Чтение онлайн

– Они не хотят никаких 'последних мгновений'. Они гуляют по своим волшебным лугам. Для них будто ничего не происходит. Они говорят, что если смерть и настигнет нас, то они хотят уйти резко и внезапно как все живое, оставшись просто людьми. Самими собой вернее. Для них происходящее это катастрофа, перед которой мы бессильны, поэтому какой бы ни была участь, ее нужно молча принять, ведь от нас все равно ничего не зависит. Во всяком случае, так я их поняла.

– Та же фигня, - согласилась Алекса.

– Как и у всех нас, - добавил Хьюго.
– Быть может и нам следовало разделить мудрость наших родителей. Также провести последние мгновения так будто ничего страшного не происходит?

– Да ну, - недовольно сморщилась Алекса, - Когда все к чертям разрушается глупо делать вид, что типа ничего плохого не происходит. Лично я рада тому, что увидела вас, тому, что последние мгновения мы проведем вместе.

– Я тоже!
– воскликнула с улыбкой глядя на друзей Селина, чем заставила всех улыбнуться тоже.

Кристина, пьющая вино налила Селине ее газировки в красивый бокал для вина как та любила. В мрачный час в ожидании смерти все задумались о чем-то своем, нависла пауза напряженной тишины.

– Жаль что мы тут не все. Жаль, что нет Рурханчика, - тяжело вздохнув, пролепетала Селина.

– И Джейсона, - шмыгнула носом Кристина.

– Тогда уже всех наших родных, - добавила Алекса взглядом зависшая в одной точке.

– И Шатуни и Джерри и...
– сама остановилась Селина.

– Ладно. Как существа способные смотреть на мир разумно без эмоций мы всегда видели свою неизбежную погибель, что ожидает в конце. Все равно она придет. Это естественно, хотя все равно страшно и никакой разумностью этот страх не прикрыть, - рассуждала Кристина.

– Все так безнадежно?
– спросила Алекса ласкаемая Хьюго.

– Да, моя ничем не интересующаяся блондиночка!
– улыбнулась Кристина.

– Самостоятельно ничем не интересующаяся!
– поправил Хьюго, за что получил от любимой щелчок по носу кончиком пальца.

– От армии в численном выражении осталось меньше трех процентов. А тварей Тьмы еще очень много. Всего один процент и мы...

– А как Джейсон?
– от переживания прикрыла рот рукой Алекса.

– Он ранен. Но жив. Наверное, находится в госпитале где-то в Цитадели, - отвернувшись, она, скрыла проступившие слезы.
– Все бы отдала лишь бы увидеть его последний раз...

– А нам как... Придется самоотключаться... самоликвидироваться... Всем по отдельности, возвращаясь в свое сознание? Поступит команда или как?
– осторожно чтобы не напугать малышку Селину поинтересовался Хьюго.

– Вообще-то я думала этот вопрос последует от Селины!
– вытерев глаза, улыбнулась Кристина.
– Нет. При полной самоликвидации, по решению принятому большинством из нас Дух просто отключит нас всех автоматически, разом. Все оборвется в один миг. Мы станем просто трупами в кусках льда. Ой! Селиночка прости.

– Да ладно! Что я ничего, не понимаю что ли!
– улыбкой Селина пыталась смягчить тяжесть на душе Кристины.
– А если мы умрем все вместе, значит, вместе уйдем на тот свет, там может, еще увидимся?

– Нет малышка, - успокаивающе, с улыбкой Кристина смотрела в глаза маленькой подруге.
– Наши души это уже не мы. Ты это тонкая прослойка чувств, эмоций, всего живого поверх холодного ядра - разума - души. При смерти отомрет твоя эмоционально-чувственная составляющая, делающая тебя Фиалкой, останется чистый разум, так пробудится твоя душа. Мы, наши личности - это то, что здесь и сейчас. Туда мы уйдем холодным обезличенным разумом.

– Как-то странно. Напрягает не сама смерть, а нежелание покидать жизнь. Ведь столько всего было. Куда же теперь все это?
– поделилась чем-то своим Алекса.

– И как так получилось...
– неожиданно заговорил Хьюго.
– Ведь что кому лично мы сделали плохого, ведь просто жили. Мы виноваты в том, что были счастливы в этом мире? Неужели нельзя договориться, нельзя решить все миром? К чему все это? Зачем тогда вообще все это было? И кто уничтожает нас. Зло? Зло побеждает, сметает нас, мы уходим, не желая этого. Получается, в этом мире зло побеждает, значит, этот мир уродлив. И пошел он, значит, нечего нам в нем делать.
– Девчонки дослушали его, просто дали выговориться. Даже Селина сейчас не перебила своего 'глупого Плюшку'. Алекса приласкала его, прижавшись покрепче.

– Что это такое было?
– переглянувшись с Селиной, заулыбавшись, Кристина отреагировала на слова своего глупого Хьюго.
– Хьюи я чувствую какой-то гнев, обиду в твоих словах. Перестань малыш. Селиночка скажи, какой этот мир?

– Прекрасный и... веселый!
– улыбнулась малышка.

– Ненужно никакого гнева, только не в конце, - позабавившись Селиной, Кристина снова вернулась к Хьюго.
– Это глупо покидать этот мир с гневом на душе. Нужно уходить с легкой душой, все этому миру прощая. Тем более в нашем случае. Вспомни все то, сколько всего прекрасного было у нас в этом мире. Сколько радостных счастливых дней он нам подарил. Вспомни наш первый секс!
– рассмеялась Кристина.
– Ладно, не первый... Третий? Третий был нормальный! Его вспомни!

– Вспомни нашу ночь на озере!
– заерзала в кресле Селина.

– Какую именно?!
– заулыбался Хьюго. Девчонки его все-таки развеселили.

– Про наши ночи мой маленький беззащитный пупсик я молчу, - прошептала ему на ухо Алекса.

– Сколько улыбок, счастья, счастливых дней. Нужно помнить лишь прекрасное. Все плохое на то и плохое, чтобы быть забытым. Для нас этот мир был прекрасным и веселым! Не надо гнева и сожалений, все это было важным в процессе жизни. Сейчас в конце ничего не имеет значения. Нужно просто расслабиться, все отпустить, ведь все уже пройдено. Уходить надо легко, даже с улыбкой, все, всему, прощая!
– подытожила Кристина.

– Получается, мы станем частью массового самоубийства, - явно ляпнул лишнее Хьюго, за что получил шуточный подзатыльник от Алексы.

– Хьюи, ну что это за негатив!
– улыбаясь, воскликнула Кристина.
– Прекрати!

– Хьюик даже сейчас не может расслабиться!
– смеялась Селина.

– Я вроде как хотел пошутить, - оправдывался он.

– Глупая шутка!
– выпучила губки Селина.

– Я ее не закончил...

– Это не самоубийство, - заговорила Кристина.
– Самоубийство это ошибочный выход из тупиковой ситуации принятый под давлением эмоций. Ошибка, грех. Следствие безысходности, которая существует в основном только в голове самоубийцы. Разумное же осознанное расставание с жизнью ставшее следствием трезвого осознания бессмысленности продолжения существования - это самоликвидация. И мы в этот мрачный час давайте будем разумными. Мы уходим, потому что у нас нет выбора, никого ничем не обременяя, не создавая никому проблем. Никого не бросая. Уходим, потому что у нас ничего в этом мире не остается, - на ходу рассуждала Кристина.

Вновь нависла такая тяжелая в нынешней атмосфере тишина. Немного развеселившись все снова помрачнели.

– Придайтесь эмоциям в последний раз, - глядя в сторону сказала Кристина, пока по ее щеке текла слеза. Алекса и Хьюго поцеловались.

– Жаль, что так все получилось. Мне нравилось быть Фиалкой, - наверное, впервые серьезным тоном говорила Селина.

– Ничего не изменить, остается только смириться, - Кристина.

– Как сделаем? Возьмемся за руки?
– Алекса.

– Да. Давайте возьмемся. Все вместе дружно, как и шли по этой жизни. Теперь в последний час давайте вспомним, что мы артэоны. Как существа способные разумно смотреть на этот мир мы в какой-то мере обязаны смотреть на жизнь сквозь призму неизбежной смерти. Мы всегда знали, что этот момент может наступить. Цепляться за жизнь - неразумно. Я просто предлагаю стать сильнее, перестать бояться. Уйти от колющих душу невыносимых в этот час эмоций. Всем вместе. Раз наша жизнь разрушается, все, что мы любили, обращается пеплом, то все что нам остается так это подстроиться под обстоятельства. Как разумные существа мы должны принять свой исход, стойко, без эмоций, - сказала Кристина, протянув руку сидящей рядом на диване Алексе. Стоящий посередине столик исчез, все происходило во сне, он просто растворился, кресла и диван сдвинулись ближе, друзья взялись за руки. 'Прощайте малыши', - сказала напоследок Кристина. Ее 'малыши' ничего не ответили, потому как они, в особенности Фиалка, разумеется, наполнились страхом в последний момент, но этот страх должен стать последним в их жизни. Все они, закрыв глаза, погрузились в себя, в глубину своего сознания, там, в полной тишине в силу способности присущей им как артэонам каждый из них отключил свою личность - заблокировал все эмоции, оставив только базовые. Фактически в них осталось только голое сознание, опирающееся лишь на простые ощущения. Это была еще не душа, ведь сознание еще заперто в теле. Открыв глаза, каждый из них смотрел на мир по холодному разумно, без эмоций. Их глаза похолодели, лица бездвижно замерли. Кристина откинулась на спинку кресла. Селина будто зависла, уставившись пустым взглядом в одну точку. Алекса и Хьюго отсели друг от друга.