Чтение онлайн

Рэвул согласно улыбнулся.

– Когда подошел нужный срок мой папаня безо всяких угрызений отдал меня им. Может оно и к лучшему, неизвестно какое чудище из меня бы выросло. А так я мучаюсь сама, зато никто не мучается из-за меня, - продолжала она, закурив артэонскую сигарету.
– Может брать подношения этими сигаретами? А то я без них просто не могу, - рассматривая сигарету, отвлеклась она.

– Соединение с Аэтхейлом это странная и мучительная процедура, - возвратилась она к своему рассказу.
– Никогда не забуду, как было страшно в последние секунды. Железный гроб, заполненный водой. Мне вскрыли вены, - она показал шрамы на руках.
– Все тело замотали в бинты как мумию и бросили в гроб. Видимо когда я почти истекла кровью меня 'переключили' - как они это называют. Это похоже на лоботомию. Такой ключ там особый наконечник, его засовывают через нос, добираются до мозга. Всовывают в мозг и там внутри проворачивают. Как они говорят: 'тебя переключают'. Крышку гроба закрывают, и ты в своей собственной крови со странной железякой в мозгу остаешься в невесомости воды. Это только твое тело. Сама ты отлетаешь в Аэтхейл. Твое тело остается здесь, а душа отходит туда, временно.

Я помню, оказалась в темноте. Холодной темноте. Темнота была вязкая как вода. Я просто парила в ней, не могла двигаться, просто беспомощно барахталась. Никогда я себя не чувствовала такой беспомощной. Страх это просто слово, даже ужасом не описать, что тогда со мной происходило. Я не могла оттуда вырваться, не могла никуда деться. Самое жуткое, что я понимала, что в этой темноте не одна. Что-то окружало меня, наблюдало за мной. Затем что-то схватило меня. Что-то огромное, сильное, грубое, жестокое. Дьяволов обычно представляют человекоподобными тварями с крыльями, когтями, хвостами. Наши страхи дают им форму, они так и выглядят. Что-то подобное схватило меня, грубо сжало, пронзив когтями... Они насиловали меня. Все двести дьяволов, что теперь говорят моими устами. Эта мука продолжалась, по-моему, вечность. Меня буквально рвали пополам. И там нельзя было потерять сознание или умереть, как и свихнуться. Никуда нельзя было деться. Я даже кричать не могла, как в каком-то страшном сне. Я просто терпела эту концентрированную чистую боль. Забавно, но в реальности минуло чуть больше получаса. Для меня это была бесконечность.

Говорят, насилие отрезвляет. Продолжая жить после того как тебя изнасиловали двести крылатых ужасных чудищ разорвавших твое тело в кровь, хочешь не хочешь, станешь философом, начнешь философски смотреть на безумный мир. Болью и ужасом мне конкретно вправили мозги. Во мне ничего не осталось от той наглой тупой дуры, я стала Морагтой. Доказательство того что все пережитое мною не сон, что я действительно совершила экскурсию в Аэтхейл, это вот, - она подняла волосы. Черные линии, идущие по краям ее лица, оказались вовсе не изощренным тату. Это черные обугленные борозды оставленные когтями, которыми было исцарапано все ее тело.
– Это они меня так изрисовали когтями. На память. С тех пор я чувствую всех совокупившиеся со мной дьяволов. Они могут брать контроль над моим телом, говорить моими устами, передавать сообщения через меня.

Я не в обиде на судьбу. Я... просто устала. Ужасно устала от всего этого...

Они не отпускают меня. Не отпускают мою душу. Пока я, вернее моя душа, нужна им, я буду здесь. Я можно сказать бессмертна. 'Человеческим примитивным разумом не осознать что такое бесконечность' - да? Какой смысл от вечной жизни, если ты смотришь на нее глазами человека? Вся реальность стала кашей мелькающей перед глазами. Они не дают мне умереть. Сколько зим я замерзаю и не могу замерзнуть, сколько голодаю и не могу сдохнуть. Сколько раз, принимая за ведьму люди добрые меня вешали, сжигали, топили. Все ерунда. Я все равно возвращаюсь к жизни. Суицид помниться для меня был развлечением! В первые годы...
– как-то печально улыбнулась она.
– Что я только с собой не делала от скуки. Жаль что сама по себе боль не вызывает привыкания и всякий раз пронзает тебя огнем как в первый, - закрыв глаза она придалась тяжелым воспоминаниям.

После самого сложного разговор тек уже в почти дружеской обстановке. В руках у Рэвула был уже третий бокал с вином. Он рассказывал ей обо всем пережитом по дороге к ней. 'Артэоны тупые придурки. Серьезно я вообще их не могу понять. Вроде разумные свободные счастливые. Чего они мирно-то жить не могут? Все им надо контролировать, на все нужно влиять. Они тупые уроды, когда-нибудь они доиграются', - отреагировала она на упоминание помощи Кэйбла в походе Рэвула. Она залилась смехом, когда дело дошло до Ортопса, Рэвул не знал смеяться вместе с ней или нет. Крики боли, которыми исходил Ортопс той ночью в лесу, его наполненный ужасом молящий о помощи взгляд, все это врезалось в его память.

– Он такой показушник этот Ортопс. Любит выпендриваться, нагнать пафоса, но, по-моему, у него это получается плохо! Это мы над ним прикололись, не я, а темные маги из древности. Еще до появления Темного Круга темные маги состояли в наших орденах, подчинялись разным дьяволам. Это затем наши высшие менеджеры решили затеять реорганизацию и собрать всех темных магов мира в одну силу, в результате чего и появился Темный Круг. Давным-давно было одно пророчество. Вообще в начале нашего мира их было до фига. Одно пророчество гласило о появлении великого темного способного объединить разрозненную Тьму. И придет он и все смешается, разрушатся все идеалы, верх станет низом бла-бла-бла... Его звали Великий Падший, тот, кто должен был перевернуть этот мир. И мы думали, что им станет наш Ортопс. Но он не оправдал надежд. Пророчество окупилось лишь частично. В итоге мы получили непонятно какую тварь, но совсем не то, что ожидали. Да я понимаю, то, что мы... ну не я конкретно, а ребята из древности сделали с ним, это ужасно. Это просто кошмар. То через что его протащили нельзя назвать иначе как безумием. Он... то ли в шутку то ли нет, зовет себя семенем безумия, я с этим согласна. Но все как обычно не просто. Быть может когда-то он и заслуживал сочувствия, но та тварь которой он является сегодня, и после всего того что он натворил, его кроме как чудовище воспринимать нельзя. Сегодня он монстр, не заслуживающий сочувствия. Выкидыш окружающей жесткости и идиотизма.

– Так он порождение этой вашей Тьмы?

– Если рассуждать о его природе философски, то можно сказать да. Он существо сложной природы. Что-то частично автономное. Углубляться в его суть нет смысла, это будет малопонятным для тебя.

– Так ты много знаешь? Знаешь все и обо всем.

– Опять этот бред: 'Устройство мира', 'Кто такие Духи?'!
– кривлялась она.

– Ты знаешь кто такие Духи?

– Знаешь, есть вещи, которых лучше не знать иначе весь твой привычный мир рассыплется в секунду к чертовой матери. Если на тебе розовые очки не спеши их снимать, а то офигеешь, лучше в них и оставайся.

– Ты думаешь, еще есть что-то, что может меня удивить? Я, закрывая глаза, вижу как мои руки, отчего-то ставшие огромными лапами, рвут в клочья людские тела, и невероятная жажда крови распирает меня. Что еще я такого не знаю?

– Можно было бы раскрыть тайну Духов, но сейчас этому не место. Это долгая нудная и вообще странная история. Давай как-нибудь потом. Все равно я тебя буду курировать новоиспеченное проклятие ты мое. Мы еще увидимся не раз. Давай как-нибудь ты принесешь мне веселой травки, мы отлетим, похохочем. И тогда - когда нас будет распирать от смеха, я расскажу тебе эту веселую забавную историю! Сейчас просто настроение не то. Не забывай с тебя еще подношение. Ты просто так удостоился права общения с глашатаем ордена 'Гивалдон', не самого последнего среди дьявольских орденов хочу заметить. С тебя положенный локон. Я все хочу получить принцессу Страны Белого Камня. Эту артэонскую богиню.

– Какие еще подношения, успокойся! Разве что сигаретами! Ну, или только если мой оборотень согласится тебе что-нибудь принести. Хотя знаешь это вряд ли. Эта безумная тварь перемалывает жертв в мясо. Я никого убивать не буду. Хватило мне одного раза.

– Ах да! Та твоя утопленница! Да ладно это же была артэонка!
– рассмешила его Морагта.

– Этот ужас не оставит меня никогда. Если я понимаю что чудовище это не я и его злодеяния это не моя ноша, то та убитая... неважно пусть даже артэонка. Это мое согрешение.

– И значит, что получается? Виной за убийство той утопленницы из мстителя они превратили тебя в грешника, который вместо оправданного гнева еще и виноватым себя перед ними считал? А ты уверен, что та артэонка вообще умерла?

– Не понял. Уточни-ка? - всерьез заинтересовался Рэвул.

– Ты понял, о чем я. Ведь ты пришел мстить им и у тебя на это были все права. Они были виноваты перед тобой и сами понимали это. Но опираясь на факт убийства той артэонки, они разом все перевернули. Наоборот ты стал виноват перед ними и еще прощение у них просил. И самое главное. Именно твои угрызения совести по поводу этой утопленницы они использовали, чтобы обречь тебя на проклятие. Ведь если судить по твоему рассказу ты был не против возвращения в Мерзлый лес. Наоборот желал пожертвовать собой, чтобы искупить вину, заслужить прощение. И вот в чем вопрос. Был ли ты перед ними по-настоящему виновен? Действительно ли она умерла или это просто они тебе так сказали. Наврали тебе только чтобы использовать тебя в своих целях. Зная артэонов. Ну не самих артэонов, а их кошмарные правительства, поверь обман и подлость для них это нормально.

– А ты ничего не знаешь по поводу моей утопленницы. Жива она, нет?

– Да я вообще фиг знает. Точно тебе не скажу. Мне вороны донесли весть об этом твоем убийстве. Что она якобы умерла. Но это официальная версия, вброшенная в массы. Как оно там на самом деле было никто не знает. Ты, конечно, можешь попытаться сам установить истину, хотя бы, чтобы просто, облегчить душу, но вряд ли ты сумеешь что-то разузнать. Эту твою артэонку, даже если она и осталась жива, скорее всего, спрятали. Возможно, ей изменили внешность, и она живет в Преферии под другим именем. Возможно, ее вообще уже вывезли с нашей земли за туманом. Уж поверь мне, артэоны умеют хранить свои тайны.