Чтение онлайн

– Детка, Джиллиан сказала мне, что ты была в отношениях с ее дочерью несколько лет назад. Та женщина, с которой ты жила... это была Алек?

Алек не хотела знакомиться с Рейнером. Она не говорила мне почему, но теперь мне кажется я понимаю. Она не могла включать меня в свою жизнь так как я ее в свою. Алек всегда действовала по справедливости. Она никогда не брала у меня того, чего не могла вернуть. Я не понимала и мне было больно, но я не могла сказать, что Алек просто пользовалась тем, что я предлагала.

– Да.

– Моя женитьба на Джиллиан доставляет тебе проблемы с Алек?

Я улыбнулась. Мой отец. Всегда настоящий адвокат, каким и является. Он был быстр в распознавании моих проблем, особенно, если это были сердечные проблемы.

– Алек ненавидит Джиллиан, папа. Я не думаю, что смогу одновременно иметь отношения и с ней и с Джиллиан.

– Виктория, можешь встретиться со мной завтра, на ланч? Мне кажется есть кое-что, что ты должна знать о детстве Алек.

Мы попрощались, договорившись встретиться завтра в его офисе. После его загадочного высказывания я была готова встретиться с ним когда угодно и где угодно. Если бы он предложил, я бы приехала в Виндчейз. Я не знала, что он мог знать такого о детстве Алек чего не знала я. Но он не казался удивленным, услышав, что Алек ненавидит Джиллиан и я хотела знать почему.

Мы не пошли в ресторан на ланч. Рейнер заказал сэндвичи и мы поели их в его кабинете. Он вел беседы на отвлеченные темы пока не принесли заказ. Мы разложили сэндвичи на его конференц-столе. Я была в волнении от предстоящего разговора и нервно грызла чипсы.

Его голубые глаза смотрели на меня с ласковым состраданием.

– Ты ведь понимаешь, что мы с тобой находимся в одной ситуации. Мы оба любим людей, у которых одно трагичное прошлое. То, что я собираюсь тебе рассказать, было сказано мне конфиденциально. И единственная причина, что я тебе об этом рассказываю в том, что знаю - ты поймешь. Только, я тебя прошу, ни в коем случае не говори Алек то, что тебе станет известно. Хорошо?

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова из-за волнения. Что такого может знать он о детстве Алек, что не известно даже ей?

– Брайан Брент был ублюдочным садистом, - начал он.

Рейнер жевал свой сэндвич и рассказывал мне о сказочном замужестве Джиллиан, в его голосе звучала то горечь, то осуждение и злость. Джиллиан вышла замуж за Брайана будучи совсем молодой девушкой, стремящейся к звездной жизни. Замужество распахнуло перед ней те двери, которые раньше даже не приоткрывались. К тому времени когда она осознала, что Брайан не являлся мистером совершенство, каким казался, она была беременна Келлен. Брайан ненавидел малышку, но пользовался ею, чтобы удержать Джиллиан. В какой-то момент даже дошло до того, что Патрик подготовил все документы для их развода. Джиллиан уже была готова подписать их, когда Патрик спросил ее попрощалась ли она с Келлен. Неужели она на самом деле думала, что он позволит ей забрать с собой его единственную внучку? Правда стала ударом для Джиллиан. Если она хотела уйти, ей надо было оставить Келлен с Брайаном.

– Брайан ненавидел Келлен, Виктория. Я не стал давить на Джиллиан и выпытывать у нее подробности, но я знаю, что Брайан обижал девочку. И я думаю что и Джиллиан тоже. Джиллиан думала, что Келлен была еще слишком мала, чтобы забыть о его обращении. Но перед самой свадьбой она узнала, что Келлен помнит слишком много.

Я вернулась воспоминаниями в ту первую встречу с Джиллиан. Алек была там до меня и что бы ни было сказано, это едва не уничтожило Джиллиан. Я все еще видела перед собой ее искаженное мукой лицо, ее полные боли зеленые глаза. Почему Алек была в Виндчейзе в тот день? Почему они разговаривали о Брайане Бренте?

– Виктория, мы не можем выбирать на чью сторону становиться. Я люблю Джиллиан, а ты любишь Алек. Но не забывай, что я твой отец, а Джиллиан мать Алек. Мы одна семья.

Мы одна семья. Это была неплохая мысль. Но правда заключалась в том, что один член этой семьи чувствовал себя преданным другим. Алек не собиралась хвататься за возможность быть членом еще одной семьи, которая включала в себя Джиллиан Янг.

ГЛАВА 6

День Благодарения и Рождество были единственными праздниками, которые мы с отцом отмечали. Алек не признавала никаких праздников, а рождественские были для нее особенно трудными. Теперь я знаю почему, но это не помогает не чувствовать вины за те сцены, что я устраивала ей раньше. Алек отменила еще два уикенда без всякого объяснения, поэтому я решила принять приглашение Джиллиан провести оба праздника с ними. Неужели я на самом деле считала, что она приедет в Лос-Анджелес на Рождество?

Я начинала думать, что если хочу снова увидеть Алек, мне придется самой отправиться в Обри. Алек добираться было гораздо легче, чем мне - она могла проехать три-четыре километра до аэропорта и сесть на самолет. Вся дорога, от ее дома до моего, занимала у нее три с половиной часа. Я же не летаю самолетом, поэтому на дорогу у меня уйдет минимум часов шесть, и то если ехать на большой скорости. Я решила, что будет неплохо отправиться в этот путь, но только после праздников, таким образом Алек не сможет обвинить меня в том, что я пытаюсь отметить их с нею.

Придя к решению о том, когда снова увижу Алек, я отправилась за покупками. Лос-Анджелес самый лучший город для выбора подарков. Здесь можно найти все, что угодно, когда угодно и для кого угодно. Порой за вполне приличную цену. Я увидела пару вещей, которые с удовольствием приобрела бы для Алек. Одной из них был серо-голубой вязаный свитер, для холодных дней на ее любимом пирсе.

Угодить Рейнеру было проще простого – новая авторучка Ватерман в его коллекцию, пара рубашек и несколько книг его любимых авторов. Выбрать подарок для Джиллиан было невероятно сложно. Что можно подарить актрисе, живущей затворнической жизнью, которая только мечтает вернуть свою дочь?

– Папа, что хотела бы Джиллиан на Рождество? – спросила его я, когда не придумала ничего сама. Я подумывала о том, чтобы купить ей одну из новых картин Алек, но по какой-то причине мне показалось, что этот жест от меня будет выглядеть как пощечина. Джиллиан покупала картины Алек, но подарить ей одну из них самой казалось насмешкой.

Рейнер раздраженно вздохнул.

– Ничего. Я понимаю, что Рождество вызывает у нее неприятные воспоминания, но теперь настала пора для новых счастливых воспоминаний. Она становится замкнутой и отстраненной. Если честно, мне кажется, нам нужно уехать на некоторое время.

– Куда? – Мысль остаться на Рождество совсем одной казалась мне ужасной.

– Я подумывал о Моргрув Хаус. Если я все устрою, ты поедешь с нами? Тебе понравится Корделия, она прекрасная женщина.

Я уже знала, что Корделия Чейзн была прекрасной женщиной. По крайней мере, должна была быть, раз провела Алек через все ее детство.

– Не знаю, пап.

Что бы почувствовала Алек, узнав, что я поехала в Моргрув Хаус? Я увидела бы ее комнату, ее детские фотографии. Не знаю почему, но мне казалось, что Алек не хотела бы, чтобы я была там. Как и не хотела, чтобы там была Джиллиан.

– Подумай об этом. Сегодня я подниму эту тему в разговоре с Джиллиан.

Рождество в Англии. Я бы предпочла провести его в Обри.

Алек позвонила в четверг вечером.

– Есть планы на выходные?

Я была в замешательстве от ее приветствия, пока не поняла, что это значило – Господи, пусть значит – что я буду в аэропорту Лос-Анджелеса в пятницу.

– Нет. А что? Они есть у меня сейчас?

Алек почувствовала ноту раздражения, прячущуюся за энтузиазмом в моем голосе. Я хотела, чтобы она приехала и злилась на себя за то, что меня было так легко подкупить. Три недели без единого уикенда вместе, три недели без всякого объяснения и я уже была не в состоянии волноваться по этому поводу. Я хотела, чтобы она приехала, пусть это даже будет всего на один день.