Чтение онлайн

– Штуковина?
– вопросительно посмотрела на камень девушка.

Я протянул ей его, и Лера взвесила его в руках, прикинув, что он гораздо легче обычного камня. Она царапнула ногтями материал, из которого была сделана эта вещь.

– Занятно.
– сказала она и перевела на меня взгляд.
– Что это?

– Мне кажется, - начал я, - что это и есть прибор для перемещения. Но я могу и ошибаться.

– Откуда знаешь?

– Долгая история. Если вкратце, я видел такую у представителя какого-то тайного общества, которое занимается подобного рода экспериментами.

– А вот это уже интересно.
– откинулась Лера на спинку стула.
– Ладно, валяй, рассказывай...

Следующий час я провёл, рассказывая во всех подробностях обстоятельства моего случайного знакомства с Зиной и всех сопутствующих приключений кроме тех, за которые я давал подписку о неразглашении. Про Сергея с Елисеем, естественно, тоже умолчал. В перерывах между моими рассказами Лера успела просушиться, сходила переодеться и решила пролистать карточки из конверта. Моя история была ей интереснее фотографий, и только когда я закончил, она спросила меня, взяв в руки одну фотокарточку:

– А это что за фигня?

– Вот это, очевидно, очередная загадка для меня.
– вздохнул я.
– И я должен её решить, чтобы представлять для этих ребят хоть какой-то интерес. Они говорят, достоин ответа лишь тот, кто сам может найти его…

– Да это лажа какая-то. Фотошоп голимый.
– удивлённо смотрела Лера на фотографии.
– Не может этого быть. Их так много…

– Пока ты была в душе я уже отсканировал несколько. Щас буду искать.
– доложил я и достал из кармана флешку.

– Ну чё сидишь, погнали!
– сказала Лера, перемещаясь со стулом на мою сторону стола, чтобы лицезреть происходящее на экране ноутбука.

Я загрузил фотографии в поиск по картинкам от гугла. Детище Сергея Брина выдало мне множество статей, содержащих подобные изображения. Заголовки этих статей прямо или косвенно намекали на среднюю и тяжёлую степень шизофрении авторов. «Ядерная война в XIX веке!». «Кто и зачем закопал наши города?». «Всемирный потоп 200 лет назад».

В моей голове поспешно рождались вопросы. «Зачем всё это?» «Что за фигня?» «Откуда столько «фактов»?» «Кому выгодны эти вбросы?». Когда счёт пролистанным статьям о неведомом феномене перевалил за второй десяток я понял, что на этом не пиарится один или несколько определённых авторов, а пишут уже все, кому не лень. Мы с Лерой решили перейти к глубокому изучению вопроса. Оказалось, что Прага, Питер, Москва, да и вообще любой город древнее двух сотен лет имеет культурный слой высотой минимум в полтора-два метра. Московский и Казанский кремли, а так же многие другие бывшие крепости засыпаны на несколько метров. Во всех старых городах здания постройки начала девятнадцатого века ушли в грунт на один (как минимум) этаж. И логичное объяснение этому есть только одно: две сотни лет назад была полномасштабная ядерная война, уничтожившая предыдущую цивилизацию и засыпавшая города поднятым в верхние слои атмосферы грунтом.

При изучении дальнейших данных, я понял, что Сергей не зря говорил, что вся история переписана и всё что мы знаем — лишь обрывочные сведения. Единственной внятной попыткой объяснения феномена засыпанных городов со стороны учёных была гипотеза, выдвинутая в начале двадцатого века, о том что весь этот пепел низвергнут вулканом Тамбора, извержение которого произошло в 1809 году. Однако она не выдерживает ни малейшей критики и антинаучна: воздушные массы на планете движутся с севера на юг, а вулкан находится в южном полушарии, стало быть, его пепел осел где-то в районе экватора в том же году, и уж никак не мог засыпать собой всё северное полушарие, да и объёмы не те. К тому же глобальное похолодание на Земле, являющееся ни чем иным как полноценной ядерной зимой, случилось через семь лет после извержения. Тогда же и стали уходить в грунт наши города, население которых частично погибло в войне, частично вымерло от холода, частично сбежало в более пригодную для жизни местность.

Эта катастрофа осталась на полотнах множества художников-руинистов, зафиксирована в некоторых литературных произведениях, но напрочь вычеркнута из истории. Видимо, после войны случился глобальный передел мира и пришедшие к власти поработили народ, сделав его поголовно безграмотным, и вот уже двести лет случившееся попросту замалчивается.

Прокопавшись с Лерой в этой информации до позднего вечера, мы поняли, что наш мир никогда больше не станет прежнем. В моей голове не осталось мыслей, я просто был в шоке от масштабов утаиваемого. Посмотрев на Леру я понял, что с ней творится то же самое.

В сознании рушилось всё, что я представлял себе до этого. Загадка в белом конверте навсегда сделала меня другим человеком. Когда счёт прочитанным и пролистанным статьям и просмотренным роликам на ютубе перевалил за сотню, мы с Лерой уже жутко хотели спать. В конце концов она резким движением закрыла крышку ноутбука и отрезала:

– Хватит!

Я вздохнул, позевал и сказал:

– Ну ни фига себе!

Больше слов у нас не было. Я понял, что теперь Лера поверит не только в мой рассказ о встрече с Зиной, но и вообще во что угодно.

– Спать?
– спросил я девушку, уже засыпающую у меня на плече.

– Зайчик, мне страшно!
– пожаловалась Лера, обняв мою руку.

– Пойдём спать, я обниму тебя, и всё будет хорошо...

На следующий день мы с Лерой проснулись почти без сил. За завтраком мы продолжили обсуждение вчерашнего, и Лера подсказала мне одну прекрасную идею. Я спросил тогда, взяв в руки «камень» «Грека»:

– Где я могу просветить рентгеном эту штуковину? Аэропорт не варик, в больницу без травмы вряд ли пробьёшься…

– Стоматолог. У меня-то все зубы на месте, но свою племяшку я водила как-то к стоматологу, и ей делали рентген зуба.

Я обрадовался этой простой находке.

– Гениально! Ты умничка!

Я сразу стал гуглить адреса ближайших частных клиник. В конце концов рентген как платная услуга вызовет куда меньше вопросов, чем обращение в больницу со странной просьбой просветить «камень».

– А зачем тебе?
– спросила Лера.
– Хочешь узнать, что внутри?

– Конечно хочу. К тому же у меня тут есть интересная инфа.

– Какая?

– Смотри!
– сказал я, повернув ноутбук и листая открытые вкладки браузера горячими клавищами.
– Вот это социальный приют, где всем рулит тот самый Иван, я тебе вчера рассказывал…

– Ага…

– Географически находится на северо-востоке, практически за городом, в лесу.

Я перещёлкнул «контрол-таб» на следующую вкладку:

– А это ближайший городской квартал, раньше он был отдельным подмосковным городом. И интересно то, что там сохранились постройки начала девятнадцатого века. Вот эти четыре кирпичных дома.

Я взял фото ушедшего в землю дома из конверта и показал его на спутниковой карте, рядом с двумя подобными домами. У Леры загорелись глаза.

– Какой план?
– спросила она.

– Щас выясню, где ближайший до нас прокат авто, и едем.
– улыбнулся я.
– По пути и в стоматологию заскочим.

Через час за рулём уже старенькой «весты» я с Валерой на борту рассекал магистральное шоссе дождливым московским утром. Только что закончившийся дождь сделал серое дорожное покрытие иссиня-чёрным. Местами ещё сыпались с неба мелкие капли, и я надеялся, что когда мы приедем к месту назначения, там сильного дождя не будет. Так оно и оказалось: въехав на конечную улицу небольшого пригородного квартала, вросшего в расширившуюся столицу, мы уже радовались первым солнечным просветам среди пока ещё густых и тёмных, но уже понемногу расходящихся туч.