалился всей своей тушей, своим весом пытаясь повалить его на землю. Но этот армидейский здоровяк оказался не по зубам огромному волку. Сумев устоять на ногах, Вэйнон схватился с волком, ухватив его за глотку, удержав его голову, не дав ему пастью вцепиться себе в шею. Когти волка скребли по железной броне, Вэйнон сильнее сжимая волчью глотку, душил его, второй рукой удерживая его за шею, не давая ему сбежать. Огромный волк сумел вырваться, отпрыгнул назад, немного отдышался, и безумно зарычав, с новой силой набросился на Вэйнона. Волк сумел пастью схватить Вэйнона за левую открытую оставшуюся без брони руку. Сжав руку изо всех сил в своей огромной пасти, бросившись вперед, волк повалил Вэйнона на снег, протащил несколько метров, стукнул головой о торчащий камень, погнув ему шлем. Затем принялся трепать руку, в попытках оторвать все сильнее и сильнее сжимая ее, продолжая таскать Вэйнона по снегу не давая ему встать. Кровь из руки попадала волку в рот и от этого он зверел. Вэйнон произнес заклинание, из бронепластины над отогнутым вниз кулаком снова вылезло лезвие не раз спасавшее ему жизнь. Он сумел всунуть это лезвие волку между ребер глубоко насколько можно. Зверь, рыча от боли, не выпуская из пасти руку Вэйнона, волоча его за собой несясь по лесу, увидел дерево, чей ствол раздваивался в метре над землей. Подбежав к этому дереву, подпрыгнув волк, пролетел меж двух его раздваивавшихся стволов, а волочимый им Вэйнон стукнулся о нижнюю единую часть ствола. От удара лезвие всунутое волку между ребер вышло из его тела, волк фактически счесал Вэйнона с себя, но его руку чудом не оторвавшуюся из пасти не выпустил. В итоге после удара Вэйнон оказался лежать по одну сторону расходящегося рогаткой дерева, а волк тянущий его руку оказался по другую. Волк тянул руку Вэйнона со всех сил, одновременно сжимая свою пасть, ерзая зубами, причиняя боль. Вэйнон превозмогая боль, воспользовавшись моментом, призвал свой необычный меч, прокричав его имя и выставив вверх оставшуюся правую руку. Спустя пару секунд, вращаясь, прорезая воздух, сбивая снег с елей и обрубая их ветви, Экрос прилетел в руку Вэйнона. Ни задумываясь, он отрубил то, что осталось от его истерзанной волком левой руки. После того как рука была отрублена огромный волк тянущий ее со всей силы по инерции свалился на снег и прокатился кубарем оставшись с обрубком руки в пасти. Вэйнон подскочил и зарубил проклятого волка, не дав тому подняться.

После убийства ненавистного волка последовала пара секунд покоя. После шок быстро прошел, мозг прорезала невыносимая боль. От руки остался небольшой кусок чуть ниже плеча. Даже для умевшего терпеть боль Вэйнона потеря конечности стала чем-то невыносимым. Накачавшись обезболивающим, обработав оставшийся кусок руки, склеивающим раны гелем из поясной аптечки, частично остановив кровотечение, Вэйнон бросился догонять остальных.

Командир вывел отряд на одно из здешних озер. Скованное вечной толстой шапкой льда это озеро представляло собой открытую идеально ровную площадь. Подорвав взрывчаткой лед у берега, утопив несколько десятков преследовавших волков, остатки отряда закрепились на льду в центре открытой простреливаемой площади озера. Утопление десятков собратьев в ледяной черной воде не остановило волков, они пытались прорваться с других направлений. Заняв круговую оборону, выставив стену из остатков щитов и обстреляв врага остатками стрел, солдаты дали волкам временный отпор. На усеянный телами собратьев и стрелами лед волки выходить больше не решались, поэтому, как обычно заполонили все заснеженные заросли вокруг озера, рычали, выли, глядя из-за веток, ожидая пока враг снова не войдет на их территорию. У солдат появилось время перевести дыхание. Командир понимал, что сейчас давать солдатам возможность полноценно отдыхать никак нельзя. Измотанные и выбившиеся из сил, расслабившись, осознав свою усталость, под давлением эмоций утратив контроль над собой, они могут просто отказаться идти дальше. Это же артэоны, а не люди, для них самоубийство это просто и быстро. Вместо отдыха командир велел всем привести снаряжение в порядок, залатать раны, подготовиться к дальнейшему продвижению к цели. Солдат осталось меньше роты, Людей Волка не больше трех десятков, Рэвула и тащившего его медика среди остатков отряда не было, лес поглотил их. Солдаты наспех оказывали друг другу медицинскую помощь, один из оставшихся медиков крепко обвязал бинтами культю Вэйнона, полностью остановив кровотечение. После небольшого отдыха обстреляв остатками стрел с разрывными наконечниками лес на восточном берегу озера отряд двинулся дальше.

Едва зайдя за деревья отряд, снова столкнулся с ожесточенными атаками волков, которые больше уже не нападали, массово бросаясь прямо на мечи. Теперь они старались окружать, метить в открытые места у солдат, с которых частично удалось сорвать броню или заходить со спины, валить обессиливших воинов на снег и уже тогда набрасываться всем скопом. Отбившись от очередной волчьей стаи, Вэйнон бросился на выручку остальным. Двигаясь в сторону, откуда доносился командирский рог, он услышал из-за деревьев истошный крик одного из солдат. "Наверное, опять пожаловали огромные черные твари", - думал он про себя. Двигаясь в направлении крика, едва зайдя за деревья, впереди он услышал протяжный чудовищный рык, это были не волки. Вэйнон замер на месте, оставаясь в сосновых зарослях. За деревьями лежало тело солдата, разорванное буквально на куски. Сквозь заснеженные ветви Вэйнон сумел разглядеть пронесшийся мимо так быстро, что почти незаметно и совершенно беззвучно силуэт существа передвигающегося на четырех лапах с характерным серым цветом кожи. Это были мутанты Префериды. Лесной Дозор прислал свои силы, чтобы покарать нарушивших их запрет. Мутанты были сильнее и быстрее людей, без помощи Духа ни Вэйнону, ни остальным солдатам было с ними не справиться. Тем более обессилившие в схватках с ордами волков солдаты были легкой добычей для этих тварей. Вэйнон, что есть силы, бросился прочь.

– Мутанты! Возвращаемся! Отходим назад!
– кричал он встреченным в лесу солдатам, увлекая их за собой. Следующие по его пятам монстры вылетали из-за деревьев и набрасывались на солдат, у которых в равной схватке не было шансов. Слыша крики разрываемых мутантами сослуживцев, понимая, что обречен, он остановился и, обернувшись, увидел, как серый лишенный шерсти монстр терзает одного из солдат. Форма черепа и ушей, впалый нос, говорили о гуманоидном происхождении этого монстра (его основой стал попавший под изменение человек). Мутант-Преферид пришедший из сердца мертвой пустоши Пограничья, бросив тело своей жертвы, носом, измазанным в артэонской крови хватая воздух, по запаху обнаружил все раны и слабые места на теле стоявшего перед ним воина. Крепче сжав меч Вэйнон наплевав на здравый смысл, бросился на монстра. Тварь, набросившись, толкнула его лапами, отбросив назад метров на десять. Кубарем, прокатившись по снегу, чудом сам не нарвавшись на лезвие Экроса, который несмотря ни на что он сжимал в руках, Вэйнон быстро подскочил и приготовился к следующей атаке. Мутант, осознавая свое преимущество, никуда не торопясь на четырех лапах крался, оскалив пасть, по запаху и зрительно изучая своего врага в лице армидейского солдата. Вэйнон решил уйти достойно, не собираясь никуда бежать, он замер приготовившись к нападению. В следующую секунду вместо ожидаемого нападения монстра Вэйнона сбила с ног неведомая сила, повалившись на снег, он просто не понимал что произошло. Его оглушило, а от мутанта остались только дымящиеся останки. Кто-то из солдат применил антиазурную пехотную бомбу, вопреки правилам техники безопасности, во избежание пожара запрещавшим применение этих бомб в пределах лесного массива. Опалив его ресницы и снеся с ног, не причинив серьезного вреда, разносимый взрывом поток голубого пламени волной пронесся по лесу, разом уничтожив всех мутантов на площади в несколько сотен квадратных метров и перепугав волков. Мутанты сгорели, волки, оглушенные взрывной волной в страхе разбежались, но их далекий вой казалось, не стихал, ни на секунду.

Без помощи Духа, без супер силы и скорости биться с нескончаемыми врагами полагаясь только на себя, было непривычно и очень тяжело. Легкие просто горели, оказавшись лежащим на снегу Вэйнон, позволил себе немного расслабиться, решил полежать пару секунд, перевести дыхание. Откуда-то из глубин леса донесся рев разгневанных мутантов, враг был уничтожен не полностью. Проклиная эту жизнь, Вэйнон тут же заставил себя встать на гудящие в коленях ноги и побежать в сторону, откуда вовсю доносился собиравший остатки отряда командирский рог.

В глухой лесной чаще, среди вековых сосен Вэйнон выбежал к месту сбора, куда подтягивались остатки отряда.
– Кто применил бомбу? Кто нарушил правила техники безопасности?
– набросился разгневанный командир на прибежавшего Вэйнона.
– Нет здесь уже никаких правил! Да пусть этот чертов лес, сгорит хоть полностью. Пусть все обитающие в нем твари сдохнут, да наплевать!
– тяжело дыша от усталости, прокричал в ответ Вэйнон.
– Чтобы не случилось, мы должны быть солдатами, а не преступниками. Поддадимся безумию - считай, умрем. И не смотри так на меня. Сам понимаю, что звучу как идиот, но пока я командир окончательно опуститься до уровня безумных дикарей я нам не позволю!
– отчитал он Вэйнона, который без сил для пререканий и острот рухнул на колени, вонзив рядом с собой свой Экрос.
– Волки не мутанты им на голубое пламя наплевать, как и нам, но перепугало их конкретно, напасть они еще долго не решатся. Пока есть свободная минута нам нужно найти центр взрыва и затушить оставшийся очаг голубого пламени в зачатке пока не начался кошмарный пожар, - объяснял командир уставшим солдатам, сам едва держась на ногах, но изо всех сил не подавая вида.
– Нет. Нет у нас свободной минуты, - поднимаясь с земли, пояснял Вэйнон.
– Враг уничтожен не полностью. Я слышал крики мутантов. Скоро они вопреки страху придут за нами. Мне кажется, мы должны отступить к тому ледяному озеру и там вне лесного массива по полной применить противоазурные бомбы. Накрыть территорию как можно больше, чтобы наверняка их всех уничтожить, - заставил он задуматься командира.
– Хорошо. Все идем назад, к озеру!
– прокричал командир, подав еще раз сигнал рогом, на случай если где-то еще остались его солдаты.

Остатки отряда добрались до озера. Выбежав на середину ледяной глади, по приказу солдаты принялись доставать из подсумков плоские и круглые как мины маленькие противоазурные бомбы, которые они в дикой суете поспешно скрепляли, насаживая их одну на другую, по пять штук, в итоге получая цилиндрические стационарные бомбы, усиливающие в разы мощность взрыва. Из леса на лед вылетели несколько мутантов, к тому времени солдаты успели собрать только три большие бомбы, которые активированные светясь волшебными рунами на стальных корпусах, были установлены на льду. Один мутант гуманоидного типа, отстав от общей стаи, встал на задние лапы и протяжным ревом созвал остальных своих собратьев бродящих где-то неподалеку в поисках солдат.
– Приготовиться к взрыву!
– глядя на приближающихся мутантов, крикнул командир. На стальных корпусах, установленных на льду бомб, светящиеся руны переливались, образуя что-то вроде таймера отсчитывающего время до взрыва. Солдаты приготовились к столкновению с надвигающимися мутантами, командир, нервно смотря на таймер на корпусах бомб замер в ожидании подать приказ. И вот отсчет закончился, "Ложись!" - во все горло крикнул командир. Солдаты, закрывая уши, попадали на лед и прижались к его холодной тверди, так чтобы взрывная волна прошла над ними, Люди Волка последовали их примеру. Прогремел мощный взрыв, во все стороны разлетелись потоки голубого пламени, поднявшись в небо огненным грибком, уничтожив все порождения Азуры на многие километры в Мерзлом лесу. Находящиеся в эпицентре взрыва бойцы, не просто прижавшиеся, а буквально слившиеся со льдом, оглушенные, почти все потеряли сознание.

Покидая свое тяжелое тело, окружающий холод и боль привычного мира, Вэйнон погружаясь в сладкий мир грез почувствовал обволакивающее с головой ласкающее тепло. Открыв глаза, он оказался на цветочном лугу сокрытом тенью тополей, осыпающих все своим пухом в несвойственной для лета тишине. В небе сияло нежно голубое солнце. Его левая рука была на месте, раны на теле исчезли, вся боль осталась где-то там, из одежды на нем были привычные для дома спортивные штаны и футболка. Хладнокровный убийца незнающий слабостей остался где-то там, в ледяной реальности, оковы которой можно было с легкостью скинуть. Вдохнув теплый воздух, пропитанный цветочными ароматами несколько секунд, он сидел, просто наслаждаясь покоем и тишиной, нарушаемой только шелестом листвы тополей на теплом ветру. Суровая реальность обрывками из памяти врезалась в мысли криками боли, холодом, белым снегом и алой кровью, не давая расслабиться в полной мере.

Услышав прекрасное девичье пение, вырвавшее из плена мрачных осадков реальности, он побрел по тропинке в сторону тенистых аллей усыпаемых пухом в этой непривычной летней тишине, туда, откуда доносились звуки любимого голоса. Все его терзания из-за иллюзорности своего счастья таяли с каждым шагом по лесной тропинке. Какими глупыми ему сейчас казались свои переживания из-за отсутствия семьи и полноценной жизни. Перед встречей с ней все проблемы просто испарялись. Слушая доносящиеся звуки ее чудесного пения, хотелось просто расслабиться и забыть обо всем. Сердце билось, замирая в предвкушении радости. Хотя он знал, что после возвращения в реальность проблемы и переживания, обременяющие его там, снова обрушаться на него с новой силой. Сходя с ума, он снова будет разрываться между двумя мирами, но все это будет потом. Несмотря ни на что, он безумно любил ее, и радость встречи с ней затмевала все. За белой террасой, на берегу ручья лежала прекрасная девушка с нежно голубыми в цвет главного из здешних солнц волосами. Ничего кроме шелковой юбки до пола и золотой диадемы поверх волос на ней не было, воплощая в себе порнографические грезы, она была почти обнаженная. Вдоль берега ручья лежал растянувшийся на метры золотистый задний подол ее юбки. Она играла с водой, водя рукой по холодной глади ручья.